Труды Полтавской Ученой Архивной Комиссии. Выпуск 1

Публикуется по изданию: Труды Полтавской Ученой Архивной Комиссии. Издано под редакцией действительных членов комиссии: В. И. Василенка, Л. В. Падалки и И. Фр. Павловского. Выпуск первый. Полтава. Электрическая Типо-литография П. А. Дохмана, Александровская улица. 1905.

Проект осуществлен совместно с Государственным архивом Полтавской области к 110-летию со дня основания Полтавской ученой архивной комиссии.

Сканирование и перевод в html-формат: Артем и Борис Тристановы.

2

Печатано по определению Полтавской Ученой Архивной Комиссии.

Председатель Комиссии А. Потоцкий.

3

О Г Л А В Л Е Н И Е.

 

 

Стран.

1)

Протоколы заседаний архивной комиссии

I-IX

2)

К истории размежевания земель в Полтавской губерний. Д. члена В. И. Василенка

1-29

3)

Церковь в с. «Запселье» во имя Св. Николая. Д. члена Н. Г. Максимова

31-33

4)

Св. Ефрем Переяславский — строитель первых больниц в России. С изображением святителя. Д. члена А. Ф. Мальцева

37-46

5)

К истории Малороссии во время генерал-губернаторства кн. Н. Г. Репнина. (Очерки, материалы и переписка по архивным данным). Д. члена И. Фр. Павловского

47-106

 

 

1.

Биография генерал-губернатора кн. Н. Г. Репнина

49

 

2.

Заботы кн. Н. Г. Репнина о составлении истории Малороссии

51-57

 

3.

К истории декабристов

57-70

 

4.

Масонская ложа, ее участники и арест их

70-74

 

5.

Отделение библейского общества в Малороссии

75-78

 

6.

Заботы кн. Репнина о крепостных

79-86

 

7.

Заботы кн. Репнина о Полтавском театре и о выкупе Щепкина

86-95

 

8.

Школа чистописцев в Полтаве

95-97

 

9.

Об устройстве в Полтаве заведения для утопающих

98-100

 

10.

Математик М. В. Остроградский под надзором полиции

100-102

 

11.

Об устройстве старообрядцами Черниговской губернии часовен и отношение к ним высшего начальства

102-106

4

 

 

Стран.

 

12.

Договор между супругами Муравьевыми-Апостол и учительницей их дочери, девицей Мальфюзан

106-107

 

13.

О злоупотреблениях и беспорядках, якобы существующих в Черниговской и Полтавской губерниях

107-112

 

14.

Отношение Репнина к должностным лицам

113-121

 

15.

Из прошлого Полтавской епархии

121-124

 

16.

Переписка Н. Г. Репнина

(Письма Глазенап, Соколова, Маиора, Ленина, В. В. Капниста, К. В. Капниста, Полетики, Мордвинова и друг.)

124-154

6)

Древние земельные сооружения в пределах Полтавской губернии. Ч. I. О древних городках, городищах и насыпанных валах. С рисунками. Д. Члена Л. В. Падалки

 

 

 

Вступление

155

 

I.

Общий характер древних земляных ограждений в Южной Руси вообще и на Полтавской территории в частности

159

 

II.

Летописные городки и городища в пределах Полтавской губернии

162

 

III.

Древние земляные ограждения в Полтавской губернии, отмеченные в печатных источниках, помимо Начальной Летописи

168

 

IV.

Древние земляные ограждения в пределах губернии, отмеченные в сообщениях местных корреспондентов — любителей старины

178

 

V.

Земляные сооружения неопределенного характера

202

 

VI.

Земляные валы и остатки их в пределах Полтавской губернии

206

 

VII.

Группировка древних земляных сооружений Полтавской губернии

209

5

П Р И Л О Ж Е Н И Я.

 

 

Стран.

1)

Отчет по межеванию Полтавской губернии

 
 

1.

Общие сведения по межеванию Малороссийских губерний

1-12

 

2.

Пространство губернии по межевым документам. Число дач, полос и участков

12-26

 

3.

Общее исчисление произведенных работ по урочному положению. Число межевых комиссий, партий, чинов и исполненных ими уроков

26-29

 

4.

О чертежных работах вообще и межевых книгах в особенности

29-34

 

5.

О расходах по межеванию и межевом сборе

34-48

 

6.

О земельных участках, записанных по межевым документам неизвестно кому принадлежащим

48-51

 

7.

О землях, обмежеванных межевыми учреждениями Полтавской губернии, но принадлежащих к соседним губерниям

51-55

2)

Положение о размежевании Черниговской и Полтавской губерний

57-95

3)

Материалы для истории Полтавского полка. Д. члена В. Л. Модзалевского

97-134

4)

К родословной Гоголей-Яновских. Д. члена В. Л. Модзалевского

135-137

5)

Список почетных членов

I-III

 

I

ПРОТОКОЛЫ ЗАСЕДАНИЙ
Архивной Комиссии.

Полтавская Ученая Архивная комиссия открыта 26 октября 1903 года, по инициативе полтавского губернатора князя Н. П. Урусова. По получении разрешения на ее открытие, в дворянском доме собрались учредители и приглашенные лица, сочувствовавшие ее основанию. В этом заседании присутствовали: князь Н. П. Урусов, полтавский вице-губернатор С. И. Фонвизин, губернский предводитель дворянства С. Е. Бразоль, директор кадетского корпуса А. П. Потоцкий, инспектор того же корпуса А. В. Липеровский, член губернского присутствия П. А. Алексеев, городской голова В. П. Трегубов, преподаватели средних школ И. Ф. Павловский, А. А. Грановский, П. С. Попов, В. Н. Терлецкий, Н. И. Сагарда, Н. Г. Максимов, а также В. И. Василенко, Л. В. Падалка, М. М. Попов. Комиссия была открыта губернатором кн. Н. П. Урусовым, предложившим избрать председателя, которым был избран директор кадетского корпуса генерал-майор (ныне генерал-лейтенант) А. П. Потоцкий. Затем были избраны и на другие должности: вице-председателя директор Полтавской гимназии Е. Н. Зеленецкий, правителем дел И. Ф. Павловский, казначеем М. М. Попов и библиотекарем П. С. Попов.

По предложению губернатора, кн. Н. П. Урусова в этом заседании избраны почетными членами комиссии: бывший министр народного просвещения тайный советник Г. Э. Зенгер, бывший министр внутренних дел В. К. Плеве, директор археологического института Н. В. Покровский, графиня П. С. Уварова, обер-прокурор Святейшего Синода К. П. Победоносцев, киевский профессор и археолог В. Б. Антонович, историк И. Е. Зобелин. По предложению председателя почетными членами избраны в этом же заседании: губернатор, князь Н. П. Урусов, губернский предводитель С. Е. Бразоль,

II

покойный преосвященный Илларион епископ полтавский. По предложению председателя решено просить Его Императорское Высочество Великого [Князя] Дмитрия Константиновича, принять под свое покровительство Архивную комиссию. Членский взнос назначен 5 р. в год. Должностные лица избираются на три года.

2. Заседание 16 ноября 1903 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, товарищ председателя Е. Н. Зеленецкий, члены комиссии: С. Е. Бразоль, И. Ф. Павловский, Л. В. Липеровский, А. А. Грановский, Н. Г. Максимов, И. М. Шнек, Л. В. Падалка, В. Н. Терлецкий, Н. П. Шипин и П. А. Алексеев.

Заседание это было посвящено обсуждению вопроса о помещении, времени заседаний, и др.

В этом же заседании были избраны почетными членами комиссии, как оказавшие не мало услуг науке своими трудами, как то: Д. Н. Эварницкий, В. П. Милорадович, Ор. И. Левицкий, Д. И. Багалей, Н. О. Сумцов, А. Я. Ефименко, А. И. Лебедев, Н. П. Дашкевич и известный собиратель древностей, имеющий свои музеи, Гофмейстер Г. П. Алексеев и Е. Я. Скаржинская.

В члены комиссии были избраны: г. Сиротенко, А. В. Андрущенко, Н. В. Васильев, Н. В. Быков и Г. Т. Иванов.

3. Заседание 23 ноября 1903 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, преосвященный Илларион, епископ полтавский, князь Н. П. Урусов, С. Е. Бразоль, М. М. Попов, П. Н. Малама, П. А. Алексеев, протоиерей И. Л. Ольшевский, В. Н. Терлецкий, Л. В. Падалка и В. И. Василенко.

Заседание было посвящено чтению реферата И. Ф. Павловского. "Приходские школы в старой Малороссии и причины их уничтожения". Сделав очерк правил 1803 г., изданных при первом министре народного просвещения графе Завадовском, докладчик коснулся устройства прежних школ в Малороссии, их организации и стремлений кн. А. Б. Куракана насадить школы

III

в Малороссии и несочувствие к ним преосвященных черниговского и полтавского, а также и дворянского сословия. Коснувшись затем вопроса, куда девались школы в Малороссии, существовавшие в XVII почти при каждой церкви, докладчик, на основании архивных данных, пришел к выводу, что ревизия 1782 года и введение штатов уничтожили эти школы. Реферат этот напечатан в Киевской Старине (1904, январь) и отдельно брошюрой, где приложены и архивные данные, относящиеся к этому вопросу.

4. Зседание 8 декабря 1903 года.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, кн. Н. П. Урусов, Е. Н. Зеленецкий, В. Л. Василевский, Л. В. Падалка, Г. А. Лисовский, Г. Т. Иванов, П. С. Попов, А. А. Грановский, В. И. Василенко, протоиерей Д. Щедродаров, В. Н. Терлецкий, И. П. Булюбаш, Ф. Д. Николайчик, И. Ф. Павловский и много публики.

В этом заседании почетный член комиссии: Д. Н. Эварницкий прочел свой реферат о раскопках, произведенных им в Екатеринославской и Херсонской губерниях. Реферат этот напечатан в "Вестник Екатеринославского Земства" 1904 года.

5. Заседание 18 декабря 1903 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, С. Е. Бразоль, А. В. Липеровский, прот. Д. Щедродаров, П. С. Попов, В. Н. Терлецкий, А. В. Андрущенко, В. Л. Василевский, В. И. Навроцкий, Н. И. Сагарда, А. Д. Джежелей, Л. В. Падалка и И. Ф. Павловский.

В заседании этом был прочитан членом комиссии В. И. Василенком реферат: "О межевании в полтавской губернии". Не передаем содержание этого реферата, вошедшего в настоящий выпуск "Трудов комиссии". Представленная референтом программа (напечатана также в настоящем выпуск) вызвала возражение со стороны членов комиссии А. Д. Джежелея, Л. В. Падалка и И. Ф. Павловского, что собрание данных по этой программе мало продуктивно, потребует не

IV

мало средств со стороны комиссии для поездки в Москву, где собраны все дела по межеванию.

В этом заседании избраны были членами комиссии: П. Е. Калениченко, В. Е. Бучневич, прот. И. Л. Ольшевский, В. П. Горленко, Н. Ф. Фиялковский, Ф. Д. Николайчик и В. И. Станиславский.

Членом комиссии Л. В. Падалкой было предложено послать от имени архивной комиссии приветствие известному малорусскому композитору Н. В. Лысенку по случаю 35-я его деятельности. Предложение было единогласно принято. Вот содержание ее: "Полтавская Ученая Архивная комиссия шлет глубокий привет юбиляру, много потрудившемуся над разработкой богатств народного песенного творчества Украины своими произведениями, почерпнутыми из недр духовного склада родного народа, ставшему славным на родине и далеко за ее пределами".

6. Заседание 7 марта 1904 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, члены комиссии: В. А. Петров, Ф. Н. Николайчик, Л. В. Падалка, В. И. Станиславский, В. И. Василенко, П. Е. Калениченко, Н. А. Старицкая, А. Д. Джежелей, М. М. Попов, И. Ф. Павловский и А. В. Андрущенко. Было 5 посторонних.

В этом заседании были прочтены два реферата. И. Ф. Павловский сделал доклад, на основании архивных данных, "О театре в Полтаве в прошлом столетии и о выкупе артиста Щепкина". Сделав очерк театра, Павловский изложил историю выкупа и забот об этом Репнина. Реферат этот вошел в настоящий выпуск "Трудов комиссии" (б. напечатан в Киевской Старине 1904 г. Ноябрь).

Второй доклад был сделан членом комиссии В. И. Василенком — "О призрении слепых и других нищих". Содержание реферата было следующее: Организация призрения нищих и убогих по церковному уставу Великого Князя Св. Владимира. Деятельность братств. Остатки братств и цехов в Полтавщине. Уставы братств Лубенского и Полтавского. Разъединение интеллигенции с народом. Игра на

V

бандуре в период казачества среди интеллигенции. Положение слепцов-бандуристов во времена казачества и после уничтожения гетманства. Разница между бандуристом и лирником. Порча репертуара слепцов при униженном их положении. Доклад Полтавской Губернской Земской Управы об учреждении профессиональной школы для слепцов и прение в губернском земском собрании по этому докладу. Современное положение народной музыки в произведениях Н. В. Лысенко. Потребность в ремесленно-музыкальной школ для слепых. Необходимость объединения в школе зрячих со слепыми для совместного вокально-музыкального исполнения.

Возможность организации братств бандуристов и лирников на началах взаимопомощи, по примеру древних братств. Возможность образование хоров с различными для каждого из хоров вокально-музыкальными репертуарами. Реферат этот напечатан в "Киевской Старине" 1904 года.

В этом заседании, председателем комиссии было доложено о кончине преосвященного Иллариона, епископа Полтавского и Переяславского. Собрание почтило память преосвященного вставанием. В виду того, что преосвященным Илларионом, за его двадцатилетие управление епархией, сделано очень много в деле развития школ в епархии, членом комиссии И. Ф. Павловским было внесено предложение о составлении очерка народного образования до вступления в управление полтавской епархии епископа Иллариона и затем очерк всего сделанного за время его управления епархией. Предложение это было принято.

7. Заседание 21 марта 1904 г.

Присутствовали: за председателя И. Ф. Павловский, почетный член комиссии С. Е. Бразоль, А. В. Липеровский, А. Д. Джежелей, В. Л. Василевский, Н. Г. Максимов, Ф. Д. Николайчик, А. А. Грановский, Г. Т. Иванов, П. Е. Калениченко, В. И. Василенко, М. М. Попов, В. Н. Навроцкий и несколько посторонних.

Доклад члена комиссии Л. В. Падалки: О городках и городищах Полтавской губернии. Была прочтена половина док-

VI

лада. Реферат этот вошел в настоящий выпуск "Трудов комиссии", почему и не передаем его содержания.

Л. В. Падалкой было предложено принять участие в праздновании тысячелетия города Переяслава (Полтавской губ.) Обсуждение этого вопроса было отложено до следующего заседания.

В этом заседании были избраны членами комиссии: П. Н. Гордиевский, В. П. Будберг, Н. И. Лопотинов, А. Ф. Мальцев и Н. А. Дмитриев.

8. Заседание 17 апреля 1904 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, В. П. Будберг, В. И. Василенко, А. Ф. Мальцев, В. Л. Василевский, протоиерей Д. А. Щедродаров, Л. В. Падалка, И. Ф. Павловский.

В этом заседании доложена вторая часть доклада Л. В. Падалка. По предложению Л. В. Падалки решено отправить семье почившего малорусского писателя М. П. Старицкого († 14 апреля) письмо с соболезнованием об утрате для малорусской литературы, в лице усопшего, видного и полезного деятеля.

9. Заседание 25 апреля 1903 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, члены комиссии: В. И. Василенко, Н. И. Лопотинов, П. С. Попов, Ф. Д. Николайчик, Г. Т. Иванов, А. Ф. Мальцев, прот. И. Л. Ольшевский, прот. Г. Я. Лисовский, Л. В. Падалка и 4 посторонних.

Членом комиссии И. Ф. Павловским был предложен доклад: К истории шведской могилы. И. С. Судиенко и его духовное завещание. Реферат прочитан на основании новых архивных данных, добытых в архиве полтавского губернского правления. Первая мысль об основании храма на Шведской могиле принадлежит второму малороссийскому генерал-губернатору А. И. Лобанову-Ростовскому. Референтом рассказана история построения этого храма, несочувствие этому кн. Репнина, желавшего пожертвованный капитал Судиенком обратить на другие цели, на что не согласился Император Николай I. В архиве референту удалось найти духовное завещание Судиенка, составленное еще в 1808 году, где не упоминается ни о каком

VII

пожертвовании на просветительные цели капитала, как до сей поры думают многие. Пожертвование его на Шведскую могилу, сделано позже составления духовного завещания.

Реферат этот напечатан в Русской Старине (1904 г. июль) и отдельной брошюрой, где помещено духовное завещание и другой архивный материал, вполне определяющий цель пожертвования Судиенком капитала в 100 тыс.

В этом заседании был избран, по предложению председателя комиссии, почетным членом преосвященный Иоанн, епископ Полтавский и Переяславский.

10. Заседание 24 мая 1904 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, член комиссии А. Ф. Мальцев, В. Л. Василевский, Л. В. Падалка и И. Ф. Павловский.

В этом заседании комиссия обсуждала вопрос о времени празднования тысячелетия города Переяслава. Вопрос вызвал оживленный обмен мнений между членами комиссии, но в виду разноречия источников, решено обратиться к Историческому Обществу Летописца Нестора, с просьбой обсудить этот вопрос и установить год празднования тысячелетия городом Переяславом.

В этом же заседании, после обмена мнений, решено просить преосвященного Иоанна, епископа полтавского, уступить две или три комнаты в помещении архиерейского дома для устройства церковно-исторического музея, вызываемого необходимостью сохранить памятники старины, которых не мало есть в пределах полтавской епархии.

11. Заседание 10 октября 1904 г.

Присутствовали: председатель комиссии А П. Потоцкий, преосвященный Иоанн, епископ полтавский, протоиерей Щедродаров, Н. Г. Максимов, В. И. Василенко, В. Г. Короленко, Ф. Д. Коварджик, С. Т. Сиротенко и Л. В. Падалка.

Протоиереем Д. Щедродаровым был прочитан реферат: "О монастырях в пределах Полтавской епархии". Содержание этого реферата составили подробности, касающиеся ныне суще-

VIII

ствующих и двух десятков закрытых ныне монастырей. В. И. Василенко указал на имеющиеся данные в архиве казенной палаты, представляющие ценный материал для выяснения хозяйственных условий и связанный с этим культурной роли монастырей в прошлом Полтавщины.

Другой доклад Н. Г. Максимова "О древнем храме Запселье, Хорольского уезда". Доклад этот напечатан в настоящем выпуске "Трудов комиссии".

В этом заседании, присутствовавший почетный член комиссии, преосвященный Иоанн, епископ Полтавский заявил о полном сочувствии своем учреждению церковно-исторического музея и обещал отвести в архиерейском доме помещение для этого музея. Для издания первого выпуска "Трудов комиссии" была избрана редакционная комиссия, в состав который вошли: И. Ф. Павловский, В. И. Василенко и П. А. Алексеев. В ревизионную комиссию избран протоиерей Д. А. Щедродаров.

12. Заседание 27 ноября 1904 г.

Присутствовали: председатель А. П. Потоцкий, товарищ председателя Е. Н. Зеленецкий, почетный член Г. П. Алексеев, члены комиссии: А. В. Липеровский, С. Е. Бразоль, Г. И. Маркевич, И. Ф. Павловский, А. Д. Джежелей, Ф. О. Коварджик, Н. Г. Максимов, А. Ф. Мальцев, Г. Т. Иванов, Ю. В. Быков, Н. А. Дмитриев, С. Т. Сиротенко и около 10 чел. посторонних.

Правителем дел И. Ф. Павловским был доложено об издании первого выпуска трудов комиссии. По мнению редакционной комиссии, в трудах необходимо помещать краткие извлечения из протоколов заседаний, рефераты членов комиссии и материалы, особенно ценные для истории изучения прошлого Полтавщины. Первый выпуск предполагает редакционная комиссия издать в количестве 1200 экземпляров, выдав авторам статей оттиски, если они этого пожелают. Редакционная комиссия предположила издать первый выпуск в таком количестве, имея в виду разослать экземпляры всем уездным гласным тех уездных собраний, которые

IX

ассигновали архивной комиссии пособие на издание ее трудов. Решено поместить: портрет Н. Г. Репнина, изображение Св. Ефрема, епископа Переяславского и 10-12 рисунков к реферату Л. В. Падалки. Все предположенные работы для первого выпуска, а также и все другие предположения редакционной комиссии утверждены. Список утвержденных работ вошел в настоящий выпуск.

В заседании этом избраны членами комиссии: Н. В. Хабур, священник А. И. Юрикас, И. А. Зарецкий, М. В Рахубовская и Е. Н. Сердюк. В члены ревизионной комиссии Г. Т. Иванов. Чтение доклада члена комиссии А. В. Липеровскаго:

"Где погребены шведские воины, после сражение 27 июня 1709 года". Докладчик пришел к следующим выводам:

1) Могильник, лежащий на границе владений колонии душевнобольных с землями села Тахтаулова, есть одна из могил, в которых похоронены тела воинов, павших шведов 27 июня 1709 г.

2) Курган, лежащий на границе владений колонии душевнобольных с землями с. Ивонченцы, не смотря на все признаки братской могилы, оказался насыпанным в целях хозяйственных.

3) Курганы "Побиванки" не смотря на твердо державшуюся легенду, что они есть могилы шведских воинов, не содержат в себе костей человека, а потому имели в свое время значение курганов сторожевых. Реферат этот вызвал оживленный обмен мнений, в котором приняли участие многие члены комиссии, указавшие на необходимость дальнейших раскопов для окончательного вывода. Реферат члена комиссии А. Ф. Мальцева "Св. Ефрем, епископ Переяславский, устроитель первых больниц в России" заключающий много новых данных, помещен в настоящем выпуск, равно и третий, прочитанный в этом заседании И. Ф. Павловским доклад "К истории декабристов", составляющий один из очерков, из эпохи кн. Н. Г. Репнина, также помещен в настоящем выпуске.

 

1

В свыше тысячелетней истории нашего Отечества, в памяти более ста миллионов живых соотечественников, и во всем культурном мире единодушно признан светозарный день 19 Февраля 1861 г. величайшим событием, своего рода эрой, с которой начинается история освобожденной России, резко отличающаяся от минувшей эпохи крепостного права.

В параллель с этим, в многовековой истории Малороссии совершился около 1½ года раньше, иного рода глубокий переворот, оставивший неизгладимые следы в памяти туземцев и в системе землевладения и землепользования многочисленных землевладельцев привилегированных сословий и миллионных масс сельского населения Малороссии. Так с Высочайшим утверждением 27 Октября 1859 г. Положения о размежевании в Черниговской и Полтавской губ. — наступил конец хаосу неразмежеванных чересполосных земель, и положено незыблемое начало правопорядка и юридических правоотношений в землевладении и землепользовании.

Проводя такого рода параллель между освобождением крестьян в России и размежеванием в Малороссии, нельзя забывать, что в нашем крае малороссийское казачество составляет около половины всей массы сельского населения, и в частности в абсолютных и относительных числах значительно превышает пропорцию освобожденных крестьян. И если положение 19 Февраля 1861 г. даровало известную свободу части населения в отечестве и в нашем крае в частности, то положение 27 октября 1859 г. коренным образом изменило в Малороссии весь строй землевладения и землепользования в отношении юридическом и в постановке сельского хозяйства и сельской промышленности.

Конечно по отношению к нашему необъятному Отечеству, территория Малороссии менее площади некоторых северных окраин Отечества, наприм. Архангельской, Вологодской, Тобольской

2

губ., так что с такой точки зрения размежевание Малороссии имеет как бы интерес и значение областное, частичное, но в тоже время оно для края необъятно важно. Тем не менее только в статистических трудах Черниговского и Полтавского земств встречаются некоторые данные о размежевании земель, так сказать попутно — но не в качестве специальных исследований. С этой стороны вопрос о значении размежевания открытым, не смотря на всю важность его в отношении историческом и культурном.

Таким положением вещей обусловливается происхождение предлагаемого труда моего, не претендующего на научную монографию, так как в этом труде преобладают личные воспоминания и наблюдения живого современника, не заинтересованного непосредственно или имущественно в деле межевания. Рядом с этим существует, как известно, масса документальных данных в виде съемочных и нарезочных планов генерального и специального межевания, а также обширное делопроизводство межевых учреждений. Все это сосредоточено в Московском архиве Межевой Канцелярии и требует приложения огромного труда для систематического использования архивных данных. В то же время бытует в нашем крае масса живых современников, — так или иначе соприкасавшихся во всех стадиях межевых и процессуальных (по добровольным соглашениям, по оценкам и т. п.) работ. Однако по непреложным законам природы с каждым годом прекращается земное бытие многочисленных современников размежевания, уносящих в безмолвие могил — не ставшие достоянием письменности, повествования о совершившихся во время производства межевания, эпизодах, фактах и т. п. — и это — уже невозвратная потеря для истории размежевания земель в нашем крае. А между тем записи по живым источникам, т. е. из уст свидетелей и очевидцев, несомненно могут иметь интерес и значение в качестве драгоценных дополнений или иллюстраций к архивным источникам и документам, для всестороннего освещения светом истины официальных данных по межеванию.

3

При современном состоянии общественного сознания и отношения к важным для истории края и народа событиям, представляется настоятельно необходимым использовать по мере возможности, обильные живые источники, т. е. обратить в общее достояние, известное современникам и очевидцам, по предмету производства размежевания земель в родном нашем крае. Исходя из этих побуждений я вношу в сокровищницу родиноведения, мой посильный труд, вместе с опытом программы для собирания материалов о размежевании земель по губернии.

В. Василенко.

К истории размежевания земель в Полтавской губ.

Размежевание земель в нашем крае коренным образом изменило многовековую традиционную систему землевладения и землепользования и повело к грандиозным преобразованиям территории в гео-топографическом отношении. Так, после размежевания исчезли с лица земли на глазах нынешних стариков, многие естественные и искусственные водоемы (озера, ручьи, пруды и т. п.); при том едва доступные лесные и болотные трущобы отошли в область преданий, не оставив на месте многих лесов — даже признаков в виде пней и корней, которые, с затратой громадного труда людей, извлечены из почвы и затем обращены весьма часто в дым и пепел.

Достойно внимания, что после окончания размежевания — за исключением официального отчета Межевой Палаты, в провинциальной журналистике не помнится статей и монографий (кроме статистических земских изданий) касательно размежевания и его последствий в Малороссии. Между тем по официальным отчетам быв. межевых Палат, размежевание начиная с 1860 г. тянулось непрерывно в Полтавской губ. 26½ лет, а в Чернигов. губ. ровно 30 лет, и поглотило поземельных сборов с обмежеванных земель по Полтавск. губ. 4.131.993 р. и по Чернигов. губ. 4.717.938 р., а всего около 9

4

миллионов руб. наличными деньгами, не считая еще неприведенных в известность и не подвергавшихся даже приблизительной расценке на деньги — громадных затрат натурой: труда рабочих и подвод, доставленного материала для межевых столбов, кирпича, древесного угля и т. п. для устройства межевых ям при нарезке земель.

Я был зачислен на государственную гражданскую службу в 1855 г. и во время пробных межевых работ в Хорольском уезде в 1859 г. занимал уже скромную классную должность; на моих глазах — как живого и сознательного современника, межевание в крае началось и кончилось.

Среди межевых чинов и выборных сословных представителей у меня были знакомые; лично сам я в межевании заинтересован не был 1), но, конечно, часто приходилось слышать о тех или других эпизодах при межевании, — и вот свои личные воспоминания и наблюдения обращаю теперь в общее достояние с целью вызвать со стороны других лиц аналогичные сообщения, имея в виду, что в живых находится еще не мало лиц, то состоявших на межевой технической или сословно-представительной службе в межевых учреждениях, то бывших в качестве "понятых" при межевании, производстве полюбовных соглашений и т. п.; следовательно, много видевших и знавших, не говоря о множестве заинтересованных землевладельцев.

В числе дореформенных правительственных и судебных учреждений с выборными сословными представителями, по ведомству Министерства Юстиции состоял в нашем крае в каждом уезде "межевой суд". За неимением под рукой III части X т. свод. зак. (законы межевые) изд. 1842 и 1857 г. я ничего не могу сказать о составе и юрисдикции межевых судов 2).

1) Маленький клочек "батьковщины" я уступил родичам еще до межевания.

2) Перебирая в памяти свои воспоминания о былом, я мог бы назвать по фамилиям двух бывших в Хорольском уезде межевыми судьями, в том числе, последнего судью при закрытии межевых судов при размежевании. Не могу припомнить ни одного из заседателей и секретарей или письмоводителей межевого суда, хотя хорошо помню нескольких заседателей, секретарей и проч. бывшего уездного суда. При межевом суде состоял правительственный уездный землемер с техническим образованием, для производства технических межевых и чертежных работ при разрешении воспитавших в межевом суде споров о межевых границах и для приведения в исполнение решений межевого суда в техническом отношении.

5

Мне рассказывали, что в некоторых случаях межевой суд в полном составе, т. е. межевой судья с заседателями и землемером производили на месте осмотр спорных границ, опрашивали свидетелей, иногда устраивали "присутствие" на открытом воздухе на галерее при амбаре (коморе) 1), восстановляли границы с помощью "кипцив", т. е. копали известного рода ямы, ставили столбы. Не могу сказать, на сколько успешно действовал межевой суд, но хорошо помню, что в дореформенных учреждениях не была в обычае быстрота делопроизводства, в особенности по сложным тяжбам, которые тянулись иногда многие десятки лет.

В описываемое время в ведении министерства государств. имущ. состояли наши казаки и также казенные и государств. крестьяне, владевшие земельными угодьями — крестьяне по наделению от казны, а казачество на праве личной собственности, и частью в общем владении — выгонами, лесными и сенокосными угодьями. С надельных земель казна получала с крестьян казенного ведомства оброчную подать по количеству десятин удобной земли. Для приведения же в известность количества удобных земель и таксации доходности, Минист. Госуд. имущ. имело своих специалистов под именем таксаторов, а также сельских межевщиков и мерщиков, для измерения земли, прирезок и отрезок наделов и проч.

Что касается земель, составлявших личную собственность дворянства, духовенства, всякого рода разночинцев и казаков, то до межевания — в отношении землевладения и землепользования происходил трудно вообразимый хаос. В самом деле по отчету Полтав. Межев. Палаты, подлежавшие размежеванию 4.282.532 д. по губернии заключались в 2.537.340 разбросанных мелких полосах — нередко настолько ничтожных по своему пространству (в особенности лесные угодья), что на таком "клаптике" едва помещался на съемочном плане, обозначенный сжатыми цифрами, № участка, фамилии же владельцев показывались весьма часто не на плане, а в отдельном именном списке. Я непосредственно видел подобные

1) По старинным документам межевые суды назывались "подкоморскими", а судья — "коморник,", заседатели же "подкомориями".

6

планы и при них списки. Впрочем следует заметить, что 239.993 д. были отмежеваны в отрубные участки, главным образом в Константиноградском у. еще в конце XVIII в. (из бывших "вольностей" Сечи Запорожской после ее уничтожения) и около 917 тыс. дес. находились в разных других уездах также в отрубных участках, не подвергавшихся внутреннему размежеванию, а остальные около 4/5 (78,6%) площади губернии находились в чересполосности. Для характеристики частного чересполосного владения, припоминаю личную беседу с одним бывшим помещиком Хорольского уезда, у которого, по его словам, было в даче с. Зубаней до 700 д. в 600 слишком кусках, разбросанных на далекое расстояние. В то время он был еще сравнительно молодым хозяином, и не диво, что лично не мог знать каждой своей "нивки" и "клинця", но даже старый уже приказчик его из крепостных также не знал в точности положения и пространства всех "клаптиков". И вот выпал такой случай, что в отсутствие приказчика, неизвестные владельцу люди привезли "скопщину" с какого-то участка. Прибывший приказчик тоже лично не знал прибывших, и только после долгих распросов едва хоть приблизительно мог определить местонахождение участка, но не размеры его, так что "скопщики" сами добровольно доставили причитающуюся, по их усмотрению, владельцу долю. Из другого случая, описанного в отчете Полтавск. Межев. Палаты известно, что в одном имении Миргород. у. заключавшем 5.539 д., число отдельных участков доходило до пяти тысяч. Ясно, что в подобных случаях "собиратели" земель причисляли к своим владениям, где представлялась возможность, всякими правдами и неправдами каждый попадавшийся клочек земли. Исторические акты и документы, например в виде генеральных следствий о "маетностях" бывш. малороссийских полков, а также разработанные Проф. И. В. Лучицким данные Румянцевской описи, монографии А. М. Лазаревского и т. п., дают в общем поразительную картину земельных хищений, захватов, или купли-продажи по баснословно низким ценам. Вспоминаю, что посильно участвуя в работах И. В. Лучицкого по Переяслав-

7

скому полку, я своими глазами встречал случай продажи "нивки" за мешок картофеля; в другом случае — за "копу" грошей и т. п. Но то было хоть в конце XVIII в., а вот по напечатанному мною в "Полтавск. губ. ведом." статистическому описанию Лубенского Округа, составленному б. Окруж. начальником В. М. Каруновским в 1858 г., видно, что во время бывшего в 1833-34 г. голода по губернии, в Лубенском у. продавалась десятина земли за три (3) руб. сереб. и что такой покупкой воспользовались располагавшие наличным капиталом. Наверное подобные случаи бывали и по другим уездам, но не приведены в известность. В свою очередь старожилам края известен широко практиковавшийся в Малороссии обычай заклада земли "на упад", т. е. оставления за кредитором, если не будет выкуплена в условленный срок. Таким то образом, можно думать, могли составиться чрезвычайно разбросанные в мелкой чересполосности, владение состоятельных лиц и казаков и вообще привилегированных сословий. Нужно заметить еще, что по бывшим у меня в руках ревизским сказкам некоторых казачьих обществ 1835 г., пахотные земли каждого домохозяина были показаны не десятинами, а числом "дней" и "опругами" оранки, а сенокосные угодья — по числу "косарей", или накошенных "копице" сена — как было еще по Румянцевской описи. Вообще, сколько мне известно, до размежевания земель ни казачество, ни быв. помещичьи крестьяне не вели счета земель на десятины, а определяли "днями оранки"; в переводе же на десятину "день" оранки заключал 2 "округа" (с утра до обеда и затем до вечера); в кратковременный же перерыв для "снидання" (завтрака) и "полуднування" (полдника около 5 час. вечера) рабочий скот оставался в упряжке, без кормов. Для вспашки десятины полагалось весной и осенью "оранки два дня" (в Петровку можно выорать в 1½ дня). Конечно еще более шатким было определение пространства сенокосов по числу косарей, или копиц и возов сена — с точки зрения изменчивости урожаев в зависимости как от объема копиц, так еще более от "полиття" 1); лесные же рощи и заросли

1) См. "Метеорология и земледелие по Украин. народн. возрениям" объяснение "полиття".

8

определялись по Румянцевской описи мерой количества сажень "в окружности" (без длины и ширины), а при первоначальной съемке при межевании, неграмотные лесовладельцы даже и такого определения не могли сделать, так как дробление лесных угодий и зарослей путем наследства, продаж и закладов достигло крайних пределов: иной "гаек", "байрачок" и т. п. занимал ничтожное пространство, в несколько иногда десятков квад. саж. — как оказалось по данным межевания. И такие клочки были разбросаны в разных местах, иногда даже в разных межевых дачах.

С окончанием Крымской войны и воцарением Императора Александра II, повсюду распространились слухи о предстоящем освобождении крестьян и о размежевании земель. В среде "крепаков" таинственно трактовали, что землю панскую "порижут на души", и отождествляли размежевание с "волей", в особенности когда в Хорольском у. с весны 1859 года было приступлено к пробным межевым работам для проверки выработанных правил и инструкции по межеванию Малороссии. В том же году 27 октября последовало высочайшее утверждение Положение о размежевании Черниговской и Полтавской губ., и уже в 1860 была открыта в Хорольском уезде межевая комиссия с выборными сословными представителями.

Для производства пробных межевых работ была командирована в Хорольский уезд так наз. межевая партия, в составе начальника партии и одного помощника. По словам отчета Полтав. Межев. Палаты, первоначально были избраны лучшие межевые техники, так как требовалось, по указаниям опыта, изменение и дополнение Положения и инструкции, а также ознакомиться с особенностями земельных угодий, системой землепользования и пр.

Работы были начаты в ближайшей подгородней Штомпелевской даче, а в начале 1860 г. была открыта межевая комиссия, прибыл инженер в качестве межевого члена или начальника землемеров; был избран дворянством председатель комиссии, а также член от дворянства; назначен

9

член и от казны и избраны были члены от казаков и казенных крестьян 1).

Межевание земель подразделялось на генеральное — или внешнее — и специальное или внутреннее, в котором различалась "съемка" от окончательной "нарезки". В мою задачу, как не специалиста, не входит подробное описание всех межевых работ; при том в данное время не имею под рукой даже Положения о размежевании Малороссии и потому ограничусь тем, что сохранилось в памяти по рассказам других и по непосредственным наблюдениям.

Наиболее существенным и важным по своим последствиям в специальном межевании, представляется съемка отдельных полос каждого владения и затем развод или возможное сокращение чересполосности, путем добровольного соглашения или обязательно — по постановлению межевых учреждений, имевших значение как бы третейских по совести судов. Съемка земель производилась землемером в присутствии понятых, по действительному владению, с указанием в натуре границ землевладельцами и свидетелями, не касаясь юридических актов владения. На планшетку наносились контуры участка с означением только меры линий по измерению цепью с десятичными делениями сажени, но без означения на планшетке румбических и астролябических углов и без вычисления площадей участков или полос. В случе возникавших между владельцами споров о самом владение или о

1) Вспоминаю, что я имел возможность лично познакомиться с прибывшими в 1859 и 1860 г. из Москвы межевыми деятелями. Все это были исключительно питомцы Константиновского Межевого Корпуса (переименованного впоследствии в Межевое училище), молодые люди чуть не со школьной скамейки (за исключением межевого члена в чине капитана, средних лет). Они имели военно-офицерские чины, при чем воспитанники 1-го разряда именовались инженер-топографами, а остальные топографами (подпоручиками и прапорщиками при выпуске из корпуса). По долгу туземного летописца обязан засвидетельствовать, что вообще москвичи, по уровню общего образования и воспитанности выдавались среди туземной уездной чиновничьей молодежи, и справедливо считались "интересными" кавалерами. Некоторые из них впоследствии женились на более или менее состоятельных невестах, и вообще, сколько мне известно, об питомцах межевого корпуса, прибывшим в Хорол. у. до 1870 г. (когда я выбыл из уезда) сохранилась добрая память. Впрочем один из них впоследствии стал во время производства полюбовных соглашений выпивать и, как говорили, посли нарезки одной межевой дачи предлагал купить у него 20 дес. излишней будто бы земли; другой деятельно помогал пресловутому "Гасе" проматывать 5.000 д. земли, и когда имение было продано и "Гася" скрылся, то сподвижник его обратился сперва в частного поверенного по судебным делам, а потом засел на иное "хлебное" местечко.

10

границах участка, землемер отмечал в поземельном списке землевладельцев дачи о возникшем споре. После окончания съемки всех участков в данной межевой даче, землемер составлял съемочный план — в виде контуров каждого участка или полосы с означением смежных владельцев, и представлял в межевую комиссию вместе с именным списком владельцев. Затем для рассмотрения возникших споров о владениях или границах полос, а также для производства добровольного соглашения или обязательного развода чересполосных участков, межевая комиссия выезжала в межевую дачу и, в случе надобности, производила опрос выставленных сторонами свидетелей, осматривала в натуре, и так или иначе разрешала спор. Конечно, могли быть всякого рода домашние, а иногда формальные письменные памятники в виде купчих, дельчих и т. п., разве у немногих потомков малороссийских магнатов, напр. Разумовских, Скоропадских, Галаганов, Лукашевичей и друг., но планы были редкостью, судя по тому, что во время служения моего членом-оценщиком дворян. банка (1885-92 г.) мне случалось видеть только два— три землемерских плана конца XVIII в. на отрубные участки помещичьих владений быв. Азовской губ. в уездах Алексопольском (Нехвороща) и Царичанском Кобел. у. Я склонен думать, что даже у самых крупных наших старосветских панов едва ли были доморощенные землемеры из крепостных, знакомые с составлением геометрических планов, так как не приходилось видеть планов экономических ранее начала размежевания, а уже потом, по выкопировкам межевых планов составлены были хозяйственные планы с разбивкой отрубных участков на "квадраты" (бол. частью по 6 дес). Значит при производстве специального межевания играли важнейшую роль свидетельские показания, как единственный живой и более или менее достоверный источник. И в самом деле как во время межевания так и в наши дни доживающие свой век старики служат живой хроникой и, пожалуй, своего рода археологией 1) в особенности отведавшие "памьяткового

1) В июле 1903 г. 80-ти лет старик-пастух рассказывал мне, между прочим, о владении Дублянского, обнимавшем всю видимую глазом окрестность в Константиноградском у. — между Козельщиной, Шерстюковкой и Писаревкой. Теперь на этом пространстве обзавелась масса хуторов "куркулей" и только скромный уголок занимают потомки Дублянского.

11

прочухана". Так назывался в старину способ закрепления в памяти юношества — границ владений, заключающейся в том, что от времени до времени сельский начальник (атаман) брал с собой нескольких "хлопцив" (парубков) и обходил с ними границы владений своего села, обращая внимание на живые урочища (балки, могилы, горбы и т. п.), а также на пни или кусты на той или другой грани, и тут же около какого-нибудь естественного признака межи известного владения — то одному, то другому спутнику отпускал несколько ударов розгами или "хлудынью" (хворостиной), как бы на память указанных меж. Конечно, подобный казус сохранялся в памяти целый век, и такой живой свидетель клятвенно уверял или указывал какую-нибудь видимую примету и даже самое место, на котором досталось отведать "прочухана". Но не всегда и не везде держался подобный обычай; вообще же туземные глубокие старики, сохранившие правоспособность, могут хорошо помнить те или другие изменения во владениях в известной вдоль и впоперек родной окрестности.

Наиболее трудно достигалось добровольное соглашение между владельцами по обмену чересполосных кусков и вообще при уничтожении чересполосицы. А между тем по положению о межевании Малороссии установлена новая самостоятельная "хозяйственная" единица, обнимающая не менее 50 дес. пахотных угодий, или 3 дес. лесонасаждений и зарослей. Владельцу такой целостной единицы предоставлялось право обратить ее, если не было других своих хуторов — так сказать в ядро или центр своего владения и сюда приурочивать остальное пространство, соответствующее количеству находящихся в мелкой чересполосности участков. Бывали, конечно, владельцы целых сотен дес. пахотной земли с более или менее обстроенными и оборудованными экономиями в одном целостном куске, подлежавшем действию Положения о размежевании; но при этом отчет Полтав. Межев. Палаты отличает более 20.400 вновь образованных отрубных участков (свыше 50 дес. каждый), для которых вырезано из находившихся в чересполосности более 1½ миллиона десятин земли. В отчете о межевании нашего края (стр. 17) встречается в отношении

12

крупных чересполосных имений объяснение, что-де "при энергичном участии самих владельцев достигались нередко замечательные результаты. Не говоря уже о тех весьма многих случаях, когда несколько десятков и даже сотен отдельных клочков сводились в один, два, три куска, отчет замечает, что в одном имении Миргородского у., около 5 тыс. чересполосных кусков, средняя величина которых не превышала полторы дес., сведены были по межеванию в три отдельных участка. Само собой разумеется — говорится далее — подобные случаи сведения земель могли иметь место только при самом деятельном участии владельцев в полюбовных соглашениях, сопровождаемых немаловажными потерями в отношении общего количества земли. Так имение, о котором упомянуто выше, заключало по съемке до 6 тыс. дес., а по сведении 5 тыс. кусков в три участка, в них, по полюбовной сказке, нарезано всего 5 539 дес. Значит, около 460 д. было пожертвовано (?) владельцем единственно в видах достижения полюбовных соглашений, без которых подобное сведение полос было бы немыслимо, не смотря на предоставленное межевым комиссиям право обязательного развода".

Однако далее из отчета (стр. 20) видно, что только что означенным правом межевые комиссии все таки пользовались, так как по губернии были размежеваны путем обязательных постановлений, 10 межевых дач по губернии 1).

Приведенное выше наводит на мысль, что не всегда, даже "при самом деятельном участии владельцев", счастливо удавались добровольные соглашения, тем более, что достоверно известно, что для осуществления обязательной нарезки земель по Горошинской даче, потребовалось содействие военной силы, а в Черниговской губернии это случалось многократно 2).

1) Хорольского уез. Новая-Аврамовка и Горошин; Прилукского уез. Ряшки, Смош, Гурбинцы, Щуровка: Миргородского уез. Большая-Обуховка; Пирятинского уез. Сасиновка, Антоновка, Малютинцы; Лубенского уез. Березоточа и Лохвицкого уез. Токари.

2) По рассказам землемера, более 10 лет работавшего по межеванию в Черниговской губ., там множество межевых дач были подвергнуты обязательной нарезке, вследствие значительной пестроты и разнокачественности почв, затруднявших полюбовные соглашения. При том при Губернаторе Анастасьеве неоднократно была употребляема военная сила для приведения в исполнение обязательных нарезок; в Полтавской же губ. кажется единственно только в Горошинской даче была военная зкзекуция, — по словам того же землемера, да и пишущему эти строки также не приводилось слышать о других случаях применения военной силы для приведения в исполнение обязательных нарезок земель.

13

Достойно особенного внимание высказанное в отчете (стр. 21) "сожаление" по поводу того, что "разрешение большинства жалоб", приносимых на действия уездных межевых комиссий и межевых деятелей "затруднялось именно тем, что они являлись по пропущении установленных по положению сроков. Удовлетворение многих заявлений — говорится далее — по существу своему совершенно основательных, представлялось нередко невозможным — без уничтожения всех предшествовавших работ и изменения первоначально составленной полюбовной сказки. Не мало было неудовольствий — по сознанию отчета — в существе не безосновательных, на нарезки, произведенные шесть месяцев и более тому назад, тогда как для обжалования межевых действий установлен месячный срок. Наконец, говорится далее, заявлялись жалобы на межевые действия даже в то время, когда размежевание дачи в натуре было закончено, и когда, строго говоря, межевые учреждения не имели даже права командировать сословного члена или техника для дознаний на месте. Хотя, по словам отчета, в подобных случаях, особенно когда представлялась малейшая возможность к удовлетворению недовольных, и комиссии и палата не придавали решающего значения пропущению сроков, не мало было и таких жалоб, которые оставлены без последствий — единственно за несвоевременностью удовлетворить их без уничтожения предшествующих работ". И так изложенные официальные признания позволяют утверждать, что полюбовные сказки и нарезки земель совершались не всегда согласно с справедливостью, и последнюю нередко межевые учреждения лишены были возможности восстановить — за пропущением установленных сроков для обжалования, т. е. по причинам чисто формальным или бюрократическим. Очень жаль, что при лаконичности канцелярской стилистики, в отчете отсутствуют хронологические данные о количестве возникших, удовлетворенных и оставленных без последствий по причине пропуска срока, жалоб. С хронологической же точки зрения необходимо иметь в виду, что начало размежевания предшествовало отмене крепостного права и что количество грамотеев в среде сельского население (со включением казаков

14

и крестьян казенного ведомства) в то время было в несколько крат меньше современного. Да и между грамотеями — конечно, гоголевские Петрушки не могли усвоить себе во всех подробностях положение о размежевании Малороссии; за то, более или менее успешно ловили рыбу в мутной воде проходимцы из сельских сословий, а также специальные дельцы и ходатаи из привилегированных сословий имели обильную поживу по открытии межевых учреждений. Были, конечно, владельцы, принимавшие непосредственно "самое деятельное участие в полюбовных соглашениях"; но, сколько помнится, число таких энергичных, деятельных и главное понимающих все тонкости межевого дела владельцев было весьма ограничено, чтобы не сказать более; значительное же число крупных и средних владельцев прибегали к содействию нарочитых ходатаев по межевым делам, как равно и более состоятельные, но часто совсем неграмотные казаки, которые по своему земельному цензу не уступали не только полупанкам и панкам (имевшим сотню—другую десятин), но и "панам" среднего состояния, т. е. владельцам нескольких сот крепостных душ.

Вспоминаю, что за исключением южной части губернии — в остальных 11 уездах существовало традиционное землепользование с обязательным трехпольно-толочным (паровым) севооборотом при чересполосности владений. По данным межевания находилось в чересполосности более 9/10 площади территории следующих уездов: Лубенского (96,4%), Лохвицкого (94,9%), Миргородского (94,3%), Роменского (93,7%), Зеньковского (91,6%), Гадячского (90,3%), составляющих в действительности — территориальную сплошную полосу; в других уездах чересполосности были меньше, но все же, например, в Хорольском уез. около ⅔ площади (65,1%); в южной же полосе, заключающей уез. Константиноградский, Полтавский, Кобыляцкий и Кременчугский, как известно, колонизованных сравнительно позже древнейших поселений по Пслу, Хоролу, Суле и Удаю, до межевания господствовало так наз. хуторное владение — без обязательного трехпольно-толочного севооборота, и каждый владелец мог располагать угодьями по лич-

15

ному усмотрению. Во время размежевания было предоставлено как сельским обществам, так и не принадлежавшим к обществам частным землевладельцам избрать тот или другой способ землепользования, т. е. с обязательным трехпольным севооборотом, или же с так наз. хуторной нарезкой к одному месту земель каждому владельцу в одном или двух участках, а при обязательном трехполье — приблизительно нарезывались пропорционально одинакового размера участки в каждой смене, иногда еще с запольным клином. Владельцам же свыше 50 дес. предоставлялось повсеместно право образования отрубных участков с изъятием из обязательного севооборота; причем владения не свыше 100 дес. могли добровольно оставаться и при общесменном землепользовании. Понятно, что при добровольных соглашениях и составлении полюбовных сказок по межевым дачам, все и каждый из частных землевладельцев свыше 50 дес. (за ничтожным исключением) пожелали выделиться из чересполосицы в самостоятельные отрубные участки; некоторые же общества казаков и крестьян также пожелали получить хуторную нарезку без обязательного трехполья.

Были изредка случаи уничтожения казачьим обществом, наприм., в Решетиловке, обязательной толоки еще до межевания по особым обстоятельствам 1). С какими чрезвычайными трудностями при производстве добровольных соглашений по сокращению чересполосности владаний приходилось иметь дело межевым учреждениям, можно судить по отчету по межеванию в губернии, из которого видно (стр. 14), что например в даче м. Великих Сорочинец (Миргородск. у.), находилось 18.285 д. земли при 24.100 полосах, в даче м. Еремеевки (Золотонош. у.) 18.610 д. при 16.626 полосах, в даче Васю-

1) Бывший помещик Попов владел в Решетиловской даче значительным количеством земли, из которой сравнительно малость находилась в мелких чересполосных кусках, разбросанных на пространстве нескольких десятков квад. вер среди чересполосных казачьих земель, находившихся в обязательном севообороте. Пользуясь этим, помещик развел огромные стада (несколько тысяч голов) испанских овец, и постоянно выпасывал эти стада на общей с казаками толоке, и этим до крайности стеснял выпас общественного скота. В конце концов казачье общество постановило приговор об уничтожении обязательного трехполья, и впоследствии при межевании земель приняло хуторную нарезку, т. е. отдельно каждому владельцу по возможности в одном или двух участках.

16

тинец (тоже) 16.692 дес. при 12.540 полос; средняя же величина полосы в Зеньковском (191.170 полос при 181.722 дес.) и Роменском уез. (247.197 пол. при 188.722 дес.) оказалась даже менее десятины. Однако должен признаться, что мне не приходилось лично присутствовать при производстве добровольных соглашений и составлении так назыв. "полюбовных сказок" по разводу земель, но в разных концах губернии случалось не мало слышать от очевидцев и землевладельцев разных сословий, а кое-что и наблюдать непосредственно. Приводя в порядок свои воспоминания и наблюдения, я должен заметить, что межевание в губернии продолжалось непрерывно 26½ лет, и потому в уездах ранее размежованных — добровольные соглашения с казаками и другими крестьянами казенного ведомства могли удаваться легче, пока сельское население не изведало на опыте последствий размежевания. При том из статист. сборников губернского земства обнаруживается поразительное возвышение продажных цен на землю по сравнению с существовавшими ранее 1870 г., но время окончания размежевания земель в каждом уезде в сборниках не объяснено 1), так что во всяком случае между окончанием нарезки земель несколькими годами раньше или позже во времени, несомненно должна существовать значительная разница во всех отношениях, и потому при собирании материалов по живым источникам необходимо определение с возможной точностью времени, к которому относятся те или иные события и т. п. Вспоминаю, что во время работ по подворной переписи в 1882-83 г. по размежеванным уже уездам Зеньковскому, Полтавскому и Миргородскому, сельское население не могло еще освоиться с определением пространства земли десятинами и саженями, и на вопрос: сколько земли имеет опрашиваемый хозяин, обыкновенно получался ответ: "та хто його зна: може десятын шисть, а може й бильш", и приходилось разыскивать по экспликациям межевых планов; иные определяли прикупленную после межевания землю коли-

1) Как известно, статистит. бюро получило из межевой канцелярии, по особому заказу, фотографические копии планов всех межевых дач по губернии, но упустило раздобыть сведения времени окончания нарезки земель, если не по каждой даче, то хотя бы по каждому уезду.

17

чеством высеваемого зерна в мешках, или днями и опругами пахоты. Из многих же слышанных рассказов о добровольных соглашениях и "полюбовных сказках" можно вывести заключение, что неграмотные хозяева не имели понятия о межевых планах и не могли в них разбираться. Не даром существует поговорка: "не всякому слуху верь", но ведь много правдоподобного в том, что наприм. при составлении проекта нарезочного плана, когда владельцу приходилось взамен прежнего чересполосного участка получать землю в другом месте "по полюбовному" соглашению, сопровождаемому традиционным "могорычем" — под воздействием последнего, неграмотный простофиля легко мог делать непоправимые ошибки и зло самому себе. Это в тех случаях, когда подгулявший выслушивал объяснение землемера о том, в каком урочище достается данному лицу проектированный участок, при чем землемер "ткне пальцем" на разложенный огромный план, "та й приказуе: давай руку", т. е. какому либо грамотею доверить расписаться за себя на плане и в полюбовной сказке. Иногда, говорили, такими грамотеями бывали состоявшие при землемерах наемные "пысарци", или промышлявшие рукоприкладством за неграмотных и получавшие вознаграждение за свой труд грамотеи. Как известно, полюбовные сказки и проектный нарезочный план вместе с поступившими жалобами подлежали рассмотрению межевой Палаты. Иногда по таким жалобам и по сделанным в Чертежной Палате "ремаркам" производились обследование и исправление на месте. Но из приведенных выше цитат из отчета Меж. Пал. и из наблюдений действительности известно, что пропущение установленных сроков для обжалования межевых действий, юридически санкционировало в некоторых случаях заведомые неправильности, чтобы не сказать более.

Достойно особенного внимания, что в надписях на межевых планах весьма часто можно видеть, что в данной межевой даче "межевание производил" один землемер, скажем А, а уже "межи утверждал" другой землемер — X. Это значит, что А составлял "полюбовную сказку" и по ней нарезочный план, а на долю X выпало уже только завершить, т. е.

18

привести проект в исполнение посредством нарезки в натуре с проведением меж, с постановкой межевых столбов с государственными гербами и проч. Тут то иногда олицетворялась поговорка: "хто кыслыци поив, а кого оскома напала", когда только при нарезке в натуре тот или другой владелец убеждался, что ему достается земля не в том месте, на которое "тыкал пальцем" землемер при составлении полюбовной сказки, так что на деле оказывался какой-нибудь "шпыль" — окраина возвышенности вместо равнины, или "полог" (раздол) и т. п. В подобных злоключениях не помогали запоздалые жалобы, которые межевой палатой (стр. 22) оставлены без последствий единственно "за несвоевременностью обжалования и невозможностью удовлетворить их без уничтожения предшествующих работ".

Из трех стадий межевых работ: 1) первоначальной съемки полос, 2) образования новых отрубных участков и проектирования нарезки земель вообще и 3) окончательной нарезки с утверждением меж в натуре — первая и последняя являются полевыми работами, а для второй требовался исключительно кабинетный землемерный труд весьма кропотливый в техническом отношении, но за то самый благодарный в жизненном смысли. Не мало, конечно, требовалось технической сноровки и житейской практической опытности для концентрирования более или менее обширных новых и округления старых отрубных участков в самостоятельное пользование "энергичных" владельцев, участвовавших в полюбовных соглашениях непосредственно, или чаще всего через весьма опытных ходатаев. Во всяком случав всецело к обязанности землемера относилось вычисление площадей чересполосных участков по съемочному плану и проектирование нарезки отрубных и не отрубных участков и составление "полюбовной сказки". Покончив по межевой даче свой нелегкий труд, иногда с прегрешениями вольными и невольными, предусмотрительный землемер поступал по поговорке: "пиды рынде куды инде: там тебе не знатымуть и рындею не зватымуть" — и переходил в другой уезд или в другую губернию, оставляя в распоряжении межевой палаты ½ причитающейся ему "задельной"

19

платы вперед до утверждения проектированной нарезки дачи. Впрочем считаю долгом засвидетельствовать, что мне неизвестно ни единого случая предания суду за преступления по должности землемеров, как равно и других сословных представителей в межевых комиссиях, хотя циркулировало не мало слухов о небескорыстных подвигах некоторых деятелей, ознаменованных в живой жизни их недвижимыми и движимыми "благоприобретениями" после трудов по межеванию. Теперь, когда всякие служебные деяние по межеванию покрыты уже и узаконенной давностью и несколькими Всемилостивейшими манифестами, когда самое межевание стало свежим преданием, которому "верится с трудом", — могут совсем развязаться языки у тех, кто так или иначе соприкасался с межеванием, и может быть правдивым повествователем совершившихся эпизодов во время полюбовных соглашений или обязательных разводов и т. п.

Говоря вообще, размежевание в нашем крае систематически началось в последний (1860) год доживания крепостного права и захватило ровно четверть века (1861-86 г. включит.) новейшего периода великих реформ славнейшего царствования Царя-Освободителя и потом Его преемника — Царя-Миротворца.

Вместе с тем межевание служит поучительной историей юридического укрепления прав собственности по наличному владению и образования вновь 20.408 отрубных дач, для которых вымежевано из чересполосных дач 1.512.658 дес., что составляет 44,1% обмежеванной площади губернии, и за тем осталось в общих планах неотрубных 699.033 участка с 1.852.874 дес. или 55,9% площади. Кроме того, в 714 отрубных дачах с 917.000 дес. "развода земель не производилось", и как видно из отчета, "смотря по обстоятельствам, межевые работы ограничились спрямлением границ", а 239.493 д. обмежеванных еще в конце XVIII стол. вовсе не подвергались межеванию. Таким образом в отрубных участках находилось в губернии до межевания 1.156.493 дес., а во время межевания еще прибавилось новых 1.512.658 д. и за сим составилось уже 2.669.151 дес., что и доставило обслуживание межевания прежним и вновь образовавшимся отрубным владе-

20

ниям. Такие результаты были достигнуты "полюбовными сказками", или иногда так сказать принудительно — обязательным разводом земель по постановлениям межевых учреждений. Вот об этих то полюбовных соглашениях, в виду цитированных выше косвенных признаний и намеков в отчете межевой Палаты и предлежит собрать материалы по живым источникам, пока они не подверглись могильному молчанию.

Сам по себе период производства межевых работ глубоко интерес для возможно обстоятельной характеристики как истории землевладения, так и нравов межевых землемеров, сословных представителей, а равно и землевладельцев, начиная от великопоместных дворян до последнего крестьянина того или другого наименования. Во имя справедливости "осуждая грех, нужно быть милосердным к грешнику", следует вспомнить, что в особенности в начале межевания — работы производились юными питомцами Константиновского межевого Корпуса, а затем уже, начиная с 1863-1887 г. включит., в нашей губернии работало не менее сотни межевых чинов в партиях, и кадры пополнялись то питомцами быв. таксаторских классов, то освоившимися с межевой техникой в чертежной межевой палаты — всякими чертежниками, а также быв. казенного ведомства межевщиками и мерщиками и т. п., при том с 1865-72 г. число межевых партий было 50-58, а в 1873-77 г. колебалось от 63-65 и потому не мудрено, что могло быть "в семье не без урода". Но с другой стороны — необходимо для всестороннего освещения важного для края исторического события — на сколько возможно, осведомление: при какой обстановке и условиях приходилось исполнять землемерам свои обязанности по составлению полюбовных сказок и в особенности по проектированию более или менее значительных отрубных участков, и какими путями и средствами иные заинтересованные землевладельцы или их доверенные ходатаи — мастера межевых дел, достигали, выражаясь словами отчета межевой палаты "нередко замечательных результатов, а именно, когда в "весьма многих случаях, несколько десятков и даже сотен отдельных клочков сводились в один, два или три куска"? Нужно проверить по

21

живым источникам, справедливы ли слухи о том, наприм., что за землемерами ловкие люди всячески ухаживали, старались закармливать, а тем более запаивать иногда "до положение риз", и наконец доводили до принятия подношений под известными условиями? Кто дерзнет бросить камень в какого-нибудь ставшего податливым, землемера, когда, наприм., мне рассказывали в одном уезде об отставном уездном землемере, ставшем ходатаем по межевым делам магната, имевшего в Черниговской и Полтав, губ. более 30 тыс. чересполосной земли, и услуживавшего и другим землевладельцам, и получившем в награду от магната хутор около 150 дес. с усадьбой и в предместье города экономическую усадьбу 12 дес. с рощей. В том же уезде называли быв. члена межевой комиссии от казаков, имевшего "батьковщины" около 20 дес., но после нескольких трехлетий службы прикупившего более сотни дес. В другом уезде называли члена от дворян, сделавшего "благоприобретение" около 250 дес. Называли также землемера, постаравшегося округлить имение матери своей невесты, а потом после женитьбы землемера, теща прикупила на свое имя, но на деньги зятя — еще около сотни дес. и передала дочери по дарственной записи. Наверное я успел уже забыть некоторые случаи, так как не вел записей. Склонен думать, что в любом уезде туземцы могут поведать несравненно более обстоятельно в отношении полюбовных соглашений и составления проекта нарезки земель, в особенности в тех дачах, где добровольными соглашениями не был достигнут развод земель, и дело кончилось обязательным разводом по постановлению межевой комиссии.

Для характеристики общественных нравов в хронологической последовательности, было бы желательно при собирании материалов, обозначение года, к которому относится эпизод и т. п., дабы выяснить в чем именно в действительности могла проявиться разница в общественных понятиях и отношении к делу в период межевания (1860-86 г.). Во всяком же случае обозначение времени существенно необходимо.

Скажу в заключение, что в отчете межевой палаты помещены несколько таблиц, в которых "уезды расположены в

22

порядке окончания их межеванием", но без обозначения времени, т. е. года окончания; а между тем дата подобного рода имеет существенно важное значение для истории мобилизации земельной собственности и истории продажных цен на землю как по целым уездам, так и по отдельным межевым дачам до межевания и после того. В виду этого отчет требует соответственного дополнения архивными данными Межевой Канцелярии, а без такого дополнения имеющийся в поуездных статист. сборниках губерн. земства огромный материал о земельной мобилизации не может получить надлежащего исторического освещение для вывода законосообразности в мобилизации. Вообще возможно подробное изучение делопроизводства и отчетности межевых учреждений представляется насущно необходимым, но сопряжено с затратой огромного труда. Для собирания же материалов по живым источникам имею честь представить, в виде опыта, выработанную мной программу.

Закончу настоящее сообщение предложением, не будет ли признано возможным: 1) войти в обсуждение способов и средств использования обширных архивных материалов, хранящихся в Межевой Канцелярии, 2) представляемую программу для собирания материалов по живым источникам, напечатать в местных казенной и частных газетах с обращением от имени комиссии к просвещенным местным деятелям, дабы они непосредственно приняли ближайшее участие в собирании материалов и доставлении последних в комиссию, в виде ответов на вопросы программы, или в обработанном вид монографий отдельных поселений, с выяснением экономического положения до межевания и тех изменений, которые явились последствием производства размежевания; 3) организовать при комиссии разработку материалов о размежевании земель в Полтавской губернии.

23

ПРОГРАММА
для собирания материалов о размежевании земель в Полт. губ.

НЕОБХОДИМОЕ ОБЪЯСНЕНИЕ.

На пространстве нашей губернии при начале межевания находилось в некоторых уездах более 9/10 площади уездной территории в мелкой чересполосности 1), в то время, как в других уездах отрубные участки занимали более 3/10 площади, как напр. Хорольский у. (34,9%), тогда как в Константиноградском у. находилось 92,4% площади под отрубными участками в степях бывш. Орельской паланки войска Запорожского. Понятно, что в этом последнем лишь в самых ничтожных размерах произвело межевание изменения в характере землевладения и землепользования. Нужно знать, что по Полтав. губ. в Кобелякском и в частях уез. Полтавского и Кременчугского не было со всем общих севооборотов с общими толоками, а существует так называемое хуторное хозяйство, вследствие чего каждому владельцу (за исключением крестьян собствен. и казенных) земля нарезывалась по возможности в одном участке; в Константиноградском уезде все крестьянские наделы нарезаны сплошными отрубными участками, а в остальных 11 уездах каждому хозяину приходилось нарезывать полосы в трех сменах, а в некоторых селениях нарезывались еще и так наз. "запольные" или "бестолочные" участки. Пространство же отрубных владений против прежнего увеличилось по уез. Лубенскому в 11,2 раза, Лохвицкому 8,4 раза, Роменскому 7 раз, Миргородскому 6,8 раз. Очевидно, что в только что перечисленных уездах результаты размежевания земель должны произвести наиболее глубокие изменения в быту и хозяйстве сельского населения, изменения сопряженные с уничтожением общеобязательных толок с правом бесплатного выпаса скота каждым из обывателей и однообщественников данного поселения. Этим самым указывается, что названные уезды заслуживают преи-

1) Наприм. по Полтав. губ. в уездах: Лубенском 96,4%, Лохвицком 94,9%, Миргородском 94,3%, Роменском 93,7%, Зеньковском 91,6%, Гадячском 90,3%.

24

могущественного внимания туземных собирателей материалов по живым источникам.

Что касается объема и содержания программы, то следует заметить, что в отчетах по межеванию заключаются весьма обстоятельные цифровые данные и текстовые объяснения о ходе во времени и количестве размежеванных отрубных и чересполосных участков и в них десятин, и некоторые другие официальные сведение и данные о формальной стороне межевания.

Но, само собой разумеется, в отчетах отсутствуют данные характера этнографического, сельскохозяйственного и нравоописательного; а ведь только при освещении подобного рода данными станет понятен истинный смысл и значение произведенных размежеванием изменений — в виде вырезки из чересполосности для образование новых отрубных участков по губ. Полтавской 1.512.658 д. Впрочем сельскохозяйственная сторона вопроса выяснена можно сказать мириадами данных земского статистического исследования по Полтавской губ., так что дело стало за собиранием материалов этнографических и нравоописательных по отношению к так назыв. разводу земель полюбовному или обязательному, и за тем размежеванию с нарезкой земель согласно нарезочным планам.

Составитель программы должен признаться, что выработка так сказать исчерпывающей программы по межеванию предоставляет неодолимые почти затруднения, так как невозможно предусмотреть и формулировать вопросник, обнимающий если не все, то возможно более значительное число случаев совершения того или иного факта, в зависимости от индивидуальных особенностей отдельных лиц. Затруднение увеличивается тем обстоятельством, что предстоящее собирание материалов должно совершиться при посредстве не сплошного опроса всех и каждого из крупных и самых мелких владельцев земли, а посредством возможно большего числа записей из уст народа; причем многие успели уже умереть из числа тех, которые участвовали в межевании в качестве активных владельцев размежеванной земли, или так назыв. понятых, или свидетелей при спорах о владении и границах, и таким

25

образом те или иные эпизоды соглашения, нарезки и т. п. будут лишь воспоминаниями слышанного от других. В силу этого предлагаемая программа будет заключать ряд вопросов так назыв. "наводящих", т. е. таких, на которые не годится ограничиться положительным или отрицательным односложным ответом "да" или "нет", но нужно ответить более или менее обстоятельным описанием известных событий, эпизодов и т. п. по тому или другому поводу. Одним словом программа задается целью дополнить документальные и цифровые данные по межеванию — описательным материалом в виде воспоминаний, повествований и т. п. о различных моментах произведенного размежевания земель. С этой точки зрения, туземные просвещенные деятели, принявшие на себя труд собирания материалов по живым источникам, несомненно принесут неисчислимую пользу и вклад в сокровищницу родиноведения — внимательным и по возможности дословным записыванием ответов и рассказов очевидцев и свидетелей.

Туземные собиратели материалов благоволять иметь в виду, что безыскусственное записывание слышаного — независимо освещения вопроса о межевании, представит еще весьма ценный материал лексический и для словаря народной терминологии, так что ожидаемые материалы могут иметь двойную цену.

Что касается формы изложения ответов на вопросы программы, то в этом отношении просвещенные собиратели не могут быть стесняемы; так как прежде всего нельзя требовать безусловно от каждого собирателя ответов на все вопросы программы. Вообще следует принять за правило — писать на отдельных листках ответы с означением на верхней строчке — № вопроса (без текста) программы, имея в виду, что некоторые вопросы, как например по определению пространства и наименованию земельных угодий, имеют значение для словаря народной терминологии; вопросы же в отношении производства съемки и в особенности приемов и способов полюбовных соглашений и обязательных разводов по постановлениям Межевых комиссий, представляют чрезвычайно интересную картину туземных нравов и обычаев, быть может различающихся по уездам и отдельным мест-

26

ностям Полтавщины. Таким образом статься может, что по данному № программы иной местный собиратель составит целое повествование, что и представляется наиболее желательным.

П Р О Г Р А М М А.

1) До межевания земель казенными землемерами, какими способами определяло сельское население пространство земельных угодий, и как именовались участки земли, например пахотной земли: сколько дней, опругов и т. п., или же определялась величина участка засеваемым известным количеством зерна — положим известным числом четвертей или мерок зерна (Сколько мерок шло на четверть, и сколько гарнцев (ковшей) на мерку).

2) Какое наименование носили отдельные пахотные участки: напр. лан, ланок, нива, клинок и т. п. (Объяснить подробно характерные различия).

3) Сенокосные угодья как назывались по отношению к рельефу местности и гео-топографическому положению; (описать характерные особенности) напр. степ, долина, подил, пологи, пидстеп, луки, луг, плавня, берег и т. п. Количество собираемого сена как определялось: числом ли косарей, или копиц, возов и т. п ?

4) Специальные коноплянники как назывались: напр. пидметы, помирки и т. п., и пространство их определялось ли количеством высеваемого конопляного и льняного зерна мешками, коробками и т. п. (Сколько мерок в мешке и коробке)?

5) Усадебные участки назывались ли кгрунт, дворище или иначе?

6) Левадами ли или иначе (как?) именуются предковские или вновь заведенные, окопанные и почти всегда обсаженные деревьями участки, примыкающие к черте поселений и замежеванные в окружную межу с усадьбами. Подвергались ли левады обмену добровольному или обязательному, для устранения чересполосицы?

27

7) Лесные угодья как именуются по отношению к гео-топографическому положению и преобладающим лесным породам: наприм. диброва, байрак, лис, гай, бир, луг и т. п. (описать характерные особенности, присущие каждому названию).

8) Какие названия в данной местности носят болотистые угодья с кустарно-древесной зарослью и сенокосными прогалинами, напр. олешник, лозняк, хащи, куштельники, а также чистые болота, заросшие очеретом, и с так назыв. плавами, опарями (трясинами и топями), лепешниками, ситнягом, горобинцем и т. п.

9) В состоянии ли было неграмотное население разбираться с межевыми планами и фигурами участков при производстве соглашений и составлении проекта нарезочного плана? ("землемер ткне пальцем у плани, та й прыказуе: давай руку (грамотному), а хиба разбереш де вин там ткнув").

10) При перемене участков, т. е. когда владение данного лица по проекту нарезок предназначалось передвинуть в другое урочище — иногда на несколько верст далее от поселения, или когда ему выпадал участок худшей по качеству и положению земли (шпыль, згирья, мочар и т. п.), когда между владельцами не могло быть достигнуто полюбовное соглашение, каким способом устанавливался обязательный развод: т. е. производился ли на месте осмотр, кем и как производилась оценка и определялся окончательно размер вознаграждения уступавшему лучшую землю?

11) При добровольном соглашении (в котором году производилось) на перемену участков и при составлении полюбовной сказки было ли производимо землемером указание участков в натуре, или он ограничивался объяснением заинтересованным места на плане, с поименованием естественных признаков (могил, балок и т. п,) и помежников на новом месте? Какое значение в производстве соглашений играли сословные члены (от дворян, от казаков и друг.)? Происходили ли попойки, т. е. могорычи перед подписанием плана и полюбовной сказки, или после?

12) При образовании новых отрубных участков, вырезанных из чересполосности, производилась ли прирезка к более

28

крупному участку данного владельца, или же ему предоставлялось право избрать один из участков в качестве центрального, а уже затем расширять и округлять свое владение?

13) При производстве нарезки земель в натуре (в котором году начата и окончена) по утвержденному проекту нарезочного плана, не происходило ли жалоб и неудовольствий по поводу того, что данному лицу достался участок не в том месте, которое было обещано ему землемером при составлении проекта нарезки? Как разрешались подобные жалобы в том случае, когда нарезку в натуре производил новый землемер, иногда спустя продолжительное время после составления по даче полюбовной сказки, подписанной за неграмотного другим лицом?

14) При каких обстоятельствах и условиях обязательная нарезка земель производилась по постановлению межевой комиссии?

15) За кем при межевании была записана находившаяся в закладе 1) невыкупленная земля, т. е. за залогодателем или его кредитором, если земля находилась в "действительном" владении последнего (вместо процентов до выкупа залогодателем).

16) По народным обычаям имели ли право наследники залогодателя или сам он внести кредитору залоговую сумму и получить в свое владение заложенную землю?

17) По каким ценам продавались перед межеванием пахотные и сенокосные угодья по частным документам (например из статистического описания Лубенского округа госуд. имущ. известно, что в голодные 1833 и 1834 г. были случаи продажи в вечность пахотных земель по три руб. сереб. за десятину (3 карбованца).

18) После окончания нарезки земель в новые отрубные участки, на сколько уменьшилось пространство обязательных толочных рук (смен), и какое влияние оказало это изменение на выпасы скота малоземельными и безземельными хозяевами?

1) "Застанова" или иначе назывался до межевания залог земель с правом выкупа, или с потерей этого права при неуплате в срок.

29

(Наприм., где ходили 4-5 черид скота или 5-6 ватаг овец, стали пасти самопасом по шляхах, обмежках).

19) После межевания по какой цене стали нанимать пастбища на землях толочных, а также на луках, лугах, на болотах, по чагарниках и т. п. для скота десятинами или с платой от штуки крупного и мелкого скота. (Привести по возможности цены с означением в каком году и сколько стали платить за коня, вола, корову и т. п.).

20) Производилась ли до межевания пастьба скота "самопасом" по шляхах (дорогам), обмежкам и т. п. часто на налигачах.

21) Сколько "черед" (гуртов) рогатого скота, "ватаг" овец и конских табунов (косяков) имели жители данного поселения до межевания и после того.

22) При существовании прежних, обязательных толок — до какого времени весной можно было беспрепятственно пасти скот на толоках и сенокосных угодьях? С какого времени прекращали пастьбу на луках и приступали к распашке толочной смены, и когда начинали распахивать стерню на зяб? Какие порядки в этом отношении установились после межевания?

23) Известны ли в данном поселении случаи нарушения отдельными хозяевами толочного права, т. е. изъятие из обязательного севооборота участков, огражденных с этой целью плетнями или окопом, канавами, и как поступало в подобных случаях сельское общество (громада).

Независимо этого желательно иметь от местных деятелей сообщение по предметам не предусмотренным настоящей программой, в отношении изменений в хозяйствах безземельных и малоземельных после межевания.

В. Василенко.

30 ноября 1903 г.

30

 

31

Церковь с. "Запселье", во имя св. Николая.

На пространстве Полтавской губернии довольно часто можно встретить целые селения, заселенные потомками запорожских казаков.

Одним из таких поселений является и с. Запселье (Остапьевской волости Хорольского уезда). Расположено оно на левом низменном берегу р. Псла и все утонуло в вишневых садах и кудрявых вербах. Село небольшое, приход бедный, но церковь, не смотря на свою бедность и неказистый вид, очень интересна для любителя старины: основана она еще в 1759 г. запорожцами 1) и до сих пор — редкий случай! — уцелела почти во всей своей неприкосновенности. Настоятель этой церкви, о. Иван Сатулинский, любезно позволил мне осмотреть ее и описать ее древности, и мы вместе подошли к церковной ограде и осмотрели сначала наружный вид церкви. Вообразите себе небольшую, деревянную, четырехгранную, усеченную пирамиду; над ее кровлей — восмигранная башенька с четырьмя окнами, а еще выше — шестигранная, над которой возвышается купол, яблоко и четырехконечный крест. К этой башне (средней) в 1837 году пристроены 3 притвора: западный, северный и южный, ризница и пономарня. Колокольня, стоящая отдельно, построена в 1854 году. Таким образом, в своем теперешнем виде храм этот является крестообразным. Входим внутрь. Церковь очень мала (не более 16 кв. ар. главная часть, а все остальное тоже очень небольшое пространство отходит уже на притворы), освещена 4 окнами (во второй, средней части). Прежде, когда еще не было притворов, было еще 2 окна на боковых стенах нижней части к северу и югу — на высоте 2-х саженей, аршина по 4 в квадрате; теперь они заделаны, так как притворы дают достаточно света. В куполе изображение Бога Саваофа. Иконостас весьма старинный, в 5 ярусов; иконы очень хорошей работы, краска ярка и свежа (под-

1) В церковной описи значится: "Иждивлением запорожского атамана кошевого Василия Сича". Там же это село названо: "Запсиолье".

32

новлялись). Над иконостасом — распятие, по бокам которого св. Иоанн Богослов и Богоматерь; под ними — Богоматерь с Предвечным Младенцем на руках; ниже — Деисус, еще ниже — Тайная вечеря. Ниже креста, венчающего иконостас, справа и слева, резные изображения: символы нового и ветхого заветов; чаша и светильник, крест и шапка первосвященника. Северный и южный притворы подперты каждый двумя колоннами, отделающими их от средней части церкви (над этими колонами и были прежде окна). В левом (северном) притворе очень интересна старинная икона Спасителя в терновом венце и икона св. Николая, подновленная в 1891 году; на ней надпись: "Сия икона сооружена запорожским казаком кошевым атаманом Власом Забрехою, в 1700 году".

На право от нее — икона св. Николая, очень хорошего письма, но недавно подновленная; еще правее — поясное изображение Спасителя, на холсте, весьма старинного письма.

В правом притворе несколько очень старинных икон: 1) Снятие со креста, 2) Крестные страдания — обе весьма наивной кисти: костюмы, вероятно, современные живописцу; так например, одна из фигур одета в казацкий костюм; женщины одеты в какие-то странные головные уборы улиткою и пр. В алтаре на престоле евангелия 1731, 1735 и 1752 годов. Но интереснее всего — это напрестольный крест (серебряный, весом в 2 ф., одиннадцатой (?!) пробы, с надписью (внизу, по окружности): "Сооружен крест сей за покойного Василия Сича. Л. 1756". Внутри этого серебряного креста за слюдяной пластинкой помещен кипарисовый крест, на котором в высшей степени тонко и художественно вырезаны сцены из земной жизни Спасителя с подписями под каждой: "Рождество Христово" и т. д. Работа удивительная по изяществу и яркости. Мне приходилось видеть такие художественные вещи из дерева только в старинных церквях Италии (Certosa et ceter). В России же подобной старинной резьбы по дереву, исполненной так высокохудожественно, мне лично никогда встречать не приходилось.

В алтаре есть еще много старинных икон, но степени их древности установить мне не удалось.

33

Церковь эта, по словам священника, в скором времени будет перестраиваться и, быть может, многое из этой старины, как у нас, к сожалению, часто случается, будет продано, утеряно, уничтожено, подновлено. Поэтому, я и считаю уместным сделать теперь это краткое описание всего, что видел в этой интересной своею стариною церкви. Было бы, конечно, весьма желательно, чтобы наша Архивная Комиссия приняла меры к тому, чтобы эта старина не исчезла бесследно.

Н. Максимов.

с. Борки. (Полтавской губернии, Хорольского уезда, Белоцерковской волости).

1904 года, 20-го июля.

34

 

35

Highslide JS
Св. Ефрем Переяславский —
строитель первых больниц в России (XI—XII вв.).

36

 

37

Св. Ефрем Переяславекий — строитель первых
больниц в России.

Св. Ефрем был епископом Переяславским в конце XI в., в домонгольский период русской истории. Переяславская епископская область в то время занимала почти всю теперешнюю Полтавскую губернию и сверх того: юго-западный угол Курской губернии, северо-западную половину Харьковской губернии, небольшую полосу в северной части Орловской губернии и южную часть Черниговской губернии, по р. Остру. Границы ее были следующие: на востоке — верхние течения рек Сейма, Псиола и Северного Донца, на западе — река Днепр от впадения в нее реки Десны до впадение реки Ворсклы, на юге — течение рек Ворсклы и Северного Донца, на севере — течение реки Десны и ее притоков: Сейма и Остра 1). Переяславским же епископам в XI и в первой половине XII в. в церковно-иерархическом отношении было подведомственно также и княжество Смоленское 2).

Главным городом епископской области был стольный город Переяславского удельного княжества — Переяславль Русский, ныне уездный город Полтавской епархии, входящий в титул Полтавских иерархов, которые именуются Полтавскими и Переяславскими. Таким образом Св. Ефрем был одним из отдаленных предшественников теперешних Полтавских святителей. Он был по счету третьим епископом 3) со времени первоначального учреждения Переяславской епархии, после оставления Переяславля первыми Киевскими Митрополитами, жившими в нем до построения Киевского Софийского Собора и митрополичьего дома при нем в 1037 году 4).

1) Литературу см. у И. Яновского. "Епископы Переяславля русского и пределы их епархий", — Полт. Епарх. Вед. 1899, 22: стр. 851-852.

2) Ист. р. ц. Е. Голубинского М. 1880. В. I. стр. 567.

3) И. Яновский 1. с стр. 857-861.

4) Ист. р. ц. Е. Голубинского, т. I, стр. 286. Ист. р. ц. Макария, т. II, стр. 16-18.

38

Родиной св. Ефрема был город Милитин 1), который, по-видимому, находился неподалеку от Переяславля, в области Переяславских иерархов 2). Может быть, он был на месте теперешнего села Малютинцы Переяславского уезда, напоминающего своим названием имя города 3). Некоторые историки делали предположение, что св. Ефрем был по происхождению грек и местом родины его считали Армянский город Мелитены [название города по-гречески] 4), но такое предположение не может быть согласовано с тем несомненным фактом, что родной город св. Ефрема находился в его епископской области, которая не могла простираться до далекой Армении.

Св. Ефрем, по свидетельству летописи, был скопец 5), оскопленный, конечно, не по своей доброй воле, так как в таком случае он не мог быть епископом. Варварский обычай оскопления в описываемую эпоху был в большом распространении, как в Византии, так и в Киевской Руси. Скопцам обыкновенно поручался надзор за женской половиной княжеских и боярских домов. И св. Ефрем до поступления в монашество занимал должность "евнуха" при дворе Великого Князя Киевского Изяслава Ярославича 6). Здесь он достиг высшего положения, сделавшись любимым боярином и главным домоправителем Великого Князя: "бе зело любим князем, придержа у него вся" — говорит о нем летописец 7). Но ни высокое положение при княжеском дворе, ни знатность, ни богатство, не могли удовлетворить душевных стремлений св. Ефрема. В 1054 году он, помимо воли Великого Князя, постригся в Монашество в пещерном монастыре препод. Антония у блаженного старца иеромонаха Никона 8). Этим Св. Ефрем навлек княжеский гнев как на себя, так на

1) Полн. собр. Рус. Лет. IX, 116.

2) Архим. Леонид. "Памятн. древн. писем." 1888. LХХII, стр. XIII-ХIV. — Ист. р. ц. Макария, С.-П.-Б. 1857, т. I.

3) Н. Сагарда "К житию св. Ефрема Печерского Еписк. Переяславскаго", Полт. Епарх. Вед. 1895, 20. стр. 70.

4) Карамзин. "Истор. Госуд. Росс.", II, примеч. 160. — М. А. Максимович, собр. соч. т. I стр. 111-116. — Е. Голубинский, Пет. р. д. т. I. в. 1. — Игумен Полиевкт — Полт. Епарх. Ведом. 1867-1868.

5) Полн. Собр. Рус. Лет. I. 89.

6) Патерик или отечник Печерский, изд. 1661 г. стр. 138.

7) Ипатск. лит. стр. 146.

8) "Житие Преп. Феодосия Игумена Печерского, напис. Нестором." Л. 7 на обороте.

39

препод. Антония и на его пещерную обитель. Только просьбы жены Изяслава к своему супругу и угрозы ее гневом Божьим за преследование святых отшельников спасли их от предположенного изгнания из Киева. Но св. Ефрем, вероятно, по совету своих наставников, нашел для себя более уместным удалиться из Киева и отправился в Константинополь. Здесь он жил много лет.

Около 1063 года препод. Феодосий Печерский, нуждаясь в уставе иноческого общежития для устроенного им в то время надпещерного монастыря, посылал к св. Ефрему в Константинополь за монастырским уставом. Св. Ефрем написал ("исписав") 1) устав Студийского Константинопольского монастыря и послал Феодосию. Надо полагать, что писанного устава иноческого жития в обители св. Федора Студийского в то время еще не было. Все установления монастырские поддерживались по устным преданиям и по традициям. И св. Ефрем, как говорится в житии преп. Феодосия, "испесав", т. е. изложил письменно Студийский устав не с какой-либо рукописи, а со слов иноков обители, или даже и по собственным наблюдениям, так как он несомненно имел время изучить порядки этого монастыря за долгую жизнь в Константинополе. Может быть, он даже жил в этом монастыре, пользовавшемся в то время особенною славою.

Получив устав от св. Ефрема, препод. Феодосий "начал устроять" все по уставу Студийского монастыря. Будучи по природе добрым и сострадательным к ближним, препод. Феодосий, найдя в уставе, наряду с другими иноческими обязанностями, указание на обязанность монастырей призревать больных и странников и правила призрения их, отнесся к выполнению этих обязанностей с особенным вниманием и усердием. Близ нового своего монастыря он устроил "двор" с церковью св. первомученика Стефана, для призрения нищих, слепых, хромых, прокаженных и других недужных людей. На содержание этих несчастных преп. Феодосий определил выдавать десятую часть всех монастырских доходов 2).

1) "Житие преп. Феодосия". Л. 10 на обороте.

2) Печерский патерик, изд. 1661 г. Л. 64 и на обороте.

40

Таким образом уже при устройстве первого на Руси "двора для больных и странников" преп. Феодосием Печерским было участие св. Ефрема Переяславского, ознакомившего строителя с совершенно новым на Руси учреждением. Но в то время еще не наступила широкая деятельность св. Ефрема на пользу своей родины.

Св. Ефрем был вызван на Русь из Константинополя по желанию Великого Князя Всеволода Ярославича и поставлен епископом Переяславским. Это произошло не ранее 1072 г.1).

В новом месте служения, на Переяславской епископской кафедре, св. Ефрем, после тесной монастырской келии, выступил на поприще широкой и многоплодной деятельности. Бывший боярин и домоправитель великокняжеский, св. Ефрем мог обладать значительным состоянием, которое и захотел принести на пользу церкви и ближнего. К тому же, во время продолжительного пребывание в Греции (не менее 18 лет) он успел развить вкус к изящному: — "в Греции бо быв и тамо всякой красоте научився", говорит о нем летописец 2). Самоотверженная деятельность смиренного епископа уже от современников заслужила ему название "преблаженного". В степенной книге он прославляется "многодобродетельным, святым и являющим чудеса" 3). В житии преп. Антония Печерского епископ Сумон именует св. Ефрема "знаменитым печерским иноком" 4).

Летописные сказания о деятельности св. Ефрема между прочим повествуют следующее:

В первоначальной летописи под 1089 (6597) годом записано: "в се же лето священа бысть церкы святого Михаила Переяславская Ефремом Митрополитом тоя церкы, юже бе создал велику сущю, бе бо преже в Переяславле митрополья, и пристрой ю великою пристроею, украсив ю всякою красотою, церковными сосуды; се бо Ефрем бе скопець, высок телом; бе бо тогда многа зданья вздвиже: докончив церковь святого Михаила, заложи церковь на воротех городных во имя

1) "Житие преп. отца нашего Ефрема Евнуха Изяславля", в Печер. Натер. 1661 г. Л. 138.

2) Полн. Собр. Рус. Лит. Ипатск. сл. стр. 277.

3) Степ кн. 1, 229.

4) Жит. преп. Антония Печерск. Л. 3.

41

святого мученика Феодора и посем святого Андрея, у церкы от ворот, и строенье баньное, сего же не бысть преже в Руси; и град бе заложил камен от церкве святого мученика Феодора и украси город Переяславльскый зданьи церковными и прочими зданьи" 1).

Летописец, указав на некоторые церкви в Переяславле, а также на "строенье баньное" и "град камен", об остальных постройках записал в общих выражениях: "бе бо тогда многа зданья вздвиже" и далее: "украси город Переяславльскый зданьи церковными и прочими зданьи".

Известно, что к церковным зданиям в древности относились, кроме собственно церквей, также и благотворительные учреждения, больницы и странноприимницы. На основаним этого, уже по смыслу приведенной записи летописца, можно догадываться, что здесь надо подразумевать созидание св. Ефремом таких учреждений, которые он привык видеть в Греции при церквах и монастырях.

Подтверждение этих предположений мы находим в Никоновской летописи. Здесь мы читаем: "бе бо тогда здание многа воздвигл.... и строение банное, и врачеве, и больницы всем приходящим безмездно врачевание. Також и в Милитине в своем граде устрои, и по иным своим градам Митропольским, иже суть и суезды и сволостьми, и сселы: се же не бысть преже в Руссии" 2).

Как следовало ожидать, св. Ефрем, по прибытии на епархию, сосредоточил свои заботы на обстроении и украшении своего епархиального города и других городов своей епископской области — церковными зданиями, в которых, конечно, в то время чувствовалась особенная нужда. Но кроме построения церквей и снабжения их богатою утварью, св. Ефрем устроил в разных населенных местностях своей епархии больницы, где врачи подавали безмездную помощь всем, обращавшимся к ним за лечением своих болезней; — "этого прежде на Руси не было".

1) Полн. Собр. Рус. Лет. 1, 89.

2) "Русск. литоп. по никон. списку", СПБ. 1767, ч. I, стр. 192. Полн. Собр. Р. Лет. IX, 115-116.

42

Таким образом св. Ефрем начал устраивать по городам и другим населенным местам своей епархии первые больницы в России, в которых врачи лечили всех приходящих бесплатно.

Характер и постановка больниц св. Ефрема походила, конечно, на постановку и характер таких же учреждений, которые приходилось наблюдать преподобному в бытность его на востоке, в Византии. Там обыкновенно устраивались приюты не только для больных, но и для путешественников, нуждающихся в отдыхе. В Византии такие странноприимницы назывались ксенодохиями — [слово на греч. яз.]; собственно больничные помещения носили название [слово на греч. яз.]; латинское название их было hospital — госпиталь, от слова hospes — гость, путешественник. Эти учреждения были неотъемлемой и даже обязательной принадлежностью греческих монастырей.

До нашего времени сохранился чрезвычайно важный древний документ, по которому мы можем составить определенное понятие о больницах св. Ефрема. Документ этот — рукопись Студийского устава конца XII или начала XIII в., хранящаяся в Московской Синодальной библиотеке под № 380 (по прежнему каталогу № 330) 1). Во второй части этого устава, на 241 и следующих листах изложены правила призрения недужных и старых и о больнице для них. Этими правилами дается совет при монастыре иметь своего врача, чтобы он, живя тут, мог с большей быстротой являться к больным; об этом должен иметь особенное попечение игумен. Для врача необходимо иметь запасы лекарственных материалов: разные виды масел, пластыри, мед, "орузье" и зелие сушеное, вино, сливы, смоквы, мигдаль и прочее, что по мнению врача необходимо и в каком количестве он считает нужным запасти. Весь запас лечебных средств должен храниться у особого "хранильника", который должен выдавать по требованию врача. Врачебную помощь врач должен оказы-

1) Полный титул этой рукописи такой: "Уставник разсмотряти о брашне же и о питии мнихом и о вьсяцем ином чину и о пребывании их и в церкви и въсьде; уставлен убо не по писанню в Монастыри Студиистем прпным оцм нашим, исповедником Федором, бывшим в нем игуменом, предан же писанием от алексия святого и вселенныя патриарха в поставленем им Монастыри в имя Бжственыя Мтре".

43

вать как всем живущим в монастыре монахам и бельцам, так и приходящим. Прием больных врач производит в странноприимнице и "в созданном недужным храме", где полагаются постоянные больные (стационарные или постельные). Врач не имеет права отказывать никому ни в чем, что требуется для лечения. Выдача лекарств производится через гостиничного келаря. Игумен должен чаще наведываться и справляться, не лишают ли кого нужной выдачи.

Для монастырских старцев полагается устройство отдельного приюта, где бы могли находить покой дряхлые старцы. Для каждого в приюте полагается особая кровать ("одр"). Провизия для содержания этого приюта должна выдаваться от6 монастыря: хлеб, горячее ("вариво"), вино и сок и прочее, что полагается для монахов. Одеяние также выдается от монастыря и на руки деньги на разные расходы — по 2 злотника. В баню старцы ходят бесплатно, только за мыло взыскивается по 1 сребреннику. Прислугу, одного слугу, старцы выбирают для приюта сами. Слуга должен ходить за пищей, готовить постели и проч. Для починки белья приглашается женщина, которая за труд свой получает провизией и деньгами. Дрова, уголья, горячая вода, деревянное масло и свечи получаются от монастыря. Игумен должен посещать этот старичий приют по два раза в неделю и не менее одного раза. В случае болезни старцев, их обязан посещать монастырский врач и выдавать все, что требуется. Право на призрение в приюте для старцев имеют не только монахи, но все прочие, которые чувствуют себя немощными. Призреваемым не запрещается навещать своих знакомых, равно и посторонние монастырю, знакомые старцам могут навещать их в приюте.

Ранее больничного устава, только что приведенного здесь в переводе на теперешнее наречие, — на 225 листе этой же рукописи изложены особые правила "о омовении в бане". По этим правилам, все монахи ходят в баню бесплатно; мыло им отпускается по уговору. Люди светские ("мырьстии") ходят в баню один раз в месяц, а для больных баня готовится 2 раза в месяц, но число омовений больным назначает врач.

44

Относительно бань следует заметить, что в Греции издавна был обычай строить бани при церквах, в церковных оградах, чтобы люди, входившие в храм, особенно для принятия св. причащения, предварительно вымывались в бане и входили в храм в возможной телесной чистоте.

Поэтому в Греции бани были даже причислены к таким церковным зданиям, на которые распространялось право убежища 1).

На Руси не только указанного обычая не было, но и самых бань тогда еще не знали. Отсюда вполне будут понятны слова летописца, приведенные выше: "се же не бысть преже в Руссии", относящиеся как к больницам и к безмездному врачеванию в них, так и к баням. Да и вся деятельность св. Ефрема была настолько велика и плодотворна, настолько она была необычна со стороны епископа, что о ней можно было сказать: "се же не бысть преже в Руссии".

Св. Ефрем, как видно из летописного сказания, образовал целую сеть больниц по городам и селам и обеспечил бесплатное лечение всем приходящим, при помощи особо назначенных для этого врачей. При этом невольно является вопрос: где брались врачи для устраиваемых больниц? Надо полагать, что русских врачей в то время еще не было, если не считать монастырских отцов-целебников, о которых до нас дошли сведения, как напр. в Печерском монастыре были: преп. Агапит, Дамиан пресвитер, Григорий чудотворец, Игнатий и Панкратий. Но для нас дело будет понятным, если мы примем во внимание с одной стороны богатство и знатность св. Ефрема, а с другой — состояние тогдашней Руси. Св. Ефрем свободно мог привезти с собой врачей — монахов, так как больницы устраивались при церквах. Он мог привезти также и светских профессиональных врачей из Константинополя, или вызвать их впоследствии, когда были устроены больницы. Русь в то время не представляла такой страны, для которой трудно было бы найти иностранных искателей счастья. Киевская Русь вела тогда обширные сношения с восточными и западными государствами и составляла

1) Cod. Тheod., см. у Е. Голубинского ист. р. ц., в. I, стр. 566.

45

с ними одну политическую семью 1). Город Киев был большим складочным местом для торговых фирм разных стран. Переяславль являлся оплечьем Киевского великокняжеского стола. Переяславское княжество, лежавшее по течению среднего Днепра, на пути с пышного в то время востока, считалось передовой русской страной в принятии благ тогдашней цивилизации. В княжестве было множество городов. Иностранцев на Руси в то время было настолько много, что напр. в Киеве они имели несколько своих церквей 2). Русские князья роднились с иностранными дворами: Французским, Английским, Шведским, Венгерским, Немецким, Греческим 3). Возрастающее значение Руси, как страны христианской, привлекало к себе иностранцев с востока и с запада. Особенно много в Русские земли переселялось в те времена из своего отечества армян, после разрушения Сельджукским султаном столицы Великой Армении в 1061 году. Немудрено, что некоторые, а может быть и очень многие армяне, изучившие медицину, приезжали в Русские земли, особенно на зов такого иерарха, который захотел устроить больницы по всем городам своей епархии. До нас дошли сведения в житиях святых печерских: Агапита и Николы—Святоши о двух знаменитых врачах-иностранцах, практиковавших тогда в Киеве: о враче — армянине и о враче — арабе, Петре. Оба эти врача были несомненно школьные врачи, научно-образованные, по-видимому, последователи римской школы пневматиков. Помимо того, в соседней Польше тогда было много врачей из иностранцев и туземцев, обучавшихся в Павии, в Болоньи и в Париже 4).

Судьба больниц св. Ефрема для нас осталась в точности неизвестной, но можно с большой вероятностью утверждать, что они слились с церковно-приходскими и монастырскими благотворительными учреждениями древней Руси, которые несомненно существовали со времен св. Владимира, в силу

1) Соловьев, Рус. иотория, т. III, изд. 4, стр. 45. — Погодин, Древняя Р. ист., т. II, стр. 774.

2) Новгор. летоп. под 1203 г.

3) Н. Костомаров, "Черты народной южно-русской истории". Основа, 1862. Июнь.

4) А. И. Роте. Труды 1-го съезда психиатров в Москве в 1887 г., стр. 826.

46

изданной им грамоты о церковной десятине в 996 году 1). Возникшие на почве христианского милосердия, больничные учреждения сохранились в церковном ведомстве через весь период монгольского владычества и другие неблагоприятные условия жизни южнорусского народа. Льготы монгольских владык церковным учреждениям дают право предполагать это, особенно в тех местностях, которые уцелели от первых опустошительных натисков завоевателей 2). Семя, посеянное св. Ефремом, можно сказать, беспрерывно давало плоды в течении семи веков, до конца XVIII в., а в некоторых местах — даже до половины XIX в. Еще в XVII в. церковно-благотворительные учреждения южной Руси послужили образцами для устройства богаделен в Москве.

Такова была жизненность учреждений, созданных на почве христианского милосердия и с мыслью, что это "дело паче всех честнейше и любезнейше, еже умножити хваление пресвятому Имени Божию", как выражается об этом жизнеописатель преподобного.

Год кончины св. Ефрема не известен. В "Иерархии Всероссийской церкви" 3) год смерти св. Ефрема поставлен 1104. В описании Киево-Печерской лавры за 1831 г. (стр. 161) значится, что св. Ефрем был погребен в Переяславской Кафедральной Михайловской церкви в 1105 году. Мощи св. Ефрема издавна покоятся в ближних пещерах Киево-Печерской лавры, в церкви Введения во храм пресв. Богородицы. О времени их перенесения сюда ничего неизвестно. Можно предполагать, что св. Ефрем, как постриженник печерский, завещал похоронить его в Киевских пещерах, на месте первых его иноческих подвигов. Память св. Ефрема празднуется 28 января, вместе с памятью св. Ефрема Сирина.

1) Ист. р. д. Макария, стр. 269. — "Память и похвала Владимиру", монаха Иакова, стр. 214.

2) Ист. р. д. Арх. Филарета Харьк., изд. 3. 1857 г., т. II, стр. 99-100.

3) Москва. 1893 г., т. I, стр. 145. Н. Д.

47

Highslide JS
Князь Николай Григорьевич
Репнин
(род. 28 Января 1778 † 7 Января 1845 г.).

48

 

49

К истории Малороссии во время генерал-губернаторства
кн. Н. Г. Репнина

(очерки, материалы, переписка по архивным данным).

1. Биография генерал-губернатора князя Н. Г. Репнина.

Н. Г. Репнин был третьим малороссийским генерал-губернатором и занимал этот пост с 1816 по 1834 год. Родился он 28 января 1778 г. и был сын генерала кн. Григория Семеновича Волконского, а матерью его была дочь генерал-фельдмаршала кн. Николая Васильевича Репнина, Александра Николаевна, кавалерская дама. По Высочайшему повелению, в 1801 году, он принял фамилию Репнина, своего деда. Образование получил в первом кадетском корпусе, в Петербурге, по окончании которого вышел в кавалергардский полк. В войне с Наполеоном принимал деятельное участие, под Аустерлицем был ранен и взят в плен. После Тильзитского мира, был посланником при дворе братьев Наполеона, Иеронима и Иосифа. После 1812 года, в чине генерал-майора, по поручению союзных монархов управлял саксонским королевством, в звании вице-короля. 22 июля 1816 года он получил пост военного губернатора Малороссии и управляющего гражданской частью Полтавской и Черниговской губернии. На этом посту он пробыл 18 лет, до 1834 г., снискав к себе уважение всех своей деятельностью, заботами о всех сословиях, обходительностью, заботой об образовании и т. п.

Скончался, в звании члена Государственная Совета 7 января 1845 г. и погребен в Свято-Троицком Густынском монастыре, Прилукского уезда. Это был, по словам Лашкевича, высоко гуманный и благонамеренный администратор. Он любил свой край, заботился о благосостоянии всего населения, охранял интересы крепостных и энергично отстаивал уцелевшие еще права казаков, чем навлек на себя подо-

50

зрение в сепаратизме, несогласное вовсе с его возвышенными стремлениями, ни с духом и обстоятельствами того времени 1). В архиве Полтавского губернского правления сохранились дела, почти за все годы его управления Малороссией, есть дела под заглавием "Партикулярная переписка генерал-губернатора". Просмотрев всю эту переписку, мы помещаем в настоящем выпуске некоторые из этих писем, отношений и очерков, на основании архивных данных.

Интересно то впечатление, какое произвели на Репнина в первый год его пребывания в Малороссии, Чернигов и Полтава. Вот что он писал Григорию Ильичу Затерману в Чернигов, 14 декабря 1816 года.

Милостивый Государь мой
Георгий Ильич!

Приношу вам чувствительную мою благодарность за письмо Ваше как за доказательство тех расположений, кои снискать от сотрудников моих поставляю я себе из первейших моих обязанностей; пребывание мое в Чернигове, даже было весьма непродолжительно, но оставило во мне приятные воспоминание о людях, почтивших меня своей дружбой и доверием и желание поскорее опять с ними видеться.

Здесь в Полтаве знакомиться труднее Черниговского, в огромных зданиях остался какой-то дух важной и почти придворной церемонии, спорющей с военными моими обыкновениями, но отчаиваться не должно, авось преодолеем.

Сверх переписки моей по службе, прошу Вас почтить меня и партикулярной, чем вы чувствительно обяжете пребывающего с отличным почтением, покорнейший слуга Н. Репнин 2).

Репнин был почетным членом Харьковского Университета, что было редкостью в то время для административных деятелей 3).

1) Киев. Старина 1887. Янв. 172-177 стр.

2) Арх. И. Г. Правления по описи № 73. 1817.

3) Арх. Полт. Г. Правления 1820. № 323.

51

2. Заботы кн. Н. Г. Репнина о составлении истории
Малороссии.

В 1822 году издана была Д. Н. Бантыш-Каменским "История Малой России" 4 ч. Автор служил в молодых годах при кн. Н. Г. Репнине чиновником особых поручений; ему кн. Репнин и поручил заняться составлением истории Малороссии, давал ему советы, указывал источники, просил других о доставлении их Бантышу и даже сам написал очерк Берестечского сражения 1).

Кн. Репнин, желая доставить материал Бантыш-Каменскому, просил об этом А. Н. Чепу.

Милостивый Государь мой

Не имея почти чести лично быть с вами знакомым, но наслышавшись о службе вашей при славном нашем полководце граф Румянцеве Задунайском, ровно как и о любви вашей к наукам, коими вы, принесши должную дань отечеству с толикою пользою в уединении вашем упражняетесь, обращаюсь к вам, м. г. мой, с покорнейшей просьбой, снабдить меня на некоторое время имеющимися у вас подлинными документами, могущими служить к обогащению истории вверенного управлению моему края. Податель сего, камер-юнкер Бантыш-Каменский, на которого возложил я поручение заняться сим предметом, лично объяснит вам, какого рода бумаги наиболее ему надобны. Поручая Бантыш-Каменского знакомству вашему и прося вас покорнейше не оставить его вашими по сему делу наставлениями, долгом поставляю удостоверить вас, м. г. мой, в всегдашней готовности быть взаимно вам полезным, ровно как и в чувствах истинного почтения и совершенной преданности, с коими и пр. 2).

Князь Репнин.

Письмо это было послано 17 января 1817 года. А. И. Чепа ничего не ответил князю; мы не нашли в архиве его ответа.

1) Бантыш-Каменский р. 1788 † 1850. Служил в коллегии иностр. дел и в министерстве внутр. дел. Был губернатором в Тобольске и Вильне. Кроме истории Малороссии написаны: "Словарь достопамятных людей". Биографий российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов и др.

2) Арх. Полт. Губ. Правл. 1817 по описи № 73, л. 74.

52

Но Бантыш-Каменский пользовался его материалами ("записки во многих связках"), которые доставила ему супруга А. И. Чепы, о чем он упоминает в предисловии к своему труду. Видимо, Чепа скоро скончался. Сам Бантыш-Каменский говорит в предисловии, при перечислении рукописных источников, о доставлении ему супругой "покойного С. С. Чепы" записок в нескольких связках 1). Таким образом, в год издания истории Малороссии, Чепа был уже покойник. В 1819 г. князь Репнин приехал в Чернигов, где лично просил губернского прокурора оказать Бантыш-Каменскому содействие в доставлении архивного материала. При помощи прокурора, Бантыш-Каменскому были выданы из архива Черниговского губернского правления 66 дел, реестр который сохранился в делах Полтавского архива. Дела эти относятся к первой половине XVIII века и небольшая часть ко второй половине XVII века 2). Документы выданы за подписью Бантыш-Каменского да и сам Репнин росписался, как бы поручителем. В Ноябре месяце 1822 года все эти дела были Бантыш-Каменским возвращены в Черниговский архив 3). И после издания Бантышем-Каменским своего труда, кн. Репнин не переставал ему покровительствовать; в 1830 г. Бантыш-Каменский просил его о распространении предпринятого им второго издания его труда. Репнин охотно согласился на это.

Ваше Сиятельство
Милостивый Государь

В то время, как клевета и злоба преследовали меня, я занимался исправлением, дополнением малороссийской истории.

1) Адриан Иванович Чепа принадлежал к числу интеллигентных людей, он был знаток прошлого Малороссии. Начал службу он в Роменском земском суде и затем служил при Румянцеве, до 1799 г., когда поселился в Чепурковке, Пирятинского уезда. Из своего собрания материалов, он передал 14 больших сборников Я. М. Марковичу. После смерти последнего, бумаги эти были затеряны и только два сборника были найдены Чепой. О нем см. Киевская Старина 1890. 5, 1891. 1, 1893 1. В последней книжке статья В. И. Горленка, где приведена переписка с Чарнышем, Полетикой. К нему обращался В. И. Чарныш, Полт. губ. предводитель дворянства за справками о правах малороссийск. чинов на дворянство. Чарныш послал ему свою записку, которую Чепа дополнил и в таком виде она напечатана в Киевской Старине, 1897, 4 и 5.

2) Арх. П. Г. Правл. 1829 по описи № 260.

3) Арх. П. Г. Правл. 1822 по описи № 435.

53

Представляя при сем Вашему Сиятельству несколько печатных объявлений о новом издании сего сочинения, всепокорнейше прошу Вас, М. Г. оказать мне содействие Ваше в открытии подписки на означенную историю. Книги буду я пересылать в Малороссию без всякой платы по получении следуемых за каждый экземпляр денег. Примите при сем случае Ваше Сиятельство чувствительнейшую мою благодарность за присланный мне аттестат. Он всегда будет напоминать то время, которое я так счастливо проводил под лестным начальством Вашим. Февраля 26. 1830. Москва. С почтеньем и пр.1).

Д. Бантыш -Каменский.

Репнин исполнил просьбу. Он отправил эти объявления губернаторам Полтавскому и Черниговскому с предписанием содействовать распространению труда Бантыш-Каменского.

"Известный историограф Малой России Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменскш, писал кн. Репнин, препровождая ко мне несколько экземпляров объявлений о новом издании дополненной и исправленной им истории, просит содействия моего к открытию подписки на означенную книгу в Малороссии, присовокупляя, что он пересылать будет подписавшимся здесь без всякой платы, по получении следуемых от них за каждый экземпляр денег. Быв уверен, что многие дворяне управляемой вами губернии, без сомнения, пожелают иметь у себя полезную и любопытную для каждого из здешних жителей книгу, прошу Ваше Пр-во прилагаемые при сем печатные объявления разослав Гг. Полтавским маршалам, поручить им сделать оные известными дворянам, предводительствуемых им поветов и оказать, с своей стороны, содействия к открытию подписки на означенную историю.

1) Бантыш-Каменский намекает здесь о тех неприятностях, какие ему пришлось испытать, будучи тобольским губернатором. Бантыш-Каменский поручил березовскому городничему Андрееву отыскать место, где покоится прах светлейшего А. Д. Меньшикова. Наряжено было следствие по Высочайшему повелению, по чьему приказанию, была разрыта найденная могила покойного фельдмаршала. Объяснение, данное Бактыш-Каменским, Император признал не вполне точным, так как не упомянуто было, что с тела Меньшикова был снят шейный крест и с тела вырезаны бровь и глаз. Следствие было произведено сенаторами Б. А. Куракиным и В. К. Безродным, подтвердившие верность донесения губернатора, у которого были недоброжелатели, вероятно, старавшиеся оклеветать его. Подробности см. Русск. Старина 1903 г. январь — статью: Разрытие могилы кн. А. Д. Меньшикова спустя сто лет после его кончины 67-72.

54

Самому же Бактыш-Каменскому кн. Репнин писал:

Милостивый Государь
Дмитрий Николаевич!

Исполняя с удовольствием просьбу вашу, я вместе с тем поручил гг. гражданским губернаторам Полтавскому и Черниговскому сделать известными через посредство гг. Полтавских маршалов здешним дворянам присланные вами объявления о издании вновь малороссийской истории и употребить содействие к открытию подписки на означенную книгу. Извещая о сем, М. Г. мой, прошу вас покорнейше по отпечатании малороссийской истории выслать для меня два экземпляра, за которые следуемые пятьдесят рублей при сем прилагаю. С истинным почтеньем и проч.

Князь Репнин.

Полтавским губернатором была представлена подписка только на 15 экземпляров, на сумму 375 руб.

Таковы заботы кн. Репнина о составлении первой истории Малороссии, ныне, правда, устарелой, но для своего времени это был труд интересный и наиболее подробный 1).

За год до издания Бантыш-Каменским своего труда, Алексей Иванович Мартос обратился с просьбой к кн. Репнину доставить ему материалы для предпринятой им истории Малороссии. Алексей Ив. Мартос (1790 † 1842) был сын знаменитого скульптора и ректора Академии художеств. Обучался он в инженерном училище, служил долго в Сибири. На просьбу его кн. Репнин ответил следующим письмом. "С великим удовольствием усмотрел, я из письма вашего от 22 ноября, что любовь к родине внушила вам полезную мысль заняться подробным описанием любопытной истории Малой России, к чувствительному сожалению, не могу вспомоществовать нужными по сему сведениями. Вверенные моему управлению губернии очень скудны летописями и, большею частью, оные хранятся у частных людей, дорожащих ими, следовательно нужно быть на месте для собирания сих источников.

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1830 г. по описи № 605.

55

Сим трудом, около пяти лет, занимается, по моему поручению, г. Бантыш-Каменский, которого история в непродолжительном времени издана будет. Прилагая у себя сто рублей на четыре экземпляра, с нетерпением буду ожидать появления оного в свет и уверен наперед, что подарок сей будет драгоценен не только для соотечественников ваших, но и вообще для всех любителей истории. С истинным почтением и т. д. 1)...

Князь Репнин.

Д. Н. Бантыш-Каменский занимался и биографическим очерком деда кн. Репнина, Кн. В. А. Репнина 2). По этому случаю, он писал Н. Г. Репнину и просил у него материалов

Ваше Сиятельство
Милостивый Государь!

Опасаясь, чтобы многочисленные занятия Ваше Сиятельство по службе не воспрепятствовали Вам заняться написанною мною биографией почтенного деда вашего осмеливаюсь напомнить об оной и вместе покорнейше просить о сообщении мне имеющихся у Вашего Сиятельства сведений, относящихся до службы князя Василия Аникитича. Сим чувствительно изволите обязать имеющего быть с глубочайшим высокопочтением и душевною преданностью.

Д. Бантыш-Каменский.

Октябя 4 1832 г.
Москва.

Милостивый Государь мой
Дмитрий Николаевич!

Отзыв Вашего Превосходительства от 4 Октября настоящего года о доставлении к вам биографии покойного деда моего и сведений, относящихся до службы князя Василия Аникитича, я имел честь получить в Чернигове, находясь здесь

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1821 по описи № 394. История не была издана из боязни конкуренции с трудом Бантыш-Каменского: отрывки из нее были напечатаны в Северн. Архиве. (1822-1823 г.). Его мемуары напечатаны в Русск. Архиве 1893. № 7 и 8.

2) В. А. Репнин († 1758) — участник турецкой войны 1736-1739 г., воспитатель В. К. Петра Федоровича. Был главнокомандующим русских войск в Австрии в 1747-1758 годах.

56

по случаю дворянских выборов. Предполагая скоро выехать отсюда, я нарочно заеду в Яготин и там исполню приятное для меня поручение Вашего Превосходительства 1).

С истинным почтением и проч.

24 Октября 1839 г.
Чернигов.

В Чернигове, в первую половину прошлого столетия директором училищ губернии и гимназии был Михаил Егорович Марков. Прослужил он на государственной служб 46 лет. Он не чужд был литературы, написал две книжки по истории прошлого Чернигова, мало имеющие ныне значения. При первом посещении кн. Репнина Чернигова, он отдал кн. Репнину свои работы.

Милостивый Государь мой
Сиятельнейший князь!

Вашему Сиятельству я имел честь представить при первом посещении Чернигова два мои сочинения, одно о достопамятностях Чернигова, а другое, о городах и селениях в Черниговской губернии, упоминаемых в Нестеровой летописи; из которых последнее напечатано и я осмеливаюсь поднесть экземпляр оного, а и первое, равно имею случай напечатать и сверх того, еще требует поправок и дополнений, почему и прошу Ваше Сиятельство всенижайше повелеть мне оное возвратить.

Со все глубочайшим высокопочтением и проч.

Михаил Марков.

30 ноября 1818.

Милостивый Государь мой
Михаил Егорович!

Возвращая при сем к Вашему Высокородию взятые мною у вас рукописные книги о древностях малороссийских Черниговской губернии, мне приятно принесть вам искреннюю бла-

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1832 г. по описи № 2.

57

годарность за одолжение сих сведений, из коих многое извлечено для истории о Малороссии с означением вашего имени 1).

20 Декабря 1818 г.

Примите уверение и проч.

Этими работами пользовался Бантыш-Каменский как это видно из его перечня источников к первому изданию.

2. К истории декабристов.

В прошлом столетии, среди крупных помещиков Полтавской губернии, был Иван Матвеевич Муравьев-Апостол (1765 † 1851). Это был очень образованный человек своего времени, знавший прекрасно, не только новейшие языки, что было нередкостью среди богатых помещиков того времени, но и древние.

Известны его переводы "Горация" "Облака — Аристофана"; а также путешествие по Тавриде. Сам написал комедию "Ошибки" и т. п. В Сыне Отечества, он поместил ряд писем к другу, где разбирал увлечение общества всем французским. В служебном положений он стоял высоко, он много лет был посланником в Мадриде. 2). Поместья его были в Миргородском уезде, в местечке Хомутце, где была барская усадьба, а также Поповка и хутор Столбин. Имел он 4 тыс. душ и около 18 тыс. десятин.

Из сыновей его трое были декабристы. Наиболее видным деятелем в истории их вообще, был Сергей Иванович Муравьев-Апостол (р. 1796 † 1826). Он принимал участие в компании 1813-1814 гг., был офицером Семеновского, а затем Черниговского пехотного полка. Он был деятельным членом так назыв. "Южно-русского общества" где, после Пестеля, играл наиболее видную роль 4). Ипполит Иванович (р. 1805†1825) очень молодой офицер. С 6 ротами Черниговского пехотного полка, пошел освобождать брата своего

1) Арх. Полт. Губ. Правл. по описи № 59. л. 2 и 3.

2) Настоящая статья изложена исключительно по архивному делу Полтав. Губ. Правления 1826. по описи № 2, на 158 листах. Заглавие его: о мятежниках Муравьевых-Апостолах.

3) Биограф. очерк см. Русск. Старина 1903 года.

4) О нем см. Рус. Старина 1873. т. VII и заметки к его биографий там же 105-112 стр.

58

Сергея Ивановича и, считая его убитым, сам застрелился. Матвей Иванович (р. 1783†1886) был также офицером Семеновского полка, принимал участие в войне 1812 года. В 1821 году он вышел в отставку с чином подполковника. За участие в возмущении в 1825 году, он был сослан в каторгу, но в 1836 г. был поселен в Ялотуровске. В числе очень немногих, по манифесту Императора Александра II в день коронации, он возвратился в Россию, прожив до глубокой старости в Москве 1). С. И. Муравьев-Апостол, возмутив несколько рот своего полка, 31 декабря 1825 года, выступил из Василькова (Киев. губ.) по направлению к Белой-Церкви где думал, как это видно из донесения генерал-лейтенанта Рота, овладеть у графини Браницкой значительной суммой денег. Генерал-майор Гейсмар, остановился в Устимовке, а сам генерал Рот с 5 эскадронами и 6 орудиями, шел через Фастов, чтобы отрезать путь отступления Муравьеву. Еще часть, 12 рот пехоты, при 4 орудиях отправлены по направлению к Белой-Церкви. Таким образом, с трех сторон Муравьев был окружен. В деревне Устимовке он был настигнуть, произошла схватка, где после нескольких залпов из орудий, они сдались. Сам Муравьев был ранен, один офицер был убит; много было раненных и убитых нижних чинов. Вот подлинное донесение генерал-лейтенанта Рота, командира 3 пехотного корпуса.

"Узнав по прибытии моем вчерась на ночь в деревню Мохначку, что Муравьев с мятежниками, по получаемым известиям о моем движении, оставил намерение идти через Фастов в Брусилов, переменив свое направление, шел к Белой-Церкви, в надежд успеть овладеть у графини Браницкой значительною суммою, я сего числа, в 3 часа по полуночи, выступил с кавалерией и конно-артиллериею, дав направление генерал-майору Гейсмару с двумя орудиями и тремя эскадронами к деревне Устимовке; я же, с 5 эскадронами и 6 орудиями шел через Фастов, дабы Муравьеву препятствовать всякое отступление, напротив равномерно, по

1) Воспоминание в Русск. Старине 1883-1886 г. и очерк о нем Якушкина, там же 151-170 стр.

59

полуночи 12 рот пехоты с 4 пешими орудиями, с большого половецкого на Белую-Церковь. Таким образом, со всех сторон он был окружен и, по приближении, в час по полудни, генерал-майора Гейсмара к деревне Устимовке, где мятежники защищались, но, по нескольких выстрелах из орудий, положили орудие. Подполковник Муравьев ранен, брат его застрелился, один офицер убит, кроме других раненых и убитых, о чем Вашему Сиятельству честь имею сделать первое мое донесение. Донесение это генерал Рот отправил кн. Щербатову, также корпусному командиру. Последний 2 января 1826 года послал кн. Репнину бумагу, которую приводим целиком; в ней есть данные о возмущении, поднятом Муравьевыми.

Г. Малороссийскому военному губернатору
генерал-адьютанту кн. Репнину.

Черниговского пехотного полка подполковник Муравьев-Апостол, оказавши первоначально величайшую дерзость и буйство против своего командира полка, привел в неповиновение офицеров и нижних чинов оного полка, предводительствуя ими 31 истекшего декабря, выступил из Василькова, дневал в селении Мотовиловке, а 2 числа сего января выступил и остановился близ селение Гребенок, в Винницких Ставах в направлении к Белой Церкви.

Хотя со стороны моей, так и командира 3 пехотного корпуса г. генерал-лейтенанта Рота приняты все меры к прекращению сего беспорядка (что и должно кончиться в самоскорейшем времени) и хотя я с полною доверенностью полагаюсь на устройство, порядок и верное исполнение обязанности войск вверенного мне корпуса, но не менее того, почитаю обязанностью известить о том Ваше Сиятельство и просить Вас, по благорассмотрению Вашему, принять нужные меры для наблюдения, не будут ли подсылаемы от Муравьева или сообщника его люди, как в имение Муравьевых-Апостолов, так и в другие места. Из числа таковых посланных от Муравьева уже некоторые схвачены в Киеве и окрестностях.

60

По сие время, многие из сообщников Муравьева офицеров и нижних чинов с раскаянием возвращаются а 1 гренадерская рота и 1 мушкетерская сказанного полка, в полном составе оставили Муравьева и присоединились к генерал-лейтенанту Роту, который собрал уже против мятежников 17 и 18 егерские полки, часть Кременчугского, Гусарский принца Оранского с артиллерией.

Что последует за сим и какие буду иметь сведения, заключающиеся в себе важность, буду иметь честь известить Ваше Сиятельство с нарочным, о чем и Ваше Сиятельство прошу взаимно уведомлять меня с Вашей стороны.

Г. Начальники дивизий вверенного мне корпуса извещены равномерно о сем секретными от меня повеленьями.

Генерал от инфантерии Кн. Щербатов.

Получив это донесение, кн. Репнин счел необходимым с своей стороны, принять меры, чтобы идеи декабристов не распространились бы в Малороссии. С этою целью, он предписал губернаторам вверенного ему края следить за агентами, посланными Муравьевыми, а также и за ними самими, и, если они прибудут в имение своего отца, то арестовать их и немедленно доставить в Полтаву. Губернаторы, в свою очередь, секретными предписаниями, дали знать полицмейстерам, городничим, земским комиссарам. И вот начинаются поиски, осматривают подорожные всех проезжающих и подозрительные городничему или земскому комиссару, арестовываются на почтовой станций. Так в Кременчуге, городничий арестовал одного проезжего, показавшегося ему подозрительным. По наведенным справкам, оказалось, что это был бессарабский житель, отставной корнет Констандаки, служивший прежде в Павлоградском пехотному полку. В Зенькове произошел уже курьезный случай. Проезжал через этот город командир батальона Новоингерманландского полка, некто Поль, Городничий нашел сходство его с Кюхельбекером, известным поэтом и другом Пушкина и потому арестовал его. Рассмотрев его документы, городничий нашел, что на документе, выданном ему за № 2296 25 декабря 1825 года помечено

61

было о перемене этого билета другим, так как Поль не мог выехать в тот срок, а только 11 января, почему ему был выдан другой билет за тем же номером. Два билета за одним номером и сходство с Кюхельбекером и побудили городничего арестовать Поля. В Новгород-Северском уезде, в м. Серединном, был арестован и более видный деятель, по своему служебному положению. Это был командир Невского пехотного полка Тришатный, проезжавший с женой и малолетними детьми. Оказалось, что на подорожной, выданной ему тамбовским губернатором, не оказалось "гербовой печати губернатора". Тришатного задержали, пока не приехал городничий. Рассмотрев подорожную, городничий заметил на ней подчистку и поправку, что сделал сам полковник, чтобы ему была возможность проехать сначала в Стородуб, а затем в Чернигов. А подорожная дана была только на проезд в Стародуб. Когда Тришатный показал свой отпуск, данный ему его начальством, то был отпущен. В деле этом есть не мало донесений городничих и земских комиссаров, что в их уездах все "обстоит благополучно". Но среди этих донесений, обращает на себя внимание сообщение исправлявшего должность стряпчего Козелецкого уезда. "Вашему Сиятельству, приятным долгом честь имею донести, что между занятием моим в повете по делам службы дознал от сельских жителей на счет мятежников в Петербурге и Василькове, что народы к сим людям относят проклятия за их злодейские умыслы и считают их не иначе, как извергами, недостойными имени человечества". Видимо стряпчий поусердствовал; трудно допустить, чтобы население, в своем невежестве, при отсутствии в то времени периодических изданий в провинции, даже знала о бунте 14 декабря. Да стряпчих никогда администрация и не приглашала производить дела такого рода. Черниговский губернатор Могилевский, получив секретное предписание кн. Репнина, принял соответственные меры для поисков агентов Муравьевых. В самом Чернигове и уездных городах, по сношении с командиром батальона внутренней стражи, усилены были "дозоры или бикеты" для наблюдения, чтобы на улицах, "паче в шинках не было

62

никаких собраний и толков, что во всей точности исполняется". Эти меры принял губернатор после того, когда получил от киевского губернатора уведомление о беспорядке в Васильковке. Тот же губернатор уведомил, что мятежниками были отняты у городничего города Василькова два подорожных бланкета за № 422 и 423, почему предписывалось всех лиц, могущих проезжать по этим подорожным, арестовывать. По всем почтовым станциям в Черниговской губернии, начиная от границы Могилевской губернии до Киева были поставлены, на каждой станции по 10 обывательских троек для "обыкновенных проезжающих", а почтовые лошади держали только для фельдъегерей и курьеров" дабы они ни минуты остановки не имели". Все эти меры, как поясняет губернатор Могилевский, вызваны были и следующим обстоятельством. "Ныне и же доходят сюда слухи, что в Киевской губернии, по селениям подсылаются неизвестно от кого к простолюдинам какие-то мерзкие, богопротивные прокламации, катехизисы, поставляющие народ против религии и престолов, а потому, опасаясь, чтобы и в нашу губернию не зашла сия язва, я приказал земским комиссарам, тоже по секрету, обратить на сей предмет особенное, строгое внимание и ежели бы оказались, где таковые бумаги, то отбирая оные, присылать ко мне для уничтожения; а подозреваемых в приносе, не смотря ни какое лицо, брать под стражу и доносить мне".

Кн. Репнин, получив донесение кн. Щербатова, тотчас отправил своего адъютанта штаб-ротмистра Бибикова и чиновника особых поручений, надворного советника Баратова в имение И. М. Муравьева-Апостола, в местечко Хомутец. Они должны были разузнать, кто из Муравьевых был в этом имении, должны были допросить управляющего и обязать его подпиской сообщать о всех лицах, кого он заподозрит в переписке или в сношениях с Муравьевыми. Помимо этого, они должны были забрать в господским дом все бумаги, запечатав его. Кроме этих двух лиц, получил секретное предписание и земский комиссар Миргородского уезда. Ему предписывалось отправиться в Хомутец вместе с адъютантом генерала Ушакова, подпоручиком Шлегелем и арестовать

63

там Матвея Ивановича Муравьева-Апостола и доставить его с этим адъютантом в Полтаву.

Кн. Баратов прибыл в Хомутец в 11 часов ночи и направился в дом управляющего именьем. Управляющим был титулярный советник Захарченко, человек пожилой, 65 лет. Приезд этих чиновников произвел на старика тяжелое впечатление.

Он клялся перед образом Спасителя, что не только он не сведущ о злых намерениях молодых Муравьевых, с которыми он никаких сношений и переписок никогда не имел, но еще уверял, что крестьяне, коих в ведомстве его находится до 4 тыс. всегда были и будут в доброй нравственности и повиновении властям и законам. "Осмеливаюсь обратить внимание Вашего Сиятельства, что слезы и истинные чувства сего семидесятилетнего старика Захарченка, исполненного верностью к престолу всемилостивейшего монарха нашего, твердого благонамеренными мыслями и образом жизни его не могут подвергать никакому сомнению. "В доме у Захарченка найдены были письма к нему И. М. Муравьева-Апостола относительно дел по имению; найдено было донесение казначея экономии, Иваницы об отпуск из экономии незначительной суммы денег Муравьевым. Баратов узнал еще, что камердинер Матвея Ивановича Муравьева часто был посылаем к брату его в Богуслав; узнал, что Муравьевы вели большую переписку через миргородскую почтовую экспедицию, что видно из книг казначея на расход весовых денег. В господском доме, в кабинете отыскали шкатулку и два портфеля, наполненные бумагами и два масонских знака. Все это забрал Бибиков с собой, и, запечатавши дом, отправился в Полтаву. Кн. Репнин, получив донесение Баратова о своей поездке в Хомутец, потребовал к себе, для личного допроса управляющего, камердинера Дмитрия и казначея Иваницу. В Полтаве их допросили и отправили обратно в Хомутец, где над ними был учинен полицейский надзор.

Вокруг господского дома был поставлен караул, для чего были потребованы солдаты от одного из полков, квартировавших в Малороссии.

64

Таковы были меры, принятые кн. Репниным в Малороссии, имевшие целью разузнать, нет ли следов деятельности декабристов в Малороссии. 12 января 1826 года кн. Репнин отправил на имя Государя Николая I следующее донесение.

"Получив известие о возмущении, сделанном Черниговского пехотного полка подполковником Муравьевым-Апостолом, почел я обязанностью своею принять меры предосторожности, которые не безызвестны Вашему Императорскому Величеству из донесение моего Г. Управляющему министерством внутренних дел. Адъютант мой штаб-ротмистр Бибиков представил мне бумаги, найденные в комнате Матвея Муравьева-Апостола, в коих находится, как его собственные переписка, так и брата его Сергея, которую при сем на благоусмотрение Вашего Императорского Величества всеподданнейшее представляю. Надворный Советник кн. Баратов тоже внезапно ночью осматривал дом титулярного советника Захарченка, в оном совершенно ничего не открылось, а переписка его с отцом Муравьевых заключалась в хозяйственных предметах.

Захарченко, 65-тилетний старик, наклонный к ябеде, но ни сколь не способный к сумасбродству молодых Муравьевых. Я почел нужным рассмотреть письма 1826 года для открытия могущих быть следов в здешнем крае, из которых важнейшие особо представляю в сем конверте.

Из допросов дворовых людей, лично мною сделанных сведений, собранных от соседей и полицейских наблюдений о Матвее Муравьеве, всеподданнейше доношу Вашему Императорскому Величеству, что он, проживая последнее лето в деревне своего отца, местечке Хомутце, Миргородского повета, ездил к Д. П. Трощинскому 1), влюбившись в внучку его кн. Хилкову, к сестрам своим Анне Ивановне Хрущевой 2) и Елене Капнист 3), которые и его посещали.

1) Трощинский, известный деятель эпохи Екатерины II и Александра I жил в то время на покое, в своем имении Кибинцы, верстах 30 от Хомутца.

2) Анна Ивановна, сестра Муравьевых, была замужем за Александром Дмитриевичем Хрущевым, имевшими поместье Вакумовка, Миргородского уезда. Анна Ивановна скончалась в 1860 г., а муж ее в 1868 г. Имение это перешло к внукам их, Смагиным, которые владеют до сей поры.

3) Елена Ивановна Муравьева-Апостол, дочь Ивана Матвеевича от второго брака его с Анной Семеновной Черноевич, была замужем за Семеном Васильевичем Капнистом (р. 1794 † 1838),

65

По характеру сестер, так и муж их, совершенно мне известных, они не способны к какому-либо сообществу в его злодейских замыслах.

К Матвею Муравьеву приезжал брат его и несколько раз Полтавского полка капитан Бестужев 1), который, как из переписки видно был деятельнейшим членом заговора. Один день провел в Хомутце офицер полка, стоявшего под командой Пестеля Лоре 2). В семье Капнистов, Матвей Муравьев-Апостол поссорился с Алексеем Капнистом, бывшим адъютантом генерала Раевского, что видно из переписок его.

Сему почесть можно главнейшей причиной, что и сей тоже искал руки княжны Хилковой, по большой дружбе покойного отца его с Трощинским, связь его с Иваном Капнистом, о котором он пишет, кажется только хвастовство. Впрочем, как сия семья, так и Хрущовых находятся под тайным полицейским надзором. Упоминаемый им в письме от 5 августа есть отставной полковник Бервик 3). Матвей Муравьев, получа в имении Трощинского письмо, коего в бумагах не оказалось (уповательно о кончине покойного Государя) отправился внезапно к брату 25 ноября, не простившись даже с сестрами своими. Из всего вышеписанного Ваше Импера-

сыном поэта В. В. Капниста. Начал службу в комиссии прошений в 1814 г., но вышел в отставку в 1822 г., когда определился чиновником особых поручений при Новороссийском генерал-губернатори, был Кременчугским уездным предводителем (1829-1838), директором гимназии и училищ Полтавской губернии. За труды по обеспечению народа продовольствием, во время неурожая 1833-34 г. был награжден бриллиантовым перстнем. Был членом от дворянства в Полтавском институте, где был инспектором. Редкий гражданин, говорит о нем автор некролога, редкий человек, он был нежный семьянин и много заботился о бедных (Полт. Вед. 1844 г. № 39).

1) Бестужев-Рюмин Михаил Павлович был не капитаном, а поручиком Полтавского полка; был казнен в июле 1826 года.

2) Николай Иванович Лорер, капитан Вятского пех. полка. Он был член Южно-Русск. Общества, был осужден по IV разряду на 12 л. в каторгу — оттуда на поселение. Прощен по манифесту Императора Александра II в день коронации. Он был очень дружен с семьей Капнистов, часто бывал в Обуховке, о нем см. восноминание С. Ф. Скалон (урожд. Канпист). Интересные записки Лорера помещены в Русск. Богатстве 1904 г.; в этих записках он говорит о своих отношениях к Пестелю своему другу, аресте своем, допросе, ссылке и жизни в Сибири. О службе своей на Кавказе, куда он переведен был из Кургана, см. его рассказ в Русск. Арх. 1874 г. Лорер бывал в Полтаве. Скончался в 1873 году.

3) Это был не Бервик, а отставн. полковник ф. дев-Брикен. Он принадлежал к северному обществу. Он был арестован в Малороссии и вместе со всеми бумагами препровожден в Петербург (см. арх. Полт. Губ. Правления 1826 г. № 13) Он жил в Черниговской губ., был женат на дочери тайного советника Миклашевского, богатого помещика Стародубского и др. уездов. Выл причислен к 7 разряду по степени виновности и сослан в каторгу на 4 года, а затем на поселение. Скончался 27 июня 1859 года, в Петергофе. О нем см. записки Розена и статью Браиловского "Из жизни одного декабриста" Рус. Старина 1903. Март.

66

торское Величество благоусмотреть изволите, что в Малороссии нет ни малейших преступных связей от Муравьевых и я счастливейшим считаю себя донести Вашему Императорскому Величеству еще раз, что тишина и спокойствие совершенно везде сохраняются, что уверен и впредь неизменным, впрочем буду иметь объезжать губернии и посылаемы по оным надежнейших чиновников".

Такой рапорт, кн. Репнин послал и главнокомандующему первой армии, генералу, графу Остен-Сакену. Последний очень благодарил за это князя. Он писал: "пояснение на счет общества злоумышленников много будут способствовать к обнаружению сего преступного союза, во всей его обширности".

Декабристы Муравьевы, а также Лорер были очень дружны с семьей Капнистов, живших в прелестном имении Обуховке, на берегу р. Псла. Имение это, сохранившееся до сей поры в этом роде, подарено еще Елизаветой Петровной бригадиру Капнисту, отцу поэта В. В. Капниста. Здесь был и Пестель, один из главнейших деятелей Южного Общества. Здесь Пестель и пропагандировал намерение и цели общества, но встретил на первых же порах, возражение со стороны Ивана Васильева Капниста 1). Вот интересный ответ его: "Если бы вы имели дело с Англией или с Францией, вы действовали бы успешно; но для России ваша система немыслима, она чужда ее народному строю. Вы думаете совершить ваш переворот, но вы не предусмотрели народный бунт, который ему последует. Вы создадите смутное время в России, а разъединяя Малороссию и Россию, вы ослабите обе стороны и бросите их в добычу внешним врагам. Я убежден, что ваши намерения, вдохновленные великими идеями запада для России ничего кроме вреда, не могут принести 2).

С семьей Капнистов кн. Репнин был в хороших отношениях, часто бывал в Обуховке, переписывался с поэтом Капнистом. Князь побаивался, чтобы не был арестован Иван Васильевич Капнист, о чем и предупреждал, хотя

1) Был много лет Полтавск. губерн. предводителем, затем губернатором в Смоленске и Москве. Скончался сенатором в 1861 г, в чине тайного советника.

2) См. сочинение П. И. Капниста т. I. 32 стр. (изданы дочерью его Иной Капнист).

67

и был уверен в правоте его, но это не случилось. Но брат его, Алексей Васильевич (р. 1800 † 1869) не избег ареста. Он был в чине подполковника и служил в Киеве, адъютантом генерала Раевского. Арестовали его в Январе 1826 г. в Киеве и отправили в Петербург, где он, в Петропавловской крепости, высидел до Апреля того же года, когда оправданный, возвратился на родину 1). Розыск по делу Муравьевых, доставил большую неприятность князю Репнину, на него жаловался Императору владелец имения Хомутца И. М. Муравьев-Апостол, служивший в то время послом в Испании. В жалобе своей, Муравьев указал, что и "управляющий его имением Захарченко и казначей Иваница, по призыве для неизвестных причин в губернский город, были задержаны там две недели, последствием чего было то, что Захарченко от управления имением отказался, а имение, преданное, безначалию, в самые те месяцы, когда продаются сельские произведения, не доставило большей части доходов, к крайнему его стеснению". Далее, он жаловался, что все комнаты были запечатаны и был приставлен караул. Заканчивает жалобу так: "если положение это продолжится, то он должен будет лишиться имения, так как никто не захочет им управлять. Император на жалобе написал: "взять меры к удовлетворению г. Муравьева". Жалоба была передана министру юстиции, а этот последний отправил ее кн. Репнину. Репнин, изложив причины, почему он потребовал к себе Захарченка и казначея, поясняет, что экономического ущерба быть не могло и потому Муравьев требовать удовлетворения не может, так как "записка Муравьева основана не только на лживых, но даже на ябеднических сведениях, им полученных". В конце апреля 1826 года караул, окружавший господский дом, был снят.

Нижние чины Черниговского пехотн. полка, увлеченные Муравьевыми, были отправлены на службу в кавказский корпус. Их отправляли партиями по 130 ч. в каждой. В каждую

1) Архив Полт. Губ. Правления 1826 г. по описи № 8. Об этом еще см. воспоминание сестры его, С. В. Скалон (Истор. Вестн. 1891 г.), где рисуется впечатление этого ареста на семью и проч.

68

роту, для сопровождения этих нижних чинов было командировано из других полков по два офицера, по пяти вооруженных унтер-офицеров и на каждые десять человек по одному вооруженному рядовому. Исправники и прочие земские чиновники должны были находиться по близости пути следования этих нижних чинов. Все эти нижние чины должны были не входить в особенные сношения и связи с обывателями". На ночлегах солдаты не должны были никуда уходить. Всех нижних чинов, отправленных на Кавказ было 877 ч. и при них 48 подвод. С такими предосторожностями они были отправлены; боялись, чтобы они не учинили бы где-либо беспорядка!... Да и опасение были напрасны; все, конечно, обошлось благополучно, как и доносил губернатор Тутолмин, когда 16 мая 1826 г. проследовала последняя партия через Полтавскую губернию. Таковы данные, извлеченные нами из архива полт. губ. правления. Фамилия Муравьевых-Апостолов в настоящее время не существует; этот богатый и знатный род, унаследовавший и прибавку к своей фамилии Апостол и богатые поместья в Миргородском уезде, от гетмана Даниила Апостола, вымер. Последним скончался Матвей Иванович Муравьев-Апостол, в маститой старости, в 1886 году. Ему привелось быть на освящении храма Спасителя в Москве, заложенного в память войны 1812 года, участником которой он был. Богатые поместья Муравьевых, после кончины в 1851 г. Ивана Матвеевича, наследовал его сын Василий Иванович, служивший адъютантом у генерала Гурко на Кавказе (отец недавно скончавшегося фельдмаршала И. В. Гурко) на дочери которого он и женился. Василий Иванович Муравьев-Апостол скончался бездетным в 1867 года. Его супруга (ныне также покойная), еще при жизни своей, после соглашения с Матвеем Ивановичем Апостолом, продала имение Столбин трем лицам: Б. Б. Мещерскому, П. А. Капнисту и В. Г. Ковалевскому. Ныне часть этого имения, отошла во владение В. К. Дмитрия Константиновича. Часть отошла к брату, покойному фельдмаршалу И. В. Гурко, а Хомутцем, где была барская усадьба, владеет теперь С. К. Гартинг, бывший миргородский предводитель дворянства с

69

1 октября 1892 г. по 11 мая 1895 г. как женившийся на воспитаннице В. И. Муравьева-Апостол 1).

Какое имели понятие о декабристах, о их стремлениях и деятельности, показывает дело помещицы Валевниковой. Эта помещица, жившая в Роменском уезде, очень жестоко обращалась со своими крестьянами, на что обратил внимание уездный предводитель дворянства, убеждавший ее обращаться с ними кротко, но убеждение не действовали. Исправник, следивший за ней, донес, что Валевникова управляет имением не как хозяйка и благодетельница крестьян, но как сумасбродная женщина, потерявшая давно истинную совесть. С целью освободиться от надзора, она отправила гр. Бенкендорфу донос, где указывала о существовании в Малороссии масонских обществ и о стремлении малороссиян соединиться с Польшей. Вызванная по этому поводу в Петербург, она была скоро отправлена на родину, где продолжала жестоко обращаться с крестьянами. Валевникова, недовольная кем либо из крестьян, отправляла их в поветовый суд, с просьбой наказать, но не так, прибавляет она в прошении, как вчера был послан человек для наказания, но его вовсе не наказывали, ибо, когда я посылала дворовых крестьян на оного посмотреть на побои, дабы другие боялись, как суд его наказал, то знаку его на теле ничего нет. "Крестьяне смеялись и говорили, что суд — наша сторона и я так понимаю, что оставшиеся в 1826 г. бунтовщики в России недовешены; верно в нашем повете еще есть, которые бунтуют крестьян и прошу покорнейше суд дать мне законную защиту". Таким образом Валевникова причину неповиновения к себе крестьян видела не в своем жестоком обращении с ними, а в существовании в Малороссии декабристов 2).

1) О бунте Черниговского полка см. посмертную статью М. О. Шугурова в Русск. Архиве, 1902 г. стр. 270-302, где приведены документальные данные, приказы и донесения (цесаревича Константина Павловича, генерала Гогеля), и также Русск. Арх. 1871 г. 257-288. Помещенный нами материал впервые является в печати.

2) Двор. арх. 1835 г. № 38.

70

4. Масонская ложа, ее участники и арест их.

В начале 1826 года кн. Репнин получил от военного министра Татищева следующее предписание.

Малороссийскому военному губернатору
генерал-адъютанту кн. Репнину.

По воле Государя Императора, покорнейше прошу Ваше Сиятельство приказать немедленно взять под арест помещика Переяславского уезда, живущего в Борисполе, Лукашевича, бывшего губернским судьей Тарнозского, Семена Михайловича Кочубея, бывших членами ложи Новикова и узнав от них, кто такой сочлен их Алексеев, также арестовать его и всех их с имеющимися у них бумагами так, чтобы они не имели времени к истреблению их, прислать в Петербург каждого порознь, прямо к Его Императорскому Величеству, под благонадежными присмотром, а Лукашевича прислать с сим же фельдъегерем.

Военный министр Татищев.

№ 158.
18 января 1826 г.
С.-Петербург.

Кн. Репнин, получив ее, 24 января дает секретное предписание, служившему при нем обер-аудитору 8 класса отправиться к помещице Велецкой, отобрать у нее бумаги и вместе с ней отправиться в деревню Тагамлык, обыскать дом, и пересмотреть бумаги, принадлежавшие Новикову. Были допрошены Велецкая и др., и выяснилось следующее:

Недалеко от Полтавы, в деревне своей Писаровке, проживал помещик надворный советник Новиков, имение это было назначено в продажу с аукционного торга. Незадолго до продажи, явился Новиков к своей знакомой помещице Анне Михайловне Велецкой с просьбой разрешить ему свести его мебель и другие вещи в ее имение Тагамлык. Велецкая позволила. Надо сказать, что сама Велецкая больше жила в Полтаве, где у нее был свой дом, а в деревню свою проезжала только изредка. Она, впрочем, знала, какие вещи были

71

доставлены, но ключи от бюро и др. мебели были у Новикова. Имение было продано, и спустя две недели после этого, Новиков скончался. Тогда сыновья покойного, являются к А. М. Велецкой и просят возвратить вещи. Она сама с ними поехала в деревню для сдачи их; с ними поехали Григорьев, доверенное лицо С. М. Кочубея и Борис Сахаров. Сыновья Новикова отперли бюро, вынули находившиеся там бумаги, при чем Григорьев заявил, что он их передаст С. М. Кочубею, как ему принадлежащия, но вместо этого, он их сжег.

Оказывается, что у покойного Новикова бывали заседания членов масонской ложи, к которой принадлежали не мало лиц. Бумагу об аресте кн. Репнин получил в конце января и в этот же день дал приказ о дознании Велецкой и об аресте вышеупомянутых лиц. Вероятно, он знал о существовании этой ложи, о том, что Новиков поместил вещи у Велецкой и т. п. или, быть может, получил об этом бумагу свыше, но в архив мы ее не нашли. 24 января он дал секретное предписание разным лицам арестовать Лукашевича, Кочубея, Тарновского и Алексеева.

Лукашевич был очень богатый помещик Переяславского уезда, заканчивавший в то время второе трехлетие по должности предводителя дворянства.

Семен Михаил Кочубей был также очень богатый помещик, известный щедрый жертвователь того времени. Родился он в 1778 г. Он был прямым потомком В. Л. Кочубея, пострадавшего при Мазепе. Где он получил образование, мы не знаем. Нужно полагать домашнее, какое обыкновенно получали в то время дети богатых родителей. А состояние ему досталось большое, он имел свыше 6 тыс. душ крестьян. Когда ему исполнилось 21 год, то уже был Конотопским предводителем дворянства. За отказом В. И. Чарныша, он был избран Полтавским губернским предводителем и пробыл в этой должности до 1805 г. Это был очень гостеприимный, радушный барин, устраивавший роскошные обеды и пиры и очень скоро пошатнувший свое хорошее состояние. Он был очень щедрым жертвователем и Полтаве он оказал этим не мало благодеяний.

72

Он подарил городу свой кирпичный завод, подарил по просьбе Куракина городской сад (прилегающий к улице), отдал за полцены прекрасную усадьбу институту благородных девиц. Когда кн. Куракин задумал целый ряд сооружений (губернаторский дом, вице-губернаторский и друг.), то С. М. Кочубей вызвался сам построить многие из них, так, как, в силу скромных смет, не находилось подрядчиков и не мало на них истратил и своих средств. Полтавской гимназии, открытой в 1808 г., он подарил прекрасную минералогическую коллекцию, и устроил при ней, на свой счет, интернат для 8 мальчиков. Во время войны 1812 года, он поставил из своих крепостных одного ратника с 15 душ, снабдив их всем необходимым. Он обучал своих крестьян; из его крепостных пользовался хорошей репутацией Матвеев, бывший старшим врачом Полтавского богоугодного заведения, затем Пороховников, занимавший хороший пост в сенате и др. Он имел чин действ. статск. советника, что было редкостью в то время. Судьба его была печальна. По доброте своего характера и в силу роскошной жизни, он скоро потерял свое состояние и скончался 29 апреля 1835 г., в местечке Беликах, Миргородского уезда, в нищете, нуждаясь в самом необходимом 1).

Владимир Васильевич Тарновский служил в генеральном суде, был в это время тяжко болен, почему не был отправлен в Петербург, а состоял под строгим надзором полиции. Бумаги его были взяты. Жил он в Тарновщине, хутор между Павленками и Яковцами 2). Неизвестный сочлен их Алексеев, оказался хорольский предводитель дворянства, проживавший в Богачке (или Майорщине), звали его Степан

1) О нем см. Киевск. Старина 1895 г. март и 1894 г. январь, — переписка Полтавского губернатора Могилевского с его кредиторами. В "партикулярн. переписке" Репнина, хранящейся в архиве, мы встречали много писем к Репнину его кредиторов и отписку самого Кочубея, рисующее печальное положение его материальных средств.

2) Терновщина не так давно из этого рода перешла к Маркову, а ныне, принадлежит наследникам проф. Н. В. Склифасовского. В Тарнавщине были заседания членов ложи. Сын Тарнавского, служивший в канцелярии Репнина, узнав о готовящемся обыске, поехал к отцу, где вместе сжег бумаги. Он и отправился только другой дорогой, около еврейского кладбища, а полиция поехала в хутор, по кременчугской дороге и затем свернула в усадьбу. Так сын и не встретился с полицией и этим спас больного отца. (Рассказ старожила Полтавского В. П. Белавина, слышавшего это от отца своего, служившого в Полтаве, у Репнина).

73

Ларионович. Был он потом предводителем с 26 сентября 1826-1829 год. Все эти лица были арестованы, что сделано было с большой предосторожностью, для каждого из них было назначено особое лицо, а к Кочубею, имевшего несколько поместий, был отправлен во всякое имение чиновник, так как неизвестно было, в каком он был имении. У всех их отобрали бумаги, у кого два, у кого три и более тюков и вместе с ними, всех их отправили в Петербург, каждого порознь, запрещая в дороге писать письма, иметь с кем либо сношение.

С. М. Кочубей был изумлен и огорчен этим арестом и 27 января писал кн. Репнину: М. Г. кн. Николай Григорьевич! Столь нечаянный мой отсель отъезд, коего причина — ни малейшее не соответствует моему имени, правилам сорока девятилетней жизни, коим, приобрев общественное к себе уважение, отличное внимание правительства и что всего важнее неоднократные монаршие милости, как по службе, так и в продолжении всего частного быту моего; и кровной верноподданнической преданности моей к Престолу и всемилостивейшему государю моему, убеждает меня всепокорнейше сим, Ваше Сиятельство, просить, о принятии в справедливое и необходимое покровительство ваше, как главного начальника края сего, в коем состоит все имущество мое, кровью предков моих заслуженное пострадавшим за верность к Государю своему и которое, через столь несчастное отсутствие мое, может совершенно расстроиться и уничтожиться, через беспорядки, каковые в оных событься могут и наступательные требования кредиторами моими уплаты долгов моих. Полагаюсь, что до меня лично относится, с совершеннейшей верноподданнической верой на справедливость и милостивейшее воззрение не только на невинность мою, но смею сказать, фамильную непоколебимую верность к Государю Императору Моему, позвольте мне, испытав в продолжение всего Вашего Сиятельства здесь начальствования, оказываемую каждому законную справедливость и защиту, надеяться, что угодно будет сию покорнейшую просьбу мою и тем оказать имуществу моему законное и справедливое покровительство. По благосклонном

74

Вашим Сиятельством принятии сей покорнейшей просьбы моей, останусь я с обнадеживанием и на счет единственного моего сына состояния, если бы расстроенное здоровье не позволило мне перенесть жестокость нынешнего годового времени, при толико дальнем пути и столь тяжком потрясении более нежели веком заслуженной фамильный чести, основанной на непоколебимой верности подданнической к Августейшему своему Монарху.

С глубочайшим почтением и пр. Семен Кочубей.

По личному приказанию кн. Репнина были совершены обыски и отобраны бумаги у лиц, близко стоявших к Кочубею и др. Такими были чиновник Григорьев, купец Зеленский и прокурор Полтавский Горбовский. В числе участников этой ложи был еще статский советник Дмитрий Алексеев, Екатеринославский губернский предводитель дворянства, но о нем кн. Репнин уведомил только гр. Воронцова (30 янв 1826 г.). Дело это ничем не кончилось. Кочубей и Алексеев в марте того же года были освобождены от всякого подозрения в принадлежности к противозаконному обществу, в чем им были выданы аттестаты. В июне месяце было получено уведомление об освобождении от всякого подозрения Тарновского. Что же касается Лукашевича, то он был отдан под надзор полиции и приказано было ему безвыездно жить в своем имении Борисполе, которое он сам избрал и у него была отобрана подписка, что живя в деревне, он будет заниматься "единственно хозяйственными делами и воспитанием детей и ни с кем не входить в какие посторонние отношения". Переяславский комиссар еженедельно был обязан доносить о поведении его кн. Репнину, а последний ежемесячно доводил о нем до сведение Императора. Все эти донесения в таком роде: "Лукашевич ведет жизнь всходственно приличную благородному его званию". Эти ежемесячные донесение были прекращены, по Высочайшему повелению, в ноябри 1828 года; оставив Лукашевича только под наблюдением. В чем именно была его вина, к сожалению, из дела не видно 1).

1) (Арх. Полт. Губ. Правл. 1825 г. по описи № 19, 86 и 1828 г. по описи № 221).

75

5. Отделение Библейского Общества в Малороссии.

В 1804 году в Англии было основано методистами, квакерами и другими сектами мистического характера Библейское Общество, целью которого было распространение св. Писание на разных языках среди народов всех вероисповеданий. Такое же общество, в подражание английскому, было основано и в России, 11 января 1813 года. Сам Император Александр I отнесся очень сочувственно к учреждению этого общества и записался в члены его, с ежегодным взносом 10 тысяч и единовременным 25 тыс. Председателем этого общества был известный деятель того времени кн. Голицын. Дела Общества пошли очень хорошо. В 1825 году общая цифра его изданий, более чем на 40 языках и наречиях, дошла до 876.000 экземпляров Библии и разных ее частей; одной славянской Библии в 1823 году было выпущено 7 изданий. Это Общество стремилось открыть свои отделения в провинциальных городах. В октябре месяце 1818 года первоприсутствующий в Св. Синоде митрополит Михаил (назначенный на этот пост в этом году из Черниговских архиепископов, по фамилии Десницкий) обратился с предписанием к своему преемнику, Черниговскому епископу Симеону об открытии отделения Общества в Черниговской губернии. Преосвященный получил предписание и от кн. Голицына, занимавшего в то время пост министра духовных дел и народного просвещения. Кн. Голицын при этом сообщил, что в кролевецком повете уже учреждено вспомогательное Библейскому Обществу учреждение под названием: "Пустынно-Рыхловского Библейского сотоварищества". Епископ Симеон обратился за содействием к кн. Репнину, который успел в то же время и сам получить просьбу от кн. Голицына содействовать открытию отделений во вверенному ему крае. Кн. Репнин, сочувствуя учреждению их, горячо принялся за дело открытия их. В 1818 году такие отделение были открыты в Чернигове и Полтаве. В последнем оно открыто 27 июня, день, назначенный самим Репниным, как "день торжественный для России и достопамятный для Полтавы". На уведомле-

76

ние кн. Репнина об открытии этих отделений, кн. Голицын писал Репнину: "все это особенно приятно для комитета Российского Библейского Общества. Изъясняя здесь общую к вам признательность от лица всего комитета, присоединяю к тому и мою собственную за приемлемые вами на себя труды и близкое участие в деле сего общества. Я уверен, что Тот, кто есть Слово сие, раздаваемое Библейскими обществами в книгах священного писания, не оставит благословить усилия ваши и достойно вознаградить вас за христианские подвиги, подъемлемые вами для спасения и вечной и временной пользы единоземцев ваших 1). Перед открытием отделений, кн. Репнин разослал всем уездным маршалам указ, где выяснял цель учреждения библейских обществ. Членами общества могли быть все, внесшие ежегодно известную сумму, а членами-благотворителями только те, кто вносил единовременно, сколько кто желал.

"Учреждение библейских обществ, читаем в предписании кн. Репнина маршалам, в народах христианских последовало по единой и святой цели распространить чтение священного писания в полном убеждении, что никакое учение не может быть лучше, как учение праведных и Евангельское сына Божия Господа Нашего иисуса Христа. Оно сообщается ищущим света истинны в мертвых письменах Ветхого и Нового Завета и воплощают в сердцах верующих Благодать Духа Святого. Богу благословившу учредить таковое библейское общество в Империи нашей под скипетром Богобоязненного Монарха из мужей ревностных по вере и любви Божьей, оно, по обширности пределов государства действует через отделения, учреждаемые в губерниях, а сии через членов своих, разносят со смирением Слово Божие в книгах Ветхого и Нового Заветов, на всех известных языках. Во всех почти губерниях отделения Библейского Общества существуют, но в губернии Черниговской, по обстоятельствам оного, еще не учреждено, а потому президент Библейского Общества, г. Министр духовных дел и народного просвещения кн. Голицын и преосвященный епископ

1) Письмо от 16 окт. 1818 г. дело арх № 449.

77

Черниговский и Нежинский Симеон отношениями своими просили содействия моего в составлении такового в Чернигове отделения. Исполняя священный долг споспешествовать достижению спасительной цели библейских обществ, я ревностно приступаю к совершению обязанности, возлагаемой на меня званием моим и долгом христианским и прошу Вас, М. Г. мой, вспомоществовать мне в приглашении членов благородного дворянства и других сословий повета, вами предводительствуемого, к составлению в Чернигове отделения библейского общества. Вследствие чего, прилагаю при сем за шнуром и печатью книгу для внесения в оную всех тех особ, которые пожелают участвовать в сем угодном Богу и Государю делу, нужным нахожу сообщить к сведению и руководству вашему, что членами библейских обществ бывают все те, кто обяжется из достояний своих вносить ежегодно что заблагорассудит и для таковых в книг сей находится особая графа; всякая же жертва единовременная дает только звание благотворителя и вносится в графах, где также записывается временное приношение самих членов; потребное на первоначальное заведение отделения не смешивать оного с ежегодным определением пособия.

Не сомневаясь в усердии вашем к сему лестному каждого христианина поручению, я со смирением прошу Бога, да благословит он успехам подвиг ваш, во славу Света и имени Его подъемлимый и угодный Его Императорскому Величеству, как ревностно пекущегося о распространении Библейских Обществ для достижения спасительной его цели. Я прошу Вас, М. Г. мой, поспешив исполнением вам поручаемого и, кончив подписку, обратить мне прилагаемую у сего книгу. Надеюсь, что при деятельном вашем по сему предмету занятии, вы конечно, успеете к 1 числу января будущего 1819 г., а потому, в первых числах того месяца, я ожидать буду от вас доставления оной. Сумму по ней внесенную, благоволите препроводить к Черниговскому губернатору для хранения ее в приказе общественного призрения, впредь до открытия отделения библейского общества, имеющего вскоре за сим последовать".

78

Хотя в деле и не упоминается о том, было ли такое предписание разослано маршалам Полтавской губернии, но в этом едва ли можно сомневаться уже потому, что в деле есть донесение зеньковского маршала о пожертвованиях. Открытие этих отделений не встретило среди население края, материального сочувствия. Пожертвований поступило очень мало

Первый маршал, который донес о пожертвованиях был Петр Стахович, сообщивший о пожертвовании в его уезде только тремя лицами, в числе которых и он был — 155 р. Кн. Репнину это не понравилось. На донесении маршала об этом, он написал: "написать маршалу, что для меня весьма прискорбно сей поступок дворян для такого богоугодного дела не усердствующих".

Всех лиц в Черниговской губернии, пожелавших быть членами общества было 114 ч. внесших 1331 р., да единовременных пожертвований было на сумму 4.326 р. О Полтавской губернии сведений нет; видимо затерялись данные в архиве 1). Трудно допустить, чтобы во всей губернии нашлось только два лица, внесших единовременно 10 р., что было в Зеньковском уезде. Прежде всего, сами предводители и другие лица, состоявшие на службе, зная желание и сочувствие этому делу начальника края, поспешили бы сделаться членами. Библейское общество было закрыто при Императоре Николае, 12 апреля 1826 года. Спустя несколько лет, члены золотоношского духовного правления сдали протоиерею Даниилу Думитрашко, оставшиеся у них книги всего на сумму 56 р. — 70 к. Последние данные указывают на цену изданий общества: экземпляр славянской Библии продавался по 6 р. асс., новый завет по 2 р. — 70 асс. 2). В 1830 г. архимандрит Полтавского монастыря Гавриил отобрал у И. П. Котляревского 717 экз. св. писания, бывших в Полтавском отделении. Поэт был книгохранителем этого отделения. Книги хранились в кафедральном соборе 3).

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1818 по описи № 107.

2) Арх. Полт. Губ. Правл. 1833 по описи № 47.

3) Терещенко И. П. Котляревский. Основа 1801. Февраль.

79

6. Заботы кн. Репнина о крепостных.

Кн. Репнин за время пребывание своего начальником Малороссии, много заботился о крепостных и весьма нередко призывал помещиков к более кроткому, христианскому обращению со своими крепостными. Известна его речь, произнесенная перед дворянскими выборами, вызвавшая недовольство администрации за напечатание ее в журнале "Дух законов" 1). Репнин советовал дворянам позаботиться об улучшении быта крестьян. "Сии отеческие попечения ваши, говорил он, да не будут подвержены кратковременности жизни человеческой; оснуйте и на будущие времена благоденствия чад и внучат ваших. По местным познаниям вашим изыщите способы, коими, не нарушая спасительной связи между вами и крестьянами вашими, можно было бы обеспечить их благосостояние и на грядущие времена, определив обязанности их. Через сию единственную меру, предохраните вы их навсегда от тех притеснений, которые, по несчастью, еще до селе случаются. Избавьте правительство от горестной обязанности преследовать оные и благородное сословие ваше от нарекания происходящего через поступки людей, недостойных быть сочленами оного. Иные из вас совершенно сие исполнили, другие своими попечениями о подвластных им крестьянах, весьма к ним сблизились. Но да будет сие подвигом общим и да устоится малороссийское дворянство быть по истине и умом и душою народа". Но убеждения Репнина, не приводили к желаемым результатами. Примеры жестокого обращения с крестьянами, отягощение непомерной работой были причинами волнений крестьян. Бывали случаи убийства помещиков и их управляющих. Результатом жестокого обращения, бывали самоубийства крепостных. В архиве Полтавского губернского правления, в делах озаглавленных партикулярная переписка генерал-губернатора, мы встретили несколько данных, до селе неизвестных, рисующих отношения и заботы о кре-

1) Речь эта была напечатана отдельно и перепечатана в журнале "Дух Законов". Была перепечатана в Киевской Старине 1890. Июль, с объяснениями редактора журнала о причинах ее напечатания. Ровеле, в том же журнале она была напечатана без этих объяснений (Киевск. Старина 1887. Январь).

80

постных князя Репнина. Эти данные могут служить дополнением к изданным уже материалам.

В 1817 году, в имении генерала Сталя, к Кременчугском уезде повесился 12-летний мальчик Михаил Анцыборенко, о чем и донес кн. Репнину кременчугский нижний земский суд. Кн. Репнин, получив это донесение, поручает собрать данные и произвести дознание кременчугскому комиссару Ивану Черепахину.

Видя из рапорта кременчугского нижнего земского суда, писал кн. Репнин, что сего месяца 2 числа неизвестно отчего повесился крестьянин генерал-майора и кавалера Сталя Михайло Анцыбуренко и, сообразив оное с таковым же происшествием в имении того же Сталя сего года марта 8 случившееся, что крестьянин его же Лесненко повесился, будучи посажен приказчиком в ...................... (не разобрано слово, вероятно в темную), я необходимым нахожу обратить внимание и предписать вам тайным образом разведать подробно об образе управления крестьянами г. Сталя, ибо неминуемо должна существовать причина, побуждающая крестьян посягать на самоубийство. Подтверждая вам строго тайну вам поручаемого, ожидаю, что вы, благоразумнейшие приняв меры к исполнению сего, донесете мне собственноручным рапортом вашим истину с той откровенностью, каковою благородный и честный чиновник обязан перед своим начальником.

Октябрь 26. 1817 г.
Полтава.

Интересно, что за разъяснением этого дела, кн. Репнин не обратился к предводителю дворянства, который, на основании закона 1826 года обязан был следить за отношениями помещиков к своим крестьянам. Вероятно, князь не доверял предводителю. Бывали случае и весьма нередкие, что предводители скрывали многое, не желая ссорится с дворянами, их избиравшими.

81

Кременчугский комиссар через месяц донес князю о своем дознании, где рисует отношение Сталя к своим крестьянам, работу последних и. т. п.

"Вследствие повеления, В. С-ва от 26 октября секретно последовавшего, по случаю повесившихся во владении генерала майора Сталя, крестьян Михаила Анцыборенко и Фомы Лесненка, разведывал я тайно об образе управления крестьянами его и оказалось: 1. Крестьян генерал-майора Сталя, в селении Фидровке, по нынешней ревизии считается 739, из коих сто душ переведены им в деревню при Кринках. Управляются оные около десяти лет титулярным советником Семеном Вишневецким. Все экономические заведения находятся в селении "Долине" 1) в 20 верстах от Фидровки отстоящем. 2. Крестьяне те разделены на две очереди, мужеский и женский пол весь, к работе способный и отбывают работы, одну неделю господину в том хуторе, как кому придется на волах и лето; а другую неделю себе через весь год без отмены. 3. В летнее время косят сено господину вообще по очередям, а хлеб жнут по урокам: две души в шесть дней обязаны снять хлеб на одной десятине; а на всякую пару волов положено выжать в шесть дней одну и ту же десятину. 4. На днях, крестьяне свободные работают для себя на землях, его, Сталя, хлеб и косят сено около Фидровки, сколько кто может. 5. Теперь выходит мужских плугов с небольшим двадцать, с теми, которых около 30 пар г. Сталь в прошлом году роздал крестьянам. Прежде же, по уверению крестьян и сторонних людей, выходило оных в четыре раза больше и крестьяне были несравненно в превосходнейшем и самом богатом состоянии. 6. Точность в исполнении работ господских, давно заведенная, наблюдается строго; а нерадивые побуждаются управляющими иногда наказанием, но каковы меры строгости употребляются, верного сведения не мог получить. 7. Перемена состояния крестьян произошла от перемены образа управления ими и особо, что все работы господские отбывают в хуторе Долине за 20 верст от жилищ их в селении Фидровке состоящих, куда мужеский и женский пол

1) Ныне Сталевая Долина, вероятно, получившая название по фамилии генерала Сталя.

82

по очереди, восходить лето и на волах; через что полагают лишились они части скота, ибо крестьянин, отправляясь из Фидровки в Долину на волах, не может завесть достаточного корму оным на неделю, особо в зимнее время, потому что всегда везет что либо положенное из экономии Фидровской господское, большей частью лишились скота от бывших падежей. 8. Подати платят сами крестьяне. 9. В Долине имеется у г. Сталя суконная фабрика, на которой приучены и содержатся на жалованьи от него сироты из крестьян обоего пола. 10. По уверению крестьян, сверх положенных работ, ничего более от них г. Сталем не требуется и всякая (не разобрано; вероятно другая т. е. работа) для него берется за деньги безобидно. Впрочем, большая часть крестьян г. Сталя в посредственном состоянии, а есть и бедные.

Относительно происшествия о повесившемся крестьянине Михайле Анцыборенке, по произведенному следствию ничего такого не открылось, чтобы могло быть со стороны управляющих имением г. Сталя поводом к такой его смерти, ибо он был 12-й мальчик, а потому в господскую работу еще не употреблялся и ни к какому истязанию не был подвергаем, а занимался он в селении Фидровке, с другими мальчиками пастьбою крестьянских свиней, был здоров до смерти, не сделал никакого преступления и не имел ни от кого устрашения. Кроме, из двух показаний крестьян оного же Сталя видно, что повесившийся мальчик говорил несколько раз слова к самоубийству клонящиеся. Следствие о повесившемся отправлено к рассмотрению в кременчугский поветовый суд, а о образе управления крестьянами г. Сталя, тайно мною разведанном, имею честь донести В. С-у 1).

Земский комиссар (ныне исправник)
Иван Черепахин.

1) Архив Полтавск. Губернск. Правления 1818 по описи № 34.

83

Убийство крестьянами управляющего
в имении Гриневича.

В имении Гриневича, помещика Золотоношского уезда, крестьяне в 1817 году убили управляющего, по фамилии Волошко. Гриневича, конечно, потребовали в Золотоношский поветовый суд для допроса.

Но он был очень стар и болен, а потому и не мог поехать, о чем уведомляет кн. Репнина переяславский предводитель дворянства Василий Лукич Лукашевич, взявший при том под свою защиту старика Гриневича. Он ходатайствовал за Гриневича, уверяя князя, что сам Гриневич нисколько не причастен к этому убийству, что оно совершено без его ведома и по желанию неблагомыслящих людей, воспользовавшихся удобным случаем к удовлетворению давно пытаемой злобы. "Заканчивает свое ходатайство В. Л. Лукашевич уверенностью, что и дело сие дойдет до справедливого и милостивого рассмотрения вашего, только Гриневичу с терпением ожидать конца своим бедствиям, ежели жребий человеческий не представить его перед суд Божий". За Гриневича ходатайствовал и Золотоношский предводитель Павел Иванович Булюбаш (был предводителем с 1809 по 1823 г.). Но Репнина не удалось разжалобить, он знал положение крестьян в этом имении и написал очень интересное письмо Лукашевичу, где довольно резко отозвался о владельцах, притесняющих крестьян.

"Письмо ваше, ходатайствующее за Гриневича я получил и, не считая себя в праве усомниться в донесении сотоварища вашего г. Золотоношского предводителя, я не могу, по долгу моему и по самой совести ослабить строгости мер, предписанных мною по сему долгу, ибо там, где жестокостью и изнурением прихотливых владельцев или послаблением их от управляющего доведены крестьяне до решимости посягнуть хладнокровно на убийство, там оправдание о неведении от помещиков слишком слабо и принято быть не может. Из дела же видно, что Гриневичи за день до убийства приезжали в золотоношское их имение. Изнуренный вид и состояние

84

крестьян не могли быть сокрыты, а, знав оное, они не отвратили жестокости, то, не значить ли сие, что поведение управляющего было с ведома и одобрения их. Одним лишь средством Гриневичи могут оправдать себя, если докажут, что крестьяне их не были изнурены, а от одного только буйства, но, не по житейскому обращению сделали убийство, а потому, как следствие о сем, так и на нем основанные донесения, последовали ложно.

Мне бы весьма приятно было, чтобы Гриневичи по участию моему не в них лично, но в том звании, которое дает им равное со мной и вами право, оправдали бы себя.

Весьма больно бывает истинным приверженцам к отечеству слышать (прежде было написано след. фраза — "и по самому сердцу весьма больно слышать", но зачеркнуто), что есть у нас такие изверги, которые не умеют уважать в порученных их покровительству крестьянах, подобных себе людей, но изливают на оных весь яд своей злобы и корыстолюбия.

Во уважение, однако же, посредства вашего и доверия, свидетельству вашему о состоянии самого Гриневича, о коем я тоже знаю, что он в деле сем менее виновен, нежели жена, я позволяю ей остаться при муже ее до 1 декабря, но не иначе, как за присмотром земской полиции о неотлучке ее из деревни. После же сего, она должна последовать тому распоряжению, которое было следствием человеколюбивых узаконений Государя Императора, пекущегося равно о верноподданных всех состояний и сословий.

С истинным почтением и проч. К. Репнин.

Ноября 17. 1817 г.
Полтава.

По поводу дела о смерти казака Воропая от побоев, причиненных ему корнетом Макаровичем, его сыном и крестьянами, Сенат опубликовал Репнина по всей России. Такие явления очень часто встречались в то время. Дела такого рода разбирались поветовым судом, производившем дознание, передавалось генеральному суду по уголовным делам, который

1) Архив Полт. Губерн. Правл. 1817 по описи № 73. 649-653 стр.

85

и постановлял приговор. Кн. Репнин утвердил приговор суда по этому делу, но Сенат, как выразился Репнин в письме к министру юстиции, не спросив меня о причинах, на коих я основал утверждение приговора, осудил меня и привел в исполнение свой приговор опубликованием повсеместно. Кн. Репнин был этим обижен и пишет следующее письмо министру юстиции, Кн. Д. И. Лобанову-Ростовскому "Звание министра юстиции, вверяя В-му С-у наблюдение за исполнением законов, поручает тоже, особенно, охранению вашему права властей учрежденных; сколько по сему, столько по связи родственной, а более еще по привычке уважать в вас достоинства и иметь доверенность к родственному расположению вашему, я отношусь теперь к В-му С-у о встретившей меня неприятности от 1 отделения 5 департамента правительствующего сената.

По делу уголовному о причиненной через побои смерти казаку Воропою корнетом Макаровичем, его сыном и крестьянами, правительствующий сенат опубликовал меня по всей империи, а следственно наказал без суда. Прилагаемая копия рапорта моего, с сею же почтою отправленная в правительствующий сенат, объяснит В-му С-у подробно все существо дела сего, но я считаю себя обязанным быть откровенным и предать суду вашего С-ва ту несправедливость, которая для меня по всем отношениям весьма чувствительна.

Правительствующий сенат, не спросив меня о причинах, на коих я основал утверждение приговора генерального суда, осудил меня и привел в исполнение свой приговор опубликовавнием повсеместно.

Во всех случаях и каждому, таковая мера оскорбительна, но в отношении к званию моему, она еще сверх того вредна.

Власти учреждаемые получают свою силу и способы действовать с пользою тогда только, когда они уважаются высшею, но таковая мера, уничтожая достоинство звания, ослабевает способы действовать в кругу обширного управления. Я питаю себя надеждою, что В. С-во обратите на дело сие ваше внимание не только, как блюститель закона и порядка, но вы, сверх того не равнодушны будете видеть имя Репнина оскорбленное

86

в чести перед лицом всей империи, хранить его неприкосновенным от всякого покушение и удостоиться носить оное было и будет всегдашним моим тщанием, но тем тяжелее перенести оскорбительную несправедливость. Предав дело сие в руки В. С-ва я уверен, что оно возьмет другой оборот и что В. С-во не откажитесь воздействовать в оправдание моему и во предохранение на будущее время от подобных неприятностей. Всякое сделанное мне по сему пособие, прийму в величайшее для меня благодеяние и через оное, усугубите вы те чувства отличнейшего почтения и совершенной преданности и проч.

Кн. Репнин.

7. Заботы кн. Н. Г. Репнина о Полтавском театре
и о выкупе Щепкина.

Театр в Полтаве был построен в 1810 г. при генерал-губернаторе кн. Я. И. Лобанове-Ростовском. Помещался он около немецкой колонии, за нынешним женским епархиальным училищем. Это был трехэтажный каменный дом, крытый дранью, стоимостью 20 тыс. ассиг. В 1852 г. он был, за ветхостью, продан на снос; построен он был на городские средства. О театре очень много заботился кн. Репнин. В начале 1818 г. он пригласил в Полтаву из Харькова труппу Штейна, в которой и начал свою артистическую деятельность знаменитый впоследствии М. С. Щепкин (р. 6 Ноября 1788†11 Авг. 1863 г.). Кн. Репнин особенно покровительствовал Щепкину. Директорами театра были А. О. Имберх 2), доверенное лицо Репнина, занимавший должность правителя канцелярии и И. П. Котляревский, известный малорусский писатель. Щепкин получал жалованья 1.500 р. Игра Щепкина очень нравилась всем, особенно он восхищал публику игрой своей в пьесе "Жидовская корчма" где, в главной роли еврея, Щепкин копировал тогдашнего Полтавского городского голову А. Зеленского. Последнему это очень не нравилось и он обещал платить труппе 2 тыс., если

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1818 по описи № 156.

2) Скончался в Петербурге, в чине Д. С. С. в 1864 г. Этот очерк о театре был напечатан в Киевск. Старине (1904 г. № 11), для полноты материалов о Репнине, помещаем в 1 выпуске трудов комиссии.

87

только снимут с репертуара эту пьесу, на что артисты согласились. Но князь Репнин, узнав об этом, приказал возможно чаще играть ее и Зеленский, чтобы не навлечь на себя гнев начальника края, должен был посещать театр.

Репертуар был следующий: "Рекрутский набор", "Несчастные", "Подводный клад", "Военная тюрьма", "Побег от долгов", "Примирение двух братьев", "Русский солдат", "Наталья, боярская дочь", "Попугай", "Клеветники", "Дурак и плуты", "Уездный городок", "Женихи", "Любовная ссора", "Серебряная свадьба", "Школа злословия", "Недоросль" фон-Визина, "Ябеда" — гр. Капниста и др.

Цены на места были большие, по сравнении с нынешними; так кресло — 4 р., партер — 2 р., галерея 1 р., табурет 5 р., ложи нижние (бенуар) — 16 р., верхние (бельэтаж) 12 р. В афишах не указывали номеров этих мест. Интересно, что спектакли начинались к 6 ч. вечера и потому не кончались далеко за полночь, как это бывает в настоящее время.

Кн. Репнин, признавая за Щепкиным сценический талант, начал хлопотать у владелицы его, помещицы Курской губ. А. А. Волькенштейн о вольной для него. Как известно, Щепкин был сын камердинера этой помещицы, а затем ее управляющего. В архиве Полтавского губернского правления сохранилась переписка, которую и помещаем, как материал, доселе неизвестный; хотя из биографии покойного Щепкина известно, что он получил вольную, благодаря стараниям Репнина. Вот что писал Репнин А. А. Волкенштейн.

Милостивая Государыня
Графиня Анна Абрамовна!

Человек ваш, Михайло Щепкин, находящийся на условии при Полтавском театре, отправляется ныне к вашему сиятельству вследствие приказания вашего; я, пользуясь сим случаем, считаю долгом свидетельствовать вам о хороших свойствах его и что он, отличаясь всегда чрезвычайным талантом в представлений назначаемых ему ролей, доставляет тем приятнейшее удовольствие всей Полтавской публике, почему я и убеждаюсь покорнейше просить вас, М. Г. позволить ему,

88

Щепкину, возвратиться к своей обязанности дней за десять до Пасхи; вы тем чувствительнейше обязать изволите, имеющего честь быть в совершенном почтении и проч.

Хотя даты нет, но оно несомненно писано в 1818 г.; так как в марте этого же года, получен был следующий ответ графини.

Сиятельнейший князь
Милостивый Государь!

Письмо вашего сиятельства от 4 марта я имела удовольствие получить, из которого усматриваю, что Щепкин своими малыми талантами доставляет удовольствие Полтавской публике и что вашему сиятельству, угодно, чтобы он перед наступающим праздником возвратился в Полтаву. Хотя сей человек, по своим познаниям в землемерной науке мне крайне нужен, но желая вашему сиятельству, как мною почитаемой особе услужить, увольняю его к вашему сиятельству, с покорнейшей моей просьбой, что, когда он, Щепкин мне необходим будет, то чтоб тогда отпустить его ко мне. Впрочем, препоручая себя в продолжение благорасположения Вашего Сиятельства честь имею пребыть с истинным почтением и проч.

Анна Волькенштейн.

Марта 29 1818 г.
Курск.

В мае месяце, того же года, П. Ашитов (брат графини) прислал Щепкину следующее письмо: Миша Щепкин! Так как ты, видно, не хочешь быть слугою и видно не расположен быть благодарным за все то, что твой отец приобрел, бывши у графа и за воспитание, данное тебе, то графиня желает всем вам дать вольную т. е. вашей фамилии — отцу твоему со всем семействам за 8 тыс., ибо семейство ваше весьма значительно; оно, ежели ты хочешь оное получить, приезжай поскорее, так ты получишь; не теряй время.

П. Ашитов.

2 Мая 1818 г.
Курск.

89

Это письмо, вероятно, натолкнуло кн. Репнина ходатайствовать у графини о вольной Щепкину и он написал ей следующее письмо:

Милостивая Государыня
Графиня Анна Абрамовна!

С искреннею признательностью, приняв согласие вашего сиятельства на увольнение человека вашего Щепкина на Полтавский театр, я приношу вам благодарность как от себя, так и от публики Полтавской, пользующейся удовольствием, доставляемым его талантом. Ныне же, видя из письма братца вашего Петра Абрамовича к нему, Щепкину, что ваше сиятельство соизволите оказать ему и семейству его милость, предоставлял ему право воспользоваться свободою через взнос 8.000 рублей, я вновь обращаюсь к вашему сиятельству и прежде всего хочу уверить вас, что свойства и поведение Щепкина суть лучшими его достоинствами; благодарность его к милостям вашим обратили прежде всего на него мое внимание, но, действительно, талант его заслуживает ободрения, предоставление ему всех способов образовать и усовершенствовать оный, к чему совершенно преграждается возможность, если он не будет свободным.

Убеждаясь истиною оного, я совершенно полагаюсь на благороднейший образ мыслей ваших и то великодушие, которым вы доказываете, являя доселе неограниченные ваши Щепкину милости, прошу ваше сиятельство, довершить начатое вами благодеяние ему и услугу, смею сказать, обществу, предоставить ему и его семейству свободу и снизойти на умеренный о нем взнос за право ему с семейством предоставленное. И как семейство его состоит из четырех мужского пола душ, в числе коих один старый отец, а другой малолетний сын его, то я полагал бы достаточным 4.000 или 5.000 рублей. Снисхождение вашего сиятельства в сем случае оказанное, я приму большим для себя одолжением и то, что следовать будет Щепкину взнесть к удовлетворению вашему дирекция Полтавского театра примет на себя. Примите и проч.

Репнин.

90

Для сбора этих денег, 26 июля 1818 года был устроен спектакль "в награду таланта актера Щепкина для основания его участи". Сохранился подписной лист у Имберха 1). Подписка не дала всей суммы: Репнин внес за кресло 300 р., Потемкин — 700 р., тесть Репнина, А. Разумовский — 300 р., один помещик пожертвовал деньги, должные ему за карты Полтавским полицеймейстером Кищенковым, в сумме 1.992 р. Подписка и спектакль дали 7.207 р., недостающие уплатил сам Репнин.

Кн. Репнин сообщил обо всем этом И. П. Котляревскому, как директору театра, вероятно, из Яготина, где часто он проживал. И. П. Котляревский в октябре месяце написал письмо князю. Оно интересно и в том отношении, что рисует материальное положение театра и то впечатление, какое произвели на Щепкина хлопоты об его вольной.

Сиятельнейший князь
Милостивый Государь!

Письмо вашего сиятельства, которым угодно было меня удостоить и условие господина Анненкова о выкупе Щепкина, я сему последнему показывал, он принял таковое вашего сиятельства благотворение со слезами признательности и вечной благодарности.

Алексея Осиповича Имберха нет в Полтаве и, не зная, где его искать, а потому и деньги остаются невысланными к вашему сиятельству.

В ожидании разрешения о поездке в Чернигов, я велел, починивать экипажи театральные. Сборы по театру здесь так малы, что жалованья за сентябрь не всем еще актерам выдано. В один вечер в театр пришли только четыре зрителя, взносу сделали 14 р. и я принужденным нашелся отказать в спектакле. Теперь еще у нас и погода прекрасная, хотя с холодным ветром; что же будет с нашим театром, когда сделается ненастье? Г. Главный директор приезжал в Полтаву для получения 40 тыс. из казенной палаты

1) Русск. Старина 1875 г. май 152-154. У Имберха сумма выкупа 10 тыс., но это неверно, что видно из письма Ашитова.

91

за поставку сукна, но, не получа денег, отъехал обратно, неудостоив театра и посещением.

Г. Горбовский 1) несколько дней уже болен (но не опасно), простудившись в бане отца архимандрита.

Сего же числа выезжает из города г. генерал-адъютант, граф Ламберт 2) с супругой проездом в Одессу, в прочем в Полтаве все по старому.

С глубочайшим высокопочитанием и вечною преданностью к особе вашего сиятельства и проч.

Иван Котляревский

Октября 15 1818 года.
Полтава.

Кн. Репнин много заботился о театре. Он всегда бывал на дворянских выборах в Чернигове и старался иметь труппу во время съезда дворян. Сохранилось его письмо к Алексею Николаевичу (фамилии нет; вероятно, это был губернатор или вице-губернатор, судя по чину) "Отправляя, писал он, в декабре 1817 года декоратора для писания декораций и устроения сцены для театра к выборам Черниговским, я прошу, Ваше Превосходительство, на потребные расходы приказать отпустить из сумм городских доходов Черниговскому прокурору пятьсот рублей; деньги сии в свое время возвращены будут. Я уверен, что и Ваше Превосходительство, не откажите всем от вас зависящим вспомоществовать к лучшему устроению в Чернигове театра, который послужит приятным удовольствием имеющему собраться в городе Чернигове тамошнему дворянству" 3).

Полтавская труппа весьма нередко выезжала в соседние города на гастроли, как то в Харьков, Кременчуг, Ромны, где была в то время известная Ильинская ярмарка. В Харькове эту труппу принял под свое покровительство известный

1) Полтавський прокурор.

2) Гр. Ламберт, упоминаемый, вероятно, был Карл Осипович Ламберт, известный воин, сражавшийся при Мацеовицах, брал Прагу, принимал участие в войне с Наполеоном. Скончался в чине полного генерала в 1843. Погребен в имении своем Цыглеровке, Константиноградского уезда. О нем см. Военно-Энц. лексикон 1844 г. № 13. Русская Старина 1873 г. Декабря, где есть характеристика его. Брат его, Яков Осипович, был директором департамента внешней торговли, при министерстве финансов. Тайный Советник скончался в 1849 г.

3) Арх. Правл. Губ. Правл. по описи № 156 л. 21 1818 года л. 67, 95, 96, 97.

92

малорусский писатель Г. О. Квитка. Последнего кн. Репнин благодарил за его содействие успеху актеров следующим письмом в феврале 1819 года.

"Попечения ваши, о театре Полтавском во время бытности его в Харькове, были для нее весьма полезны, ибо сборы превзошли ожидания, а порядок во все время сохраненный удостоверяет меня в справедливости заслуженного от всех доверия и оправдывает, что все состоящее под таким выражением всеобщим, находится в лучшем устройстве (?).

Примите искреннюю благодарность мою за принятый вами труд и попечение, вами оказанное; я надеюсь, что и харьковская публика не менее вам сие обязана, ибо вы много содействовали ее удовольствию. Я бы очень желал, чтоб и другие могли встретиться случаи, которые нас с вами более еще сблизили.

Весьма бы для меня приятно было видеть вас в Полтаве и лично уверить в том почтении, с которым и проч. 1).

В следующем, в 1819 г. Полтавская труппа ездила опять в Харьков. Кн. Репнин просил Василия Гавриловича Муратова оказать содействие и привлечь к этому и Г. О. Квитку 2). А в 1820 г. сам Муратов просил князя Репнина разрешить труппе пробыть в Харькове во время крещенской ярмарки. В. Г. Муратов пишет князю письмо, где указывает что труппе неудобно быть во время дворянских выборов, предполагаемых в одно время с крещенской ярмаркой, что противоречило взгляду Репнина, старавшегося всегда, при съездах дворян в Полтаву и Чернигов, доставить им всевозможные развлечения.

Милостивый Государь
Князь Николай Григорьевич!

Подноситель сего, г. Климов доставил мне почтеннейшее письмо Вашего Сиятельства, коим изволите вы извещать меня, что намерены отпустить на харьковскую крещенскую ярмарку Полтавскую труппу актеров. Принося Вашему Сиятельству по-

1) Арх. Полт. Губ. Правления 1818 г. по описи № 59. л. 56.

2) Арх. Полт. Губ. Правления 1819 г. по описи № 322.

93

корнейшую благодарность мою за доставление сим удовольствия здешней публике, я вменю себе в приятнейшую обязанность оказывать всякое зависящее от меня содействие к доставлению здесь актерам всевозможных выгод. Между тем, долгом поставляю донести вам, М. Г., что так как во время ярмарки предполагается здесь быть еще и благородные собрания, представления театральные не должны уже иметь места, почему не благоугодно ли будет Вашему Сиятельству приказать предварительно дать знать о сем труппе актеров.

В прочем с совершеннейшим почтением и проч.

Василий Муратов.

Харьков.
30 декабря 1820 г.

На это письмо кн. Репнин ответил: "Принеся, Вашему Превосходительству благодарность мою за готовность вашу доставлять в Харькове Полтавским актерам возможные выгоды, усугубляю просьбу о позволении им играть на театре в те вечера, когда будут и благородные собрания. По моему мнению, сии два увеселения публики не могут делать одно другому подрыва, ибо каждый посещает то или другое по своему вкусу, а сверх сего, на ярмарках большая часть людей бывает такого состояния, кои не имеют права входить в благородные собрания, следовательно, жалко будет их лишать любимого увеселения... Я уверен, что Ваше Превосходительство не оставите просьбы моей по сему предмету без уважения, равно как и того, чтобы бенефис в пользу инвалидов отложить до успенской ярмарки. По причине испортившейся дороги, кампания актеров поздно прибудет в Харьков, а без снисхождения Вашего Превосходительства она останется в накладе.

С истинным почтением и проч...

К Г. О. Квитке обращался, как мы видели, Репнин за покровительством театральной труппе. В 1819 г. кн. Репнин отправил эту труппу под непосредственное его распоряжение. Вот письмо князя.

94

Милостивий Государь мой
Григорий Федорович!

По приближении успенской ярмарки, я приказал дирекции театральной, отправить из Ромна в Харьков, театральную труппу, под непосредственное распоряжение ваше, а ныне предварительно посылаю живописца для составления декораций и всего нужного. Извещая о сем вас, я в полной уверенности нахожусь, что вы уважите просьбу мою в принятии на себя звание директора оказав уже успешную готовность вашу содействовать пользе сего полезного и приятного учреждения. Ныне примите труппу Полтавского театра вновь в свое покровительство, по производству оной в Харькове, в непосредственное ваше распоряжение, о чем вас покорнейше буду просить; ожидать, по окончании ярмарки о последствиях, вашего уведомления. Труппа же, по окончании успенской ярмарки, должна отправиться в Кременчуг к тамошней, называемой семеновской. Я надеюсь, что харьковское общество приймет с удовольствием представление Полтавской театральной труппы и потому, если вы найдете удобным, сделать вновь с Сердюковым условие на взятие в годовое содержание его театра, то и потому буду ожидать от вас уведомления. В прочем все вами учиненное, приняв в доводы усердия вашего ко всему полезному для общества и особенного расположения вам ко мне, я уверить вас могу в искреннем и проч. 1).

Кн. Репнин.

Помимо Щепкина, выдающимся актерами были Барсов, Угаров, примадонна Пряженковская и Медведева.

При отъездах труппы в другие города, актеры получали казенную подорожную. Вообще, кн. Репнин любил сцену и не мало о ней заботился. В 1825 г. посетила Полтаву известная в то время балерина Баньковская, воспитанница танцмейстера Вирианда. Ее гастроль совпала с прибытием дворян из губернии на выборы. Она очень понравилась полтавской публике. Из Полтавы, она отправилась в Киев и кн. Репнин пишет некоему И. Г. Ковалеву в Киев и просит оказать ей покро-

1) Арх. Полт. Губ. Правл. по описи № 59 и 184.

95

вительство 1). И в таком роде мы встречаем не мало просьб со стороны князя за гастролирующих артистов. При Полтавском театре, был свой оркестр из 23 человек. Это были крепостные помещика Райковича (фамилия точно не разобрана, не Раковича ли?..) А в то время, у помещиков нередко были оркестры, так назыв. "капеллии". Этот оркестр получал жалованье от дирекции. Многие из музыкантов были люди семейные и семьи их жили в деревне. После смерти их владельца, наследники лишили эти семьи содержания, но Репнин, получив жалобу их, принял меры к улучшению их положения 2).

8. Школа чистописцев в Полтаве.

Эта редкая школа была основана в Полтаве в первую половину прошлого века. Управляющий министерством внутренних дел барон Кампенгаузен в июле 1823 года сообщил малороссийскому генерал-губернатору Н. Г. Репнину о необходимости на основании представления комитету министров, министра внутренних дел В. П. Кочубея устроить в Малороссии, под ведомством приказа общественного призрения школу для приготовления писцов. Таких школ на первое время предполагалось устроить две: одну в Ярославле, где приказ имел большие средства, а другую в Полтаве. Нельзя не обратить внимание на мотив учреждения этих школ. "В домах воспитательных, писал В. П. Кочубей, призреваются незаконнорожденные (подкидыши), которые тож воспитываются или в домах сих или вне оных; воспитанники таковые увольняемы были из ведомства приказов по собственному их распоряжению и терялись из виду, так, что ни правительство за попечение свое о призрении их никем не вознаграждалось, ни общество не получало никакой пользы. В сем уважении государь император в 1820 году, обратив внимание на участь воспитанников, приказами презриваемых, высочайше утвердить соизволил представление мое об определения их нижеследующих основаниях: 1) чтобы воспитан-

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1825 по описи № 675 л. 105.

2) Арх. Полт. Губ. Правл. 1819 по описи № 59 л. 210-211.

96

ники увольняемы были из приказа с разрешения министра внутренних дел не иначе, как по засвидетельствовании местного начальства о соответственном устроении их участи и 2) чтобы воспитанники обращаемы были в общеполезные заведения по ведомству министерства внутренних дел. Этих воспитанников министерство определяло в С.-Петербургскую аптекарскую школу, в школы садоводства, существовавшие тогда в губерниях Полтавской и Пензенской, в сады — екатеринославский, одесский, крымский; в наборщики казенных типографий и т. п. Из этих же питомцев должна была состоять и проектируемая школа в Полтаве, цель которой "приготовить молодых людей на службу для тех губерний, кои, по отдаленности или другим причинам, имеют в канцелярских служителях большой недостаток". В школу эту принимались мальчики не моложе 10 лет. Они ходили учиться или в гимназию или в уездное училище, но для уроков чистописания должны быть положены особые часы, так как воспитанники должны были писать хорошим почерком, правильно и скоро. Тех из воспитанников "школы чистописцев", которые проходили гимназический курс, определяли на службу писцами, а более способные из них могли получить место помощника столоначальника. Смотря по успехам, окончившие получали звание старших и младших писцов. Образцы письма окончивших представлялись в министерство, которое и определяло их на службу. За полученное образование надо было прослужить от 8 до 10 лет; а по выслуге можно было получить обер-офицерский чин. Если позволял возраст, то разрешалось определять воспитанников на службу и до окончания курса учения. Неуспевавших или дурного поведения учеников обращали в ремесленников, работников в заведения, содержимые приказами; определенные же на службу писцами, в случае дурного поведения или неспособностей, обращаемы были в податное сословие. На таких основаниях была открыта "Школа чистописцев" в Полтаве. Содержалась она на счет приказа. По штату в ней положено было иметь 50 воспитанников. Первоначальное обзаведение ее обошлось 9.996 р. 55 к. а ежегодное содержание стоило 12.136 р. 3½ к. Для поме-

97

щения был нанят дом Руденка, где раньше помещался "дом для воспитания бедных дворян", а ныне здесь губернская земская управа, для приспособления которого было истрачено 16 683 р. 90 к. Первые питомцы "Школы чистописцев"в Полтаве по распоряжению министерства внутренних дел были присланы из воспитательных домов: смоленского, тульского, калужского и воронежского. Заведующим этой школой был назначен депутат Полтавского генерального суда первого департамента Федор Константинович. Точной программы в школе не существовало. В нее поступали не редко совершенно неграмотные, которых и обучали здесь; иные учились арифметике и грамматике, а все без исключения чистописанию. Введено было рисование и директор училищ Полтавской губернии Огнев уведомив в августе 1825 г. начальника училища, что и воспитанники школы чистописцев могут не ходить в уездное училище по средам и субботам, чтобы заниматься рисованием". Школа эта просуществовала в Полтаве до начала 1860-х годов, когда была закрыта. При этой школе, добавим, существовал прекрасный церковный хор, певший в церкви богоугодного заведения 1).

1) Арх. Полт. губ. земства. Дела приказа по описи № 317. Настоящий очерк, как и очерк "о заведении для спасения утопающих" были напечатаны в Киев. Старине ранее открытия архивной комиссии. Помещаем их здесь с целью собрания добытого нами архивного материала об эпохе Репнина.

98

9. Об устройстве в Полтаве заведения для спасения
утопающих.

В Полтаве, при реке Рогизне (ныне не существующий рукав р. Ворсклы) по инициативе князя Репнина, было устроено в 1829 г. "заведение для спасения утопающих". По плану архитектора Карташевского был устроен дом о четырех комнатах, стоимостью 1376-50 коп. В нем была квартира цирюльника, подававшего первую помощь утопленникам. По проекту врачебного инспектора Нейгеборна, в этом доме была устроена ванна и шкаф, где хранились следующие вещи, необходимые для оказания помощи: две щетки, перья для "произведения щекотанья", листовой табак, промывательная трубка, 10 арш. толстого сукна и кровопускательные инструменты — шнипер и ланцет. Надворный Советник Иван Сесс, выписанный еще кн. Куракиным для должности провизора первой аптеки, основанной тем же Куракиным, отпускал безвозмездно лекарства. На должность цирюльника был приглашен отставной юнкер Лабезников, бывший до этого времени старшим штаб-лекарским помощником. Этот Лабезников очень усердно занимался оспопрививанием, за что, по Высочайшему повелению, награжден был книгой (какой — неизвестно). Врачебный инспектор Нейгеборн составил очень подробную инструкцию, как нужно спасать утонувшего. Прежде всего запрещалось качать на бочке или на руках, как обыкновенно делали в то время, а также нельзя было трясти и опрокидывать на голову. Вытащенного из воды нужно было внести в комнату, уложить в теплую постель на правый бок так, чтобы голова была выше тела, обложить тело подушками, обсыпая его песком или золой. Между подушками надо положить плотно-закупоренные кувшины с горячими бутылками, к ногам разгоряченные камни, а на грудь положить завязанный бычачий пузырь с теплой водой. Сделавши все это, надо было сильно тереть ноги щетками, а затем все тело и спину тряпкой, пропитанной камфорным спиртом или фланелью, смоченной в уксусе. Во время натирания очень легко надо было пошевеливать тело и постукивать в спину против груди. Давши понюхать нашатырный спирт, цирюльник приступает

99

к щекотанью перьями во рту и ноздрях, а затем надувает "помаленьку", как сказано в наставлении, воздух через рот в легкое посредством трубочки, чубука или перышка. Если замечалось при этом, что ребра несколько поднимаются, то надувание должно остановить, а протирать и нажимать грудь от ребер кверху. Спустя некоторое время, надувание следует повторить. Если все это не приведет утонувшего к жизни, то взять губку, обмочить ее в холодной воде и с высоты двух, трех аршин капать с расстановкою крупные и одинаковые капли на больного. Затем посадить его в теплую ванну на четверть часа и, уложив в постель, поставить клизму из соли, воды, уксуса или теплого молока. Если и после всего этого не появится "знаков жизни", то зажечь на ляшках маленькие кусочки губки, ветоши или бумаги. Если и это не подействует, то пустить кровь из ноги, или лучше, из "тайной жилы" (Yena pigularis). Когда утопленник покажет признаки жизни, то давать ему по ложке камфорного спирта и теплого чая с вином или немного водки. Опыт указал, говорится в инструкции, что 8 или 10 часов недостаточны для возвращения к жизни утопленника. Правила эти, надо прибавить, составлены были врачебным инспектором совместно с врачом Тишевским, служившим в Полтавской врачебной управе акушером. При "заведении" был лоцман и два водолаза. Как только окажется утопленник, то Лабезников обязан был об этом уведомить всех врачей в городе, которые по предписанию врачебной управы, должны были немедленно явиться, как по "долгу христианскому, так и по самому требованию экстреннейшего случая". За кровопускательные инструменты платили не дешево: шнипер стоил 10 руб. асс, а ланцет — 6 руб. Этот Лабезников получал жалованья 450 руб. В первый год по основании этого "заведения" из 5 утонувших было возвращено к жизни 4, а в 1830 г. из 4 утопленников только 2 были спасены. Когда купальный сезон прекращался, то Лабезников обязан был посещать богоугодное заведение для усовершенствования в лечении больных, но он посещал его редко, а если и бывал, то не занимался делом, а жалованье между тем просил

100

выдать, против чего восстал бывший тогда попечителем богоугодных заведений, известный украинский писатель И. П. Котляревский. Почитаю, писал он в приказ общественного призрения, что отставной юнкер Лабезников не имел права требовать от меня жалованья и я нахожу себя не обязанным выдавать деньги таким людям, кои к заведению не принадлежали и для пользы оного не трудились. Было ли выдано жалованье Лабезникову, а также долго ли просуществовало в Полтаве заведение для утопающих, из дела не видно 1).

10. Математик М. В. Остроградский под надзором
полиции.

Начальник Главного Штаба граф Дабич, 5 июня 1828 г. пишет отношение главнокомандующему в Петербург графу П. Толстому, что л. г. московского полка полковник Бутовский подал на имя его императорского высочества, командующего гвардейским корпусом, о некоем Остроградском, прибывшем из Риги в Дерпт, отправляющемся в Петербург. Государю Императору благоугодно, дабы ваше сиятельство, читаем в бумаге гр. Дабича, приказали за сим Остроградским иметь в столице секретный надзор и примечать за его поведением и связями с тем, что буде изъясненное в рапорте Бутовского подозрение окажется не безосновательным, то Остроградского арестовать, а бумаги, при нем имеющиеся, отобрать и рассмотреть, а Бутовскому объявить высочайшее благоволение за те верноподданические чувства, коими он руководствовался, сделав вышеупомянутое донесение об Остроградском. Рапорт Бутовского не сохранился, а потому и неизвестно, в чем был заподозрен знаменитый математик.

Граф Толстой, получив это донесение, предписал генерал-адъютанту Голенищеву-Кутузову отыскать Остроградского, узнать "где он живет, с кем знается? и какого он поведения и образа мыслей и т. п." При этом, гр. Толстой предписал, чтобы все меры для отыскания Остроградского и наблюдения за ним, были приняты самым секретным и неприметным об-

1) Архив Полт. Губ. Земства Прик. Общ. Призрения по описи № 270.

101

разом, дабы отнюдь не подать ему повода к сокрытию чего либо от бдительности правительства.

Военный губернатор уведомил графа Толстого, что "Михайло Остроградский есть дворянин Полтавской губернии, живет у брата своего чиновника 8 класса Осипа Остроградского, служащего в канцелярии морского министерства и квартирует в 1-й морской казарме.

При этом он сообщает, что Остроградский имеет значительный круг знакомых, большей частью из сослуживцев его брата, знаком еще с флигель-адъютантом полковником Лазаревым. В образе жизни Остроградского, по расследованию, не нашли ничего предосудительного. Остроградский заявил желание поехать на родину и в виду того, что он не подал никакого повода к подозрению, ему разрешили уехать. Тем не менее, хотя он не был замечен в чем либо, граф Толстой написал о нем Репнину бумагу до селе неизвестную, следующего содержания:

"Находившийся здесь Полтавский помещик Михайло Остроградский, пишет Репнину граф Толстой, обратил на себя внимание правительства тем, что он возвратился из-за границы пешком и некоторыми, впрочем, незначащими обстоятельствами. Получив ныне донесение, что сей г. Остроградский отправляется из Полтавской губернии в Кобелякский повет, я считаю долгом покорнейше просить Ваше Сиятельство иметь его секретно на замечании и, в случае, когда за ним откроется что-либо предосудительное или заслуживающее внимание правительства, почтить меня о сем подробным уведомлением. С совершенным почтением и проч. граф П. Толстой" 1). Кн. Репнин сообщил об этом Полтавскому губернатору, а последний Кобелякскому земскому комиссару Щекутину. Щекутин ничего не нашел предосудительного в поведении М. В. Остроградского, о чем и донес кн. Репнину.

"Вследствие предписания Вашего Сиятельства от 7 сего месяца, № 21 последовавшего по отношению главнокомандующего в С.-Петербурге, генерала от инфантерии графа Толстого о помещике здешнего повета Михаиле Остроградском, обратив-

1) Русск. Старина 1904 г. Ноябрь 341-342.

102

шем внимание правительства возвращением из-за границы в Россию пешком и некоторыми, впрочем, незначащими обстоятельствами, я, по жительству оного Остроградского в доме его отца, здешнего помещика, коллежского асессора Василия Остроградского, имел всевозможное наблюдение, но до сего времени ничего не доведено до моего сведения из поведения и поступков сего дворянина, чтобы подлежало какому-либо подозрению или предосудительности. Между тем сего дня отец Остроградского вошел в подведомственный мне нижний земский суд с прошением о выдаче сему сыну его свидетельства, по коему бы можно было получить оному подорожную и свободно отправиться в Петербург. Как в вышеупомянутом предписании Вашего Сиятельства именно вменено мне в обязанность отнюдь ни в чем Михаила Остроградского не стеснять, то суд и удовлетворил означенное прошение выдачей свидетельства, в копии при сем подносимом. О чем имея долг донести Вашему Сиятельству, докладываю, что теперь же отправляюсь в жилище Остроградских, где буду иметь наблюдение до самого отъезда Михайла Остроградского и о времени оного и что будет замечено или дойдет до моего сведения заслуживающим внимание правительства не промену Вашему Сиятельству донести".

Получив это донесение, кн. Репнин сообщил о нем графу Толстому. Щекутин, отправившись для надзора за Остроградским в имение 30 августа, пробыл там до 8 сентября, когда М. В. Остроградский отправился в Полтаву за получением подорожной, при чем комиссар доносил: "ничего заслуживающего внимания на подозрение в чем-либо или предосудительности не замечаю" 1).

11. Об устройстве старообрядцами Черниговской губ.
часовен и отношение к ним высшего начальства.

В 1819 г. Черниговский преосвященный Симеон донес министру духовных дел и народного просвещения кн. А. Н. Голицыну о построении и освящении раскольниками многих часовен и молелен в его епархии, тогда как законом от

1) Арх. Полт. Губ. Правления 1828 по описи № 312.

103

20 Ноября и 22 Декабря 1817 года дозволялось лишь "издавна существующие старообрядческие часовни оставить в настоящем положении" но вновь строить запрещалось. Несмотря на эти законоположения, в Черниговской епархии было, по донесению епископа Симеона, беглыми попами освящены следующие часовни: 1) в Новозыбковском повете, где начальником был монах Рафаил, который, собрав беглых попов, освятил каменный храм во имя Покрова Пресвятые Богородицы. 2) в самом город Новозыбков освятили храм о трех престолах 3) близ Клименского посада Казанского девичьего монастыря монахиня Марфа освятила 13 февраля 1818 года, часовню во имя Казанской Божьей Матери. Об этом кн. Репнин получил донесение и от министра полиции графа Вязьмитинова с предложением "учинить строжайшее по сему предмету исследование и руководствуясь существующими на сие правилами о последующих распоряжениях с подробностью уведомить". Вслед за Вязьмитиновым, просил Репнина и кн. Голицын дать подробные данные об этом деле для доклада Государю. Часовни, как выяснилось, строились и раньше. Еще в 1813 г. к малороссийскому генерал-губернатору кн. Лобанову-Ростовскому обратились старообрядцы села Марчихина-Буда с просьбой построить часовню, но им в этой просьбе было отказано. Несмотря на это, часовня строилась, о чем узнал земский комиссар Глуховского повета и тотчас отправился на место для проверки и дознания. Часовня была выстроена в форме амбара, и старообрядцы заявили, что они строят не часовню, а амбар, а выстроивши его, устроили часовню. Кн. Репнин приказал сделать комиссару строгий выговор за "допущение себя обмануть", а часовню "оставить запечатанной", что и было исполнено комиссаром вместе со стряпчим. Старообрядцы, по отъезде комиссара, взломали замок, сорвали печати и продолжали совершать богослужение, о чем донесли кн. Репнину губернский прокурор Бажанов и Черниговский губернатор Фролов-Багреев. Год спустя, тот же губернатор донес, что обыватели слободы Елионки, срубив в лесу новозыбковского помещика Луки Рубца здание для часовни перевезли в ту слободу и поставили

104

около старой часовни, что сделали в три дня. На защиту старообрядцев стал известный деятель того времени, граф Николай Румянцев, приславший кн. Репнину из Гомеля следующее письмо:

Милостивый Государь мой,
Князь Николай Григорьевич!

Меня покойный мой родитель сам познакомил с старообрядческим казанским девичьим монастырем, что в Климовой Слободе, и я, так сказать, наследовал то доброе расположение, которое он им являл и старание о пользе их, позвольте же мне, ваше сиятельство, здесь тому дать доказательство, покорно вас прося допустить их освятить по старообрядческому их правилу трапезную деревянную церковь. Кажется мне, затруднения в исполнении такового скромного и похвального их желания встретиться не может, а я прошу однако же себе в милость и одолжение, ежели сие мое ходатайство возьмет оной полной успех.

Примите и проч. Граф Николай Румянцев.

Как же поступил кн. Репнин? В деле, откуда мы почерпнули эти данные, есть решение относительно часовни в с. Елионки. Он дал следующее секретное предписание Черниговскому губернатору, которое приводим целиком, как документ, не лишенный интереса: "Из дошедших ко мне частных сведений известился я, что губернское правление, по требованию духовного начальства, предписало стародубскому комиссару о запрещении строящейся в Еленском посаде каменной старообрядческой церкви и об уничтожении вовсе оной.

Имея в виду многие высочайшие повеления, коими всегда дозволяемо было доканчивать начатые старообрядцами разные молитвенные строения и храмы, с тем однако ж, чтобы впредь таковые заведения отнюдь не были допущены, я приказал секретно стародубскому комиссару дозволить окончить выстроенную в Елионском посаде каменную церковь, на месте прежде сгоревшей, и впредь строжайше наблюдать, дабы при самом начале подобных строений или еще при предположении произвесть их, воспрещаемы были оные под неминуемой за

105

противное тому ответственности. Доводя о сем до сведения вашего превосходительства, предлагаю дать знать об оном и губернскому правлению, коего указ о Елионской церкви исполнением мною приостановлен, поставив при том ему на вид и предписания, по высочайшему повелению, от покойного С.-Петербургского военного губернатора графа Вязьмитинова к предместнику вашему последовавшему, касательно построения старообрядческих молитвенных зданий". Этим предписанием руководствовался кн. Репнин, дав позволение достроить часовню в этом посаде, как и в других местах, о чем доносил преосвященный Симеон. Вот что писал кн. Репнину граф Вязьмитинов еще в 1818 году. "По предоставлению вашего сиятельства об учиненном освящении церкви в климовском старообрядческом девичьем монастыре, я вносил в комитет гг. министров записку с мнением моим следующего содержания "Соображаясь с высокомонаршей снисходительностью в отношении терпимости разных вероисповеданий и сект и с высочайше утвержденным положением комитета гг. министров 20 ноября и 22 декабря прошлого 1817 года, коим позволено издавна существующие часовни старообрядческие оставить в настоящем положении я мнением полагал сообщить вашему сиятельству, чтобы по распечатании помянутого молитвенного в Климовском девичьем монастырь здания, как издавна существующего, приказали вы не возбранять продолжение в оном по прежнему богослужения, не давая однако ж старообрядцам почувствовать, что сие делается по предписанию высшего начальства. Таковое мнение и комитет журналом своим 4 сего мая утвердил, о чем и сообщаю сим Вашему Сиятельству для надлежащего исполнения всего вышеизложенного 1).

Интересно ознакомиться и с статистическими данными церквей, часовен и старообрядцев в той же губернии. Эти данные относятся к 1826 году. В этом году последовал высочайший указ о доставлении к 1 января сведений о числе старообрядцев и раскольников разных согласий и сект. При этом предписывалось, чтобы ведомости эти составлялись

1) (Арх. Полт. Губ. Правл. 1819 г. по описи № 339).

106

на местах "не в виде открытой переписки, но под рукою без малейшей огласки". Все эти ведомости должны быть присылаемы на имя министра внутренних дел с надписью на конверте: "в собственные руки по секрету". Эти сведения были собраны в Черниговской губернии, губернатором Могилевским. Всех старообрядческих церквей в губернии было 29, а часовен 24.

Но весьма часто раскольники совершали богослужение в частных домах. Интересны и статистические данные о количестве старообрядцев. Всех их, приемлющих священство, было 12.279 муж. и 11.928 женского пола. Раскольников разных сословий, не приемлющих священства, но поклоняющимся иконам, было 2.609 муж. и 2667 женского. Кроме этого, духоборцев, молокан и иконоборцев мужского пола 6 чел. и женского 9. Среди старообрядцев, приемлющих священство, были и помещичьи крестьяне — 149 муж. и 173 женского пола. Наиболее раскольников было в уездах Новозыбковском, Городнинском, Стародубском и Суражском 1).

12. Договор между супругами Муравьевыми-Апостол и
учительницей их дочери, девицей Мальфюзан.

В архиве Полтавского губернского правления мы нашли интересный договор, заключенный между богатыми помещиками Миргородского уезда Муравьевыми-Апостол и девицей Мальфюзан. Хотя и не упоминается имя, отчество, но несомненно, в виду того, что договор этот относится к 1818 г., он заключен Иваном Матвеевичем Муравьевым-Апостол. Этот договор супруги Муравьевы просили кн. Репнина скрепить своей подписью, отчего он и попал в генерал-губернаторский архив. Договор следующий.

1. Монфюзан обязывает приложить все старания для образования ума и сердца молодой воспитанницы, которая будет ей вверена и попечительство, самое заботливое.

2. В уверении, что мысли ее и г. Муравьевых относительно к воспитанию детей, будут сообразны нравственности и религии,

1) (Арх. Полт. Губ. Правл. 1826 г. по описи № 39).

107

от которых она никогда удаляться не будет, она, г. Монфюзан, следуя начертаниям родителей, от них никогда не отдалится. В воспитании она будет следовать наставлениям самих родителей.

3. Г. Монфюзан обязывается наставлять воспитанницу в истории, географии, грамматике французского языка, учить игре на фортепиано и женским рукодельям.

4. Г. и Г-жа Муравьевы обязываются производить Г-ж Монфюзан в ежегодное жалованье по 2000 руб. выплачивать по четверти, начиная с 1 мая 1818 года.

5. Сверх того, Г. и Г-жа Муравьевы обязываются заплатить Г-же Монфюзан, после первых 5 лет пребывания ее в их доме, 5 тысяч, а по истечении других 5 лет, такую же сумму, что в течение 10 лет составит десять тысяч.

6. Употребив все время на обучение и присмотр за своей воспитанницей, г-жа Монфюзан не обязывается смотреть за бельем и платьем, для услуги ей иметь служанку.

7. Г-жа Монфюзан, надеясь, что она вступает в дом благородных людей, не почитает нужным говорить о мытье белья ее, о избранной комнате, карете для ее выездов и проч.

8. В случае, ежели бы она, по каким-либо причинам, должна была оставить дом их, Г. и Г-жа Муравьевы обязываются доставить ее на своем изживении с слугой и служанкой, в который нибудь из двух городов С.-Петербург или Москву, куда она пожелает" 1).

13. О злоупотреблениях и беспорядках, якобы существующих
в Черниговской и Полтавской губерниях.
(Подлинное заглавие дела).

В январе 1829 года генерал-адъютант А. X. Бенкендорф, шеф жандармов, препроводил кн. Репнину донос, дошедший до Императора Николая I о существующих беспорядках в старой Малоросии. Автор доноса, в кратких, правда, чертах, касается многих сторон жизни. Он указывает, что в местечках и деревнях, населенных казаками живут приставы

1) Арх. Полт. Губ. Правления 1818 г. по описи № 183.

108

или смотрители, учрежденные губернским начальством для наблюдение за порядком. Эти приставы нередко притесняют народ, берут казаков на свои работы, вымогают от них хлеб и другие продукты и не допускают никого венчаться, не взяв себе рубля (указывает на 2 — Сирина и Шпилярскаго). 2) В нежинском богоугодном заведении, находящемся в ведении уездного маршала, живут дряхлые старики и сироты обоего пола в холодных помещениях, содержатся грязно, очень редко меняют белье; 3) В Чернигове, губернские чиновники освобождены от постоя, что, говорит автор доноса, "весьма отяготительно для обывателей, не пользующихся такой льготой, так и для воинских чинов"; 4) Мещанин, живущий в Чернигове, имеет крепостных (2 д. муж. и 3 женск. пола); 5) В Полтавской губернии, множество евреев имеют христианских слуг, отчего происходит большое зло. При этом указывает на случай убийства в Лохвице двух слуг; 6) В присутственных местах Полтавской губернии дела идут весьма медленно; в одном лохвицком нижнем земском суде, по словам секретаря, остается более 600 нерешенных дел и наконец 7) Почтовые дороги не разделены на участки для содержания их в исправности, как это устроено в других губерниях, при этом замечает, что помещики освобождены от обязанности содержать в исправности дороги, а обязанность эта лежит на казаках и казенных крестьянах. Кн. Репнин получив этот донос, предписал произвести строгое расследование и очень подробно ответил Бенкендорфу, на каждый из вышеприведенных пунктов обвинения. Приводим целиком этот документ, как характеризующей то время, а с другой стороны и самого кн. Репнина, не скрывающего и некоторые недостатки, не стремившегося всецело опровергнуть и обелить себя.

"Большая часть местечек в обеих малороссийских губерниях, пространством и народонаселением своим превышают самые поветовые города, так напр. Полтавской губернии, Роменского повета, в м. Смелом число душ простирается до 14 тыс. Земский комиссар, по множеству занятий, как по нижнему суду, так и по повету, никак не может и не имеет

109

времени к бдительному надзору над оными; заседатель же в части которого состоит местечко, был отвлекаем и по очереди для присутствия и по другим делам в суд, также не имеет возможности иметь должного бдительного надзора и отвращать те беспорядки, которые не минуемо сопряжены с большим населением. В отвращении сего, я признал необходимым командировать в некоторые местечка благонадежных чиновников из ближайших городов, постановив им точные обязанности и подчинив все их действия непосредственному ведению земских комиссаров и нижних судов. Конечно, трудно и даже невозможно, чтобы все сии чиновники были чужды всякого поползновения к злоупотреблениям, но местное начальство имеет бдительный надзор за их поступками, а обыватели, в случае каких-либо обид или притеснений, во всякое время не лишены способов доводить таковые до сведения местного начальства и просить моей защиты.

Доказательством сему служат приводимые здесь частные смотрители Сирин и Шпилярский. Над обоими приказал я перед отъездом из Малороссии, нарядить следствия по злоупотреблениям в коих принесены на них жалобы. По дошедшим ко мне особым сведениям, Сирин должен оказаться виновным и в таком случае будет предан суду. Но что касается Шпилярского, то он устройством, который содержит в м. Броварах, лежащем на большой дороге и на границе Черниговской губернии с Киевской, почимкою множества бродяг, прекращением передержательства беспаспортных людей, деятельным взысканием недоимок и свидетельствами полученными от всех полковых командиров гвардейского корпуса и самого командовавшего оным, в деятельности и ревности его в доставлении всех возможных выгод при проходе через м. Бровары, весьма справедливо обратил на себя внимание начальства и, весьма вероятно, что строгие меры, принятые им к прекращению и искоренению вышеупомянутых зол, конечно, не были приятны для некоторых обывателей, от коих и могли возникнуть жалобы. Здесь можно добавить, что при вступлении моем в управление малороссийскими губерниями, м. Бровары и окрестности оного, состоя-

110

щие в больших лесах и песках, по нахождению близ самой границы губернии, были, так сказать, притоном грабительства и разбоев. С учреждения же в оном частного смотрителя, которого, по близости местечка к Киеву, я подчинил непосредственно предписаниям тамошнего военного губернатора, на случай могущих последовать происшествий. Зло сие совершено искоренено и сие подтверждает в полной мере явную пользу командировки полицейских чиновников в некоторые местечки".

"Для бедных, помещенных в богоугодное заведение, состоящее на отчете приказа общ. призрения, существует утвержденное высшим правительством положение. Злоупотребление по сему заведению, если бы оные действительно существовали, не могли бы укрыться от греческого общества, которое брав в учреждении участие, на которое оно пожертвовало значительный капитал, наверно прежде всех довело бы оные до сведения местного начальства. Я тоже в октябре месяце видел богадельни и больницы и не был ими совершенно доволен, но не видел их в том положении, коем они в записке вписаны. Впрочем, я предписал Черниговскому губернатору сделать немедленно строжайшее исследование и по получении донесения его, тотчас сообщу для сведения высшего правительства.

Со вступления моего в управление малороссийскими губерниями освобождение губернских чиновников от воинского постоя, прекращено совершенно и как в Черниговской губернии, так и по всем другим городам, несут сию повинность наравне с прочими обывателями. В Чернигове увеличивается тягость постоя множеством домов, принадлежащих священникам, причетникам и учителям семинарии и гимназии, коих домы по закону освобождаются от постоя.

Действительно ли Черниговский мещанин Иван Титов имеет крепостных людей, две души мужского пола и одну женского, я предписал тамошнему гражданскому губернатору строжайше исследовать и по донесении его, не премину сообщить вашему превосходительству.

111

Евреям, содержателям винных откупов и почтовых станций, дозволено иметь христианских работников для употребления их по производству означенных взятых ими на себя обязанностей; вместе с тем воспрещено работникам сим жить в одних домах с хозяевами своими евреями, за исполнением сего, городские и земские полиции имеют строжайшие и неослабные наблюдения. Но за всем тем, христианский работник, нанявшийся у еврея по винному откупу или по содержанию почтовой станций, живя с хозяином своем не в одном дом, а в одном двор, если пожелает добровольно прислуживать ему и в других надобностях его, то сего истребить и предотвратить совершенно невозможно. Случай убийства в Лохвице, предписал я еще в декабре гражданскому губернатору расследовать благонадежному чиновнику по тому уважению, что тамошний городничий, по преклонным летам, не может употребить той деятельности, которая в подобных делах необходима. Открытие через полтора года убийц молочанских менониттов, через несколько месяцев злодеев, погубивших Ланевичеву, Забеллу, Бразеля, еврейку в Русановке и многих других, несмотря на все ухищрения преступников, суть верные доказательства, что сия важная часть полицейского надзора, в управлении моем не упущена, но я смею сказать, что в делах сего раза должно иметь постоянные действия, терпения, а тем более не мешать начальству в его поисках косвенными посторонними действиями, часто предупреждающими виновных, следственно, вместо пользы вред приносящими.

По ведомостям о делах по Полтавской губернии, доставленных в г. управляющему министерством юстиции видно:

К 1 января 1826 г. осталось нерешенными

16.259 дел.

К 1 ноября 1827 г. поступило

172.597 дел.

Всего

188.856 дел.

Решено

172.578 дел.

К 1 ноября 1827 года осталось

16.278 дел.

1) Из следствия выяснилось, что казен. палата записала за мещанином Титовым крестьян и Т. акуратно платит подати.

112

По 1 ноября 1828 г. поступило

191.207 дел.

Всего

207.485 дел.

Решено

193.531 дел.

К 1 ноября 1828 г. осталось

13.954 дел.

Из сего видно, что к 1 ноября 1828 года, в сравнении с предыдущим 1827 годом нерешенных дел осталось менее 2324, следственно ход оных в присутственных местах с каждым годом идет успешнее.

По вступлении моем в управление малороссийских губерний, я нашел, действительно, что повинность устройства почтовых дорог лежала почти на одних казаках и казенных крестьянах. Помещичьи же владения были почти вовсе освобождены от оной, но мной в самом начале приняты нужные для прекращения сего меры и в особенности во время Высочайших проездов, для которых требовалось особенная отделка почтовых дорог, по распоряжению моему для совершенного уравнения всех в сей повинности, назначалось вообще с каждых 50 душ один работник; из 200 душ одна пара волов и подвода, которые обыкновенно употреблялись для сих работ с 10 мая по 20 июня и весь октябрь месяце, чем в том году и оканчивалась повинность по сему предмету равным участием в оной, как казаков и казенных крестьян, так равно и помещичьих владений. И нет сомнения, что какой-нибудь из помещиков, недовольный и сетующий на такое уравнение, по коему обязан он был участвовать в сей повинности, из негодование доставил ложные сведения донесшему о сем.

Ныне, когда благополучно царствующий Государь Император, обратив внимание свое на отягощение народа излишним украшением дорог и по отеческому участию Высочайше соизволил повелеть прекратить новую отделку, то они разделены на участки для поддержания их в необходимой только исправности.

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1829 г. по описи № 413.

113

14. Отношения кн. Репнина к должностным лицам.

Кн. Репнин всегда требовал от служащих непосредственного отношения к себе, при чем требовал во всем откровенности; он не мог выносить, если что-либо от него скрывают. Но Я. А. Горленко поступил иначе. Горленко был предводителем дворянства Прилукского уезда с января 1818 по октябрь 1823. В 1818 году скончался в Прилукском уезде помещик Будлянский; он имел хорошие средства. После его кончины, опекуны продали его движимое имущество, на что не имели право.

В числе опекунов были и родственники предводителя, тоже Горленки. "Не мог я миновать и Горленков, пишет предводитель, а их в то время проживало в Прилуках 20 ч." Кн. Репнин, узнав о продаже имущества покойного, предписал наложить запрещение на имение предводителя. Горленко, вместо того, чтобы обратиться к самому Репнину и выяснить это дело, ищет заступничества у правителя канцелярии. Он пишет ему письмо и просит доложить князю, которому это не понравилось и он отправил письмо предводителю, очень интересное для характеристики кн. Репнина.

"Нигде не случалось мне видеть, пишет предводитель правителю канцелярии, чтоб имение маршала дворянства подвергаемо было ответственности, тогда, когда он в определении опекунов руководствуется учреждением. Я ничего противо законного не сделал и потому прошу вас покорнейше употребить ваше ходатайство, чтобы одни нарушившие права были в ответственности, я же, как весьма далек поступков, нарушающих порядок в общественной жизни, был бы избавлен от такой неприятности. Опекуны мной определенные вовсе неизвестны были, ни по своим свойствам, ни по характерам, хотя и носят одно со мной имя, в протчем не было ни малейшей причины к неопределению их: я руководствовался всегда одной честностью и любовью к истине и тем более прискорбно терпеть безвинно укоризны, пусть произведут самое строгое следствие, пусть виновные отвечают. Крайне для меня огорчительно, что не мог я заслужить доброго мнения от

114

Его Сиятельства, но, конечно, есть люди кои при малозначительности своей иногда успевают ослаблять дальновидность самых почтеннейших начальников, употребляя все возможные средства, дабы очернить благородного человека!... Еще раз покорнейше прошу, почтеннейший Михайло Николаевич!..., доложить Его Сиятельству о моей правде и чтоб произведено было следствие по всей строгости; сие следствие представит меня в моем виде и облегчит неудовольствие по чувствам сердца моего слишком великое. Для честного человека сомнение о его правилах суть убийственны. Я уверен, М. Г., вы простите мне нескладность выражений, я так расстроен; сверх того, не надеялся, чтобы по поступкам своим иметь такое неудовольствие. Ничего бы я не желал, кроме, чтобы правила мои были всем известны; правила эти основываются на совершенной честности, а потому утвердительно сказать могу, что умышленно зла произвести не мог никогда.

С истинно преданностью и т. д.,
Яков Горленко

15 июля 1819 г.
Прилуки.

Правитель канцелярии доложил это письмо князю, которому не понравилось, что Горленко обратился к правителю канцелярии, а не к нему. Вот интересное письмо Репнина в ответ на письмо Я. Горленка правителю канцелярии.

"Правитель канцелярии моей представил мне полученное им от вас письмо и я поспешаю ответствовать вам с той откровенностью, которую я за долг поставляю иметь не только с подчиненными мне, но и со всеми.

Стыдно маршалу дворянства оправдываться не прямо перед начальником, а искать посредников.

Стыдно маршалу не знать способности и правила дворян, живущих в предводительствуемом им повете.

Стыдно маршалу не знать, что происходит в его повете и не извещать о том главного начальника, требовавшего торжественно от него правды и открытия злоупотреблений.

Стыдно маршалу, не знать закона, думать, что назначением опекунов прекратилась его обязанность и позабыть, что он

115

есть первый попечитель вдов и сирот и отлучных дворян в сохранении их собственности.

Стыдно дворянину не отдавать должную справедливость сочлену своему и думать, что после 26-ой службы отечеству и доверия Государя, мало значительные могут ослабевать его дальновидность.

Стыдно дворянину занимать место, обязанности которого он не исполняет в точности.

На это, Я. Горленко послал князю официальный рапорт.

Сего 6 июля я имел честь получить бумагу от Вашего Сиятельства, касательно письма моего к Г. Новикову. Сиятельнейший Князь!... Если искал я посредничества Г. Новикова для объяснения моей невинности, то, единственно потому, дабы письменно не утруждать Особы Вашей при многотрудных занятиях Вашего Сиятельства, я не смел вас беспокоить.

Великодушие и справедливость Вашего Сиятельства не только управляемому вами краю, не и отдаленному государству известна; я хотел оправдать себя перед особой вашей, желание мое стремилось к приобретению благосклонности достопочтеннейшего начальника своего и вот причины заставившие меня писать к Новикову.

Сиятельнейший Князь!... я не имел счастья быть вам известным и думал, что кто-либо, не зная меня, доложил В. С-у о правилах моих не так, каковы они есть.

Надеясь твердо, на великодушие В. С-ва я осмеливаюсь, убедительнейше просить обратить ко мне благосклонное внимание ваше и если не умышленно навлек на себя справедливое негодование, то всеми силами стараться буду заслуживать милостивое ваше снисхождение. Сиятельнейшей Князь!... вручаю себя благодетельному покровительству вашему и чувствуя к особн Вашего Сиятельства глубочайшее почтение и душевную преданность, имею счастье быть и т. д.

Яков Горленко.

6 июля 1819 г.
Прилуки.

1) Арх. Полт Губ. Правл. 1819 г. по описи № 213.

Р. S. Дело это не отразилось на службе Горленка, он еще раз был избран на трехлетие уездным маршалом.

116

Отношение кн. Н. Г. Репнина к Черниговскому губернскому
предводителю С. М. Шираю.

Степан Михайлович Ширай был генерал-майор, очень богатый человек. С 1818 по 1829 г. он был Черниговским губернским предводителем. Имение его было в Стародубском уезде, откуда они и произошли от богатой мещанской семьи. Род их идет от Степана Спиридонова, служившого в стародубском полку сначала значковым, а потом бунчуковым товарищем. (См. о них — родословную книгу Черниговского дворянства гр. Г. А. Милорадовича 2 том, ч. 5 стр. 4, ч. 6 стр. 48, ч. 55 и 128). Скончался он в 1839 году.

С. М. Ширай отправил в 1828 г. письмо министру внутренних дел, где коснулся вопроса о рекрутском наборе. Что писал Ширай, неизвестно, так как копии его письма нет в делах архива. Кн. Репнин, узнав об этом, остался очень недоволен; он всегда требовал откровенности от всех, просил ничего не скрывать и обращаться непосредственно к нему.

Вот письмо к Шираю, где кн. Репнин делает ему замечание по поводу его образа действий. "Письмо вашего превосходительства к г. министру внутренних дел, посланное на счет полагаемых вами неудобств в нынешнем образе принятия рекрут, я нахожу совершенно неуместным, ибо хотя оно названо вами приватным, но самое изъяснение мыслей в предмете в том заключающемуся, даже приступ к тому, в коем выражено вами желание довесть о сем непосредственно через министра внутренних дел до высочайшего сведения, дает представлению вашему вид не партикулярного письма.

Быв уверен, что вашему превосходительству известны наши государственные законы и следственно порядок сношения правительственных мест и служащих лиц с высшим начальством. Мне весьма прискорбно заметить вам, что вы поступили в настоящем случае в противность 82, 86 и 88 ст. высочайше утвержденного о губерниях учреждения, а также

1) (Арх. Полт. губ. правл. 1828 г. по описи № 326).

117

XI, XII и XIII ст. наказа губернаторам и воеводам, для того доставленную ко мне от вашего превосходительства копию представления вашего г. министру внутренних дел при сем обращаю".

В следующем, 1829 г., должны были состояться выборы дворян на следующее трехлетие. Кн. Репнину не хотелось видеть вновь избранным С. М. Ширая, о чем он пишет Черниговскому губернатору Н. И. Жукову.

Милостивый Государь мой,
Николай Иванович!

До сведения моего дошли слухи, что С. М. Ширай, приехал в Чернигов и желает, при предстоящих выборах вступить в должность губернского маршала. После жалобы, принесенной им на меня государю императору, не намерен допустить его к должности в нынешнее трехлетие, но если дворянство изберет его на будущее и он переменит свое поведение, то рад буду утвердить в оной. Почему я покорнейше прошу ваше превосходительство известить меня о сем до приезда моего в Чернигов для соображения, ибо я весьма буду благодарен, если ваше превосходительство найдете случай дать ему о сем почувствовать" 1).

Но это был последний год служения Щирая; он не был более предводителем. Сам ли он не пожелал, в виду таких отношений к начальнику края или его не избрали, мы не знаем 2).

В таком же роде, мы встретили еще одно дело.

Кн. Репнин требовал и очень желал, чтобы к нему обращались, а не действовали, помимо его. В 1828 году жители города Ромен, вместе с городским головой, Кирионом Нестеренко подали прошение императору, где ходатайствовали о продлении пятилетней льготы, данной для устроения города Ромен. Это, конечно, не понравилось князю Репнину и в бытность свою, в том же году в Ромнах, он заявил городскому голове, что он отрешает его от должности. Нестеренко подал прошение, где просил его об оставлении

1) (Арх. полт. губ. правл. 1829 г. по описи № 400 л. 94).

2) О Ширае см. ст. Киев. Старина 1887 № 10.

118

в должности. "Знаю, что ваше сиятельство, яко начальник и доверенная всемилостивейшего государя императора особа можете сделать со мною то несчастье (отрешение от должности), но, будучи уверен в великодушии вашего сиятельства, ласкаю себя лестною надеждою, что вы, сиятельнейший князь, не лишите меня высокой милости оставить при настоящей моей должности.

Если с моей стороны сделана какая неосмотрительность, без умысла, то благотворительность, свойственная вашему сиятельству, да изгладит то милостивым благоуважением сей нижайшей просьбе моей".

Вот ответ князя Репнина городскому голове.

Милостивый Государь мой,
Кирион Тимофевич!

На письмо ваше ко мне, я обязуюсь вторично заметить вам, что я отрешил вас от должности городского головы не за то, что вы, в числе прочих граждан, приносили всеподданнейшую жалобу его императорскому величеству, ибо всякий имеет право жаловаться на военного губернатора государю императору и правительствующему сенату, но за то, что ежели были притеснения от местного начальства жителям, то ваш долг был донести мне об оных и быть у меня ходатаем за граждан, вас избравших, чего однакож вы не исполнили и поступили вопреки должности вашей. Впрочем, прощая вам неумышленность, в коей вы сознаетесь и, оставляя в настоящей должности, довольствуюсь уверенностью, что впредь прямое и верное служение будет предметом ваших желаний".

С истинным почтением и проч. кн. Репнин.

Надо сказать, что заступниками Нестеренка перед князем, были А. И. Полетика и С. В. Капнист; по просьбе их, Нестеренко был прощен.

Интересно дело некоего Лезина, заступником которого явился прокурор. Дело заключалось в следующем:

В 1817 г. в новозыбковской тюрьме содержался писарь Клинцовской ратуши Ефим Лезин, обвинявшийся в том,

1) (Арх. полт. губ, правл. 1826 г. по описи № 5 и 201-207).

119

что он пропустил себя при ревизии с целью избежать уплаты подушной подати.

Обвинялся еще и в том, что пропускал при переписи и других лиц и утайке сумм и вообще беспорядке ведения прихода и расхода получаемых сумм. Черниговское губернское правление, разобрав это дело, нашло его виновным только в том, что он пропустил умышленно только себя, а к обвинению пропуске других не было данных. К числу смягчающих вину обстоятельств, губернское правление находило, что Л. был не простым писарем, а и управляющим письменными делами по общей к нему доверенности, и кроме того, он был ратманом 3 года, потом бургомистром два трехлетия и, наконец, был депутатом от своего сословия при коронации Императора Александра I. На основании этих данных, Черниговский прокурор Бажанов ходатайствуем перед кн. Репниным о разрешении отдать Лезина, как просит его жена, на поруки.

Интересен ответ кн. Репнина прокурору на его ходатайство.

Милостивый Государь
Егор Ильич!

Письмо ваше от 1 августа, ходатайствующее за Лезина с приложенной при нем запиской я получил и на оное нахожу себя в обязанности сказать вам: поступки Лезина столько же вам известны, сколько и мне и нельзя не согласиться, что из большого количества преступников, содержащихся по Черниговской губернии, он один из главнейших. Злоупотребления, существовавшие к Клинцовской слободе, были примерные и навлекали бы по справедливости обвинение и на самое начальство, допустившее столь долго их свирепствование. Клинцовская слобода была гнездо всех преступлений, урядники ее первые виновники, а Лезин и Богданов, будучи часто награждаемы от общества, предводительствовали всем оным. Почему, зная все сие, меня удивляет, что вы вместо наложения по делу вашему о строжайшем наказании виновника сего зла, печетесь об освобождении его на поруки. Последствия увольнения Лезина по послаблению губернского начальства на поруки, было виной

120

тех документов, которые вы находите служащими к оправданию и если теперь тоже сделать, то нет сомнения, что запутанное Лезиным клинцовское общество в состоянии будет в пользу его написать и более. Но долг начальства есть, видеть истину, находить корень зла и истребляя его, снисходить множеству вовлеченных преступников.

Я не думаю, чтобы отзыв посадской ратуши и всего общества мог бы послужить доказательством, что в клинцовской слободе не было преступлений, а именно: пристанодержательства беглых, в течение многих ревизий и до настоящего открытия множество прописных, существовавшая тайно типография, излишний сбор с общества и расходы противозаконные, прикрывающие все сии преступления. Чего же не доставало? Убийства, но и на оное были изветы?... А как, по вашему мнению, Лезин не виновен, ибо общество созналось, что все делалось по его приговору, то не следует ли осуждать теперь все общество и десятого по законам подвергать наказанию за преступления. Изворот, делаемый к оправданию его, что он был простой писарь и ничего более предосудительного. Жалованье, даваемое ему от общества, равняется получаемому управляющим губернией, удостоверит вас, что он был более, нежели простой писарь.

Впрочем, вы сознайтесь, что несчастные арестанты в Козельце содержимые, по самой совести, были менее преступны и 9 лет никто не вспоминал об их участи, так почему же Лезину не дождать (не разобрано) в острог, о скорейшем совершении коего вы и я пещись будем.

Я вас прошу на дела сего рода смотреть так, как они есть, а не так, как их показывать хотят, а без того мы не истребим недозволенного зла, укрепившегося в Черниговской губернии. Надеюсь иметь в вас усердного помощника, я удивился, что вы в сем деле завлечены были состраданием, но теперь буду ожидать, что после сего вы и на самое производство обратите ваше внимание и если бы присутственные места помыслили затмевать истину ложными доводами, то вы по долгу вашу предварите меня открытием им главного основания дела сего и того, что они делать должны, чем облегчив

121

меня, по моему званию, избавите меня от неприятной обязанности объяснять все существо дела сего перед правительством в настоящем его виде, к чему обязываюсь, как званием моим, так и самой совестью, и уверите каждого, что те связи, которые служили основанием зла в Черниговской губернии, я их знаю, а потому не трудно мне разрушить и уничтожить вредное.

С истинным почтением имею честь быть
М. Г.

1817 г. августа 10.

15. Из прошлого Полтавской епархии.

1. Протоиерей М. Кийков и совместительство законоучительства
с приходом в Миргородском уезде.

Законоучителем Полтавского института благородных девиц в 1825 году был назначен протоиерей М. Кийков. Помимо своего жалованья по должности, ему был предоставлен приход в м. Комышны, Миргородского уезда, при Рождественски-Богородичной церкви. Это интересный факт пользования доходами, не принимая никакого участия в деле, это была своего рода арендная статья или лучше сказать, особый вид кормления. Протоиереем Кийковым был очень доволен кн. Репнин, как известно, много обращавший внимание на институт, созданный им же, вместе с супругой своей. Протоиерей Кийков, как писал о нем кн. Репнин, "отличным исполнением службы не только оправдал вполне такой выбор, но заслужил общую любовь и уважение". Покровительствуя ему, князь хотел его устроить кафедральным протоиереем в Полтаве, на место скончавшегося в 1831 году протоиерея Самойловича, о чем и писал преосвященному Нафанаилу. Сам Кийков соглашался на это, при чем свой приход уступал шурину своему, священнику Е. Стеблинскому. Преосвященный Нафанаил

1) Арх. Полт. Губ. Правл., по описи № 73. л. 507-512.

122

не согласился на это. "Как известно мне, писал он князю, жители Полтавы употребляют деятельнейшее ходатайство о неукоснительном переводе в оный город архиерейского дома, кафедры, семинарии и консистории, то, в случае, если таковое ходатайство их, правительством будет уважено, справедливость требует, чтобы я место покойного протоиерея Самойловича, предложил нынешнему кафедральному протоиерею Иосифу Казачковскому, на которое он, по заслугам его, имеет неоспоримое право и потому прежде всего наступления сего времени и решительного затем намерения его, протоиерея, осведомления, не могу сделать об оставлении означенного места за протоиереем Кийковым положительного распоряжения, хотя достоинство его вашим сиятельством свидетельствуется и самому мне достаточно известны". Князь Репнин, получив этот отказ, не остановился на этом. Он писал преосвященному, что вопрос о переводе архиерейской кафедры в Полтаву еще не решен, да и не предвидится это в ближайшем будущем, как ему это известно из переписки по этому случаю с князем Мещерским и все-таки просил о назначении Кийкова. "Я совершенно согласен, писал князь, что место соборного протоиерея при переводе сюда архиерейского дома, никому столько не следует, как почтенному отцу Иосифу Козачковскому, да и сам протоиерей Кийков не осмелился бы желать оного в таком случае, но в настоящем положении той вакансии, я, ходатайствуя о Кийкове, имел в виду во первых, чтобы возвысить законоучителя в заведении, удостоенном высочайшего покровительства ее императорского величества, а во вторых, что по числу священнослужителей в соборе не могло быть никакого упущения при занятиях Кийкова в институте, ни по служению, ни по исполнению христианских треб. Впрочем, буде определение Кийкова на упомянутую вакансию невозможно, то не входя в причины сего затруднения, я только покорнейше прошу ваше преосвященство не лишать его, по крайней мере, прежнего прихода и благочиния, из коего он имел хотя небольшое поддержание, ибо я не желал бы, чтобы ходатайство мое вместо пользы имело вредные для него последствия". Ходатайство князя, преосвященным Нафанаилом

123

было уважено, но отчасти; он назначил Кийкова соборным протоиереем и городским благочинным. "Впрочем, сим я не предоставляю еще решительно протоиерею Кийкову права на должность протоиерея кафедрального есть ли, то есть, семинария и архиерейская кафедра переведутся в Полтаву, дабы не сделаться в сем случае, несправедливым в отношении к тем лицам, кои долговременным служением церкви и отечеству, приобрели неоспоримое право на первое в епархии кафедральное протоиерейское место".

Приход в Комышне передан был его шурину Е. Стеблинскому, бывшему впоследствии соборным протоиереем в Миргороде.

Протоиерей М. Кийков пробыл в институте до сентября 1851 года, когда был назначен кафедральным протоиереем. Скончался в 1860 году, место его в институте занял зять, ныне здравствующий маститый протоиерей А. Капустянский, пробывший в этой должности до 1863 года.

Такса на венчание, установленная в половине прошлого века
помещиком Кременчугского уезда.

Такса была установлена за венчание, при чем она была троякая, смотря по состоянию прихожан. С богатых людей священнику полагалось 3 р. — 50 сер., дьяку — 70 к., пономарю — 35 к. С "средних людей" — священнику 1—75, дьяку —35 к., пономарю — 17½ к. С "убогих" священнику 87½, дьяку — 17½ и пономарю — 10 к. Разрешалось помещиком священнику отдать в экономию для кормления 8 шт. рогатого скота и 5 шт. свиней. Экономия этого помещика наделяла причт землей для обработки ими хлеба, так разрешалось дать 5 дес. для посева жита, ячменя и злаков; ½ дес. давалось на просо и по 2 сажени для посева конопли и льна. Сена из экономии выдавалось по 100 коп. На этом приказе помещика в конце сделана следующая приписка: "лишнего скота зимой иметь без особенного разрешения не позволяется, что ровно относится

1) (Архив Полтав. губ. правления 1831 г. по описи № 57).

124

и к летнему времени, но уважая просьбу господ священников я на сей год позволяю иметь на подножном корме сколько находится теперь на лицо, только с тем, чтобы за лишний сверх положенного, платили скотарю по 1 р. от штуки. Такса эта относится к 1845 году. Это было в имении Магденка (Глобино) 1).

16. Переписка Н. Г. Репнина.

Кн Н. Г. Репнин пользовался расположением населения вверенного ему края. Сам Репнин был очень доступен, и старался оказать услугу, кому только мог. В делах, озаглавленных "партикулярная переписка", можно встретить много писем к нему, где его просят о пособии, об определении детей в школы, о предоставлении места или ходатайства его и т. п. И он многое делал. Некто Полтарацкий, в нескольких письмах к князю, так начинает их: "сделать доброе дело есть пища князя Репнина". Некто Я. Благодаров заметил, что князь курил "сигарки из мундштука" и он пишет князю письмо, где просит его принять от него на память мундштук. Князь принял и благодарил 2). Но не всегда он принимал подарки. М. Глазенап прислала ему в 1819 г. в подарок ковер, с изображением на нем тигра, при следующем письме.

Милостивый Государь мой,
Князь Николай Григорьевич!

Не быстро скачущего в африканских пустынях тигра, но миловидною, кроткою его тенью, сделанную на фабрике моей, посылаю вам и прошу покорно, совершенные его недостатки заменить в истинном моем к вам почитании и уважении вашего сиятельства, милостивого государя, покорная к услугам

Мария Глазенап.

Февраля для 1818 г.
с. Мариинское.

Князь не принял этого подарка и написал следующ. письмо.

1) (Из фамильных бумаг В. П. Магденки).

2) Кто он был, не знаем; быть может это был аматер отечественной истории, живший в Переяславе, о котором говорит Мелгунов см. Киев в 1655-1855 г. проф. Иконникова стр. 138.

125

Милостивая Государыня
Марья Яковлевна!

С покорнейшею благодарностью, возвращаю присланный вами ковер по неимению в оном совершенной надобности. Надеюсь, ваше превосходительство, уважив присылку сию, охотно извините меня в этом. Не было здесь жены, я распечатал ваше к ней письмо и, найдя в нем жертвуемые 250 р. в пользу отличившийся питомцы Полтавского института, препроводил их при письме в учрежденный для управления институтом совет; который, конечно, не преминет известить вас о последовавшем употреблении денег. Мне же позвольте вас от лица жены моей благодарить, как за лестный отзыв к ней, так и за ту жертву, которую вы приняли для облаготворения одной из вверенных воспитанию ее полтавских дворян. С отличным почтением 1) и проч.

В канцелярии князя служил некто Соколов. У него родился сын. Желая иметь крестным отцом князя, он пишет ему письмо в Петербург, где просит об этом.

Сиятельнейший князь
и Благодетельный Начальник.

С 1818 года считаю себя счастливым, что служу при особе вашего сиятельства и благодарю Всевышнего во всякой день за доставление мне счастливой той минуты, в которую удостоился быть принятым под благосклонное и высокое начальствование ваше милостям и благодеяниям вашим, сиятельнейший князь, нет цены и по чувствам моим, не сильно перо изъяснить вам за оные той благодарности и преданности, кои, желая понести во гроб могилы, передав в память и семени моему. Четыре года тому назад, как упрашивал Творца, да ниспошлет мне новорожденного сына и тогда, да умолю, ваше сиятельство, быть ему восприемным отцом; наконец Всевышний Творец, услыша мольбу мою, настоящего мая в 20 день ниспослал мне оного, коему наречено имя Константин. Нынешняя отдаленность ваша от Полтавы и неопределенное время возвращения, лишили меня счастливой минуты и удоволь-

1) Арх. Полт. губ. правл. 1819 г. по описи № 59.

126

ствия предстать лично перед вас, сиятельнейший князь и со слезами умолять принять на себя звание отца восприемного Константина, но твердость обещания моего вперила в меня дух смелободрости, хотя письменно изложить перед вами, сиятельнейший князь, на бумаге четыре года питаемую жадность. И в знак довершения милостей и благодеяний ваших к подчиненному и, может быть, недостойному молю упросить вас, хотя заглядно принять звание на себя восприемного отца Константина. Сим, сиятельнейший князь, успокоится дух мой и мысли четыре года, жаждущие сего, да сбудутся и птенец сей, да понесет в поздние лета память восприемного отца своего и благодетеля, начальника родителя его.

Простите, сиятельнейший князь, дерзновенно подчиненного вашего, который отнимет от вас, при государственных занятиях, несколько секунд на прочтение и уважение глубочайшей просьбы его и выжидать будет милостивого разрешения на внесение в книги имени восприемника Константина. С истинным почтением и неограниченной преданностью счастливым себя почитаю наименоваться вашего сиятельства всенижайший слуга

Григорий Соколов 1).

Мая 22 дня 1833 г.

Князь исполнил желание Соколова. В то время было в обычае просить начальников крестными отцами, которые никогда и не отказывали.

Ода, посвященная Н. Г. Репнину.

Князь Репнин не любил лести, что должен был испытать на себе директор Черниговской гимназии, Петр Левицкий. В декабре 1832 г. он представил кн. Н. Г. Репнину оду, написанную по случаю именин князя (6 декабря) воспитанником дома бедных дворян и гимназии (IV кл.) Василием Лазаревским, вероятно, по внушению директора. Сообщая об этом, директор прибавляет: "сие его высокое чувство (т. е. автора оды) достойно ободрения: юная лира еще несовершенна, но покровительство Вашего Сиятельства, воспламенит дух

1) Арх. полт. губ. правл. 1833 г. по описи № 2.

127

юноша и произрастит счастливые плоды. Препровождая сию оду, к Вашему Сиятельству поручаю себя, учащих и учащихся, высокому покровительству Вашего Сиятельства и с глубочайшим почтением до конца дней моих, честь имею быть и проч.

Петр Левицкий.

О д а.

Лета, сливайся с летами
В пучину времени текут
Мелькнувши веки за веками
На лоне вечности заснут!
Все канет в вечность под луною
Все разнесенется временем в прах
И Хрон с губительной косою
Сотрет земное все в руках.

Сотрет богатство, знатность, силу,
Кедр, мрамор, света чудеса,
И участь всей земли — могила!
А неизменна в Небесах
Одна священна добродетель,
Гремяща в позднейших веках!...
С ней ты живи — наш благодетель
Живи — доколь не в Небесах.

При всходе Феба над водами
Я зрел — богини сей полет
С красноречивыми глазами
В Храм Славы, Славного ведет.
Он взорам горд — но благороден
Лавровы на челе листы
Осанкою велик, но скромен!
Прекрасно грозен — это Ты!...

Подпора Русские Державы!...
Хранитель бедных, сирых, вдов!...
Монаршей соучастник славы!...
Малой России честь, покров.
Фемиды сын — перед зерцалом!...
Белланы брат — с мечом в боях!.
Одушевленной Верой, Славой,
Неправоте, крамоле — страх!...

128

Когда повергший миллионы
Наполеон рассыпал гром.
Царей поколебавши троны
В Россию внес и меч и огнь!..
С Петрополя славян спаситель
Вознес на галлов бурей месть
И задунайских сил рушитель
Переломил гордыни жезл.

И громом злоба пораженна
В гнездо свое ползла змией
А Он — Орел с небес пущенный.
Круша тиранство под пятой
Восставил троны и Державы
Европы; Царству же своему
Изрек ключ благородной славы
Поставив из сердец стену.

Так как Беллерофонт российский
Химеру в сердце поразил
И лишь благословений клики
Он в сердце кротком ощутим!
Но чтоб восстановить спокойство
В странах кипевших мятежом
Радость и счастье и довольство
Герои стали пред царем.

И ты ему известный славой
Приобретенною в боях
И верностью и честью славной
И злу лихому страшный враг
Принял под власть страну Саксонцев
И заступил им короля
И так, благотворно солнце
Заставил всех ты чтить себя!..

Там мужеством и духом кротким
И добродетелью своей
Благословения ты громки
От чуждых состяжал племен!..
Ты осчастливил чужеземцев
По долгу своему, чем мог!..
Но чтобы успокоить сердце
Еще важнейшей помнит долг!..

129

Ты помнил сердцем о отчизне
И к ней любовью пылал
И никакие блага в жизни
На благо Россов не сменял
О князь, царево око правды
Его врагам громова месть!
Ты пресекаешь зла неправду
Девиз твой: верность, слава, честь!..

Беллона лавры собирает
Тебе — на грязное чело!
И смерть бессмертьем увенчает
Которое во след текло
Полвека ты, Россам подвизался
Полвека славе ты служил
Душею своей не изменился
Венец лавровый заслужил!

Когда губитель — страшный голод.
Небесный бич — терзал людей!...
Когда Чернигов, сын твой — город
Счастливый властию твоей,
Терзался лютым сим несчастьем
И в сердце горестно страдал!
Ты, Ты, как Гений благодатный
Душевны язвы врачевал.

Ты лил бальзам успокоенья
И кратости на их сердца!
И многих жизни за спасенье
О Князь! достоин Ты венца
И фебову, поборник храму,
От всех нас, ты благословил
Ты силой благотворной длани
Как талисманом нас покрыл!

Когда враждебная Варшава
Царя полсвета оскорбив
Когда желая тщетной славы
Своих защитников убив
Отчизну кровью обагрили
Сошедшись на яру сечь
Сама свою славу сразила
Об свой переломленный меч!...

130

Царь мудрый, не смирив словами
Велел смирить ее мечом
И ты могучими руками
Махнув невидимым жезлом
Поставил грозную твердыню
Из верных Славянских сынов
И отягчилася гордыня
Счастливых, тяжестью, оков!...

Да будешь долго ты подпорой
Защитою страны родной
И Слава — руку смерти скорой
Да удержит своей рукой!
России сын душою высокой!
Хвалу тебе потомство даст,
И в верный суд времен далеких
Свиток истории предаст!

Усерднейшее приношение ученика Черниговской губ.
гимназии IV класса, воспитанника Василия Лазаревского.

Кн. Репнин, получив эту оду, отправил следующее письмо директору гимназии. Приводим его целиком, оно служит характеристикой князя.

Милостивый Государь мой
Петр Степанович!

Я имел удовольствие получить письмо ваше и приложенную при оном оду, составленную воспитанником IV класса Черниговской гимназии Василием Лазаревским и, видя в сем труде доказательство его усердия ко мне, я покорнейше прошу Вас, Милостивый Государь объявить ему за сие мою благодарность. Но, отдавая справедливость талантам молодого человека, по участью в нем, советовал бы ему не употреблять оных на занятия, имеющие цель лесть начальству, стараться усовершенствовать способности провидением ему дарованным, для пользы отечества, которое его пригрело и дало возможность быть достойным гражданином. С истинным почтением и проч. 1).

Ода была поднесена князю в 1832 году 1).

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1832 г. по описи № 188.

131

Письмо А. Майорова кн. Репнину о кончине Лохвицкого предводителя
Ходолея и о лечении рогатого скота.

Ваше Сиятельство
Милостивый Государь
Князь Николай Григорьевич!

Проезжая через Лохвицу, я нашел всех дворян в унынии, как от потери их маршала Ходолея, так и оттого, что место маршальское достается занять г. Сукову. Дворяне узнали, что я собираюсь, по приезде в Кунашевку, ехать с братом А. В. Кочубеем в Яготин, просили меня подать записку В. С-у, которую при сем имею честь представить, не могши по встретившимся обстоятельствам иметь честь быть в Яготине. В жизнь мою я не видел и первый раз слышу о г. Сукове, следовательно, пристрастие иметь не могу, но слышал о нем столь много, что я обязанностью поставляю присоединиться к дворянам лохвицким и всепокорнейше просить В. С-во удостоить в рассуждение сию записку и не помещать человека, столь запутанного в представители почтенного сословия. Вместе с сим, имею честь представить печатные листки о лечении рогатого скота: способ мною предложенный всегда, где только ему следовали с точностью, не только не останавливал заразу, но и излечал уже зараженных, о чем можете даже удостовериться от поветового лекаря Лохвицкого.

С глубочайшим почтением и проч. Алексей Майоров.

Августа 1827 года.
Батурин.

Видя из письма Вашего Прев-ва, писал Репнин, намерение ваше посетить меня, к сожалению, неисполнившиеся и приемля его, как знак приязни вашей ко мне, я приношу вам М. Г. за оную чувствительнейшую мою благодарность, а также и за доставление выписок о средствах лечения больного скота, которыми я не премину воспользоваться при распоряжениях по сему предмету. Известие о кончине Лохвицкого маршала Ходолея,

132

получил я с прискорбием, зная его с хорошей стороны и, видевши всегда расположенность и уважение к нему дворянства. По возвращении моем в Полтаву, я не оставлю сделать нужные распоряжение о занятии места его. Что же касается до слухов, которые достигли к вам из Лохвицы, то в пояснении оных, скажу вам, как новому здешнему жильцу, что там существуют две партии: одна Маньковская, а другая — Суковская, коим ни одной доверять невозможно. С истинным почтением и проч. 1).

Августа 15. 1829.
Яготин.

Письма о предоставлении места.

В архиве есть не мало писем к князю Репнину о предоставлении места, выдачи пособия и т. п. Для образца таких писем, приведем одно, где некто Смеловский просит о месте, а другое — Черниговского протодьякона о выдаче ему пособия. Кн. Репнин принял участие в положении протодьякона и ходатайствовал о выдаче ему единовременного пособия, хотя забота о духовных лицах и не входила в круг его обязанностей. Письмо протодьякона рисует и материальное положение этого сана в первую четверть прошлого столетия.

Трогательное прошение к кн. Репнину о предоставлении места.

Сиятельнейший князь
Милостивый Государь!

В прошлом 1817 г. удостоился я получить от вашего сиятельства на отзыв мой ответное письмо, что о определении меня к месту незабвенно будет мое прошение. Сия благодетельная незабвенность вашего сиятельства составляет единую надежду будущности моей, потому что о пенсии никакого све-

1) Арх. П. губ. правл. 1829. по описи № 400, л. 78-79. Кто этот Майоров., мы не знаем. В письме М. говорит о Георгие Ивановиче Ходолее, бывшем предводителем с 6 Сент. 1826 г. по 1829 г. На службу X. поступил в 1795 г.; в 1813 г. получил чин 8 класса и за службу орден Влад. 4 ст. Преемником его был С. В. Высоцкий. Таким образом, желание дворян исполнилось.

133

дения не имею, а в поправлении состояния моего, как кажется, все виды удалены. К крайнему, при том прискорбию моему, чем долее в Батурине живу, тем более не обретаю мира в душе моей, особенно, когда объемлет меня туча мрачнейших помышлений, что из числа восьми детей моих, хотя четыре сыновья, по усовершенствовании нужными науками, идут уже по военной служб, но пособий моих не требуют, а в числе четырех дочерей две еще малолетние, которые без состояния, чем могут быть одарены, чем образованы в сем месте, сам не понимаю, не включая тут, что сам не живу, а "истаеваю" подобно в жизни темной и сене смертной. С такими смятениями, непрерывно сражаяся, может и самая твердейшая душа возмущаться, и что предпринять мне более как не обратиться пока на служение? Готов бы посвятить себя и по части партикулярной с занятием по экономическим или по прокураторским делам, в чем чувствую себя хотя с посредственными способностями, но не имею протекций.

Сиятельнейший князь! одно милостивейшее внимание ваше и благотворность к прошениям моим об определении меня к соответственному месту извлечет меня из бездны зол, готовящихся вскоре преследовать меня и которые тем найскорее предварять я должен, чтоб по преклонности лет не допустить себя к тому времени, как трудиться не в силах, а просить стыжусь. Бог и вера в сем положении хотя меня укрепляет; но тут же, пока живу "толците и отверзется" поучает. Облегчите ваше сиятельство грудь, терзающуюся на счет объясненных недоможении моих обыльными воздыханиями, и простите человека, повторениями своими в покровительство ваше повергающегося; крайность много значит, — многим вещам урок: — без оной я не осмелился бы домогательствами затруднять ваше сиятельство.

Пребываю во всеглубочайшим высокопочитанием и неограниченною приверженностью вашего сиятельства, всепокорнейший слуга

Данило Смеловский 1).

м. Батурин.
Марта 17 ч. 1818 г.

1) Арх. Полт. губ. правл. по описи № 157 1818 л. 120-121.

134

Письмо Черниговского протодьякона к кн. Репнину.

Сиятельнейший князь
Высокомилостивый Государь!

Почитая в особе вашего сиятельства единого и единственного счастливой вами области благотворителя, и особенно, требующим благопризрения и помощи теплейшего заступника, осмеливаюсь в нуждах моих прибегнуть к вашему сиятельству, яко известнейшему моему по Бозе чаянию.

В начале истекшего 1821 года отнесенное от архипастыря нашего в святейший синод касательно нужнейшего снабдевания братии нашей черниговских соборян новою прибавкою в жаловании, мнение, обнадеживало и меня, что, по крайней мере с новым годом сим взойдет то наше благотворное солнце, открыется новое благодатнейшее средство к безбеднейшему всякого из нас содержанию, и мне, паче прочих бездомовну, беспомощну, через 23 года в настоящем звании при одном 120 рублевом жалованьи довольно с семейством потерпевшу, преложится скорбь на радость, теснота на широту. Но видно, что Богу угодно еще продлить искушение наше. Приходя же час от часу в зельнейшее лищение, которого описывать не смею, к кому прострю молебный мой глас, да благоупотробне услышан буду.

Сиятельнейший князь!

К тебе, яко благословну и благомощну, возлюбленный тебе страны домовладыке, простираю таково моление, да сотвори имя яко единого от наемник твоих! еще и по днесь неисполнися общее чаяние наше, призри в великом ходатайстве твоем на 23-ю ревность мою единовременным милостивым вознаграждением, подкреплением.

С каковым необходимейшем прошением, повергая купно и себя к благокрасным стопам вашего сиятельства, честь имею быть и пребуду навсегда вашего сиятельства высокомилостивого государя всенижайшим и вернопокорнейшим слугою

135

кафедрального Черниговского собора протодиакон

Иустин Ленин 1).

1822 г. января 20 дня.
Чернигов.

Из переписки кн. Н. Г. Репнина с разными лицами
по разным вопросам.

Письма В. В. Капниста.

В. В. Капнист, известный поэт своего времени (р. 1757†1823), родился в Обуховке, Миргородского уезда, имении, подаренном Капнистам императрицей Елисаветой Петровной. Он был сын бригадира В. П. Капниста, убитого при Грос-Егерсдорфе. Он получил домашнее воспитание, что было в обычае того времени у богатых и знатных помещиков. На 16 году поступил в Измайловский полк, а через три года в 1775 г. перевелся в Преображенский полк. Живя в Петербурге, он сближается в кружке Державина, которому приходился родственником, со многими писателями того времени, Богдановичем, Львовым, Хемницером и др. и под влиянием их написал сатиру "На нравы". Военную службу он скоро оставил и поселился в Обуховке, где предался общественной и литературной деятельности. Наиболее известное его произведение "Ябеда" — это была суровая сатира на судейские нравы конца XVIII века. Служил он миргородским предводителем, был главным надзирателем киевского шелковичного завода, в 1799 г. служил в императорской театральной дирекции. Был директором училищ Полтавской губ. и губернск. предводителем одно трехлетие (1820-1823) См. о нем Горчакова-Москвитянин 1846. ч 4 и 7, Вестник Европы 1823 ч. 133., Отечест. Записки 1824. № 52, Русский Инвалид 1823 № 285, Полтавск. Губернск. Ведомости 1850 № 32, Похвальное слово Писарева-Атеней 1828 ч. 2.

На смерть Капниста Арк. Родзянко — сочинение в прозе и стихах, в Трудах Общества любителей российской словесности 1824. ч. 5, Надгробие гр. Хвостова-Дамский журнал.

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1822 г. по описи № 422. Репнин ходатайствовал о выдаче протодьякону единовременного пособия.

136

1823. ч. 4, О его кончине см. тепло написанные строки его дочери Софьи Васильевны (по мужу Скалон), в Историческ. Вестнике за 1891 г. В архиве мы нашли несколько писем Капниста к кн. Репнину, с которым он был в очень хороших отношениях. Был он дружен с первым малороссийским генерал-губернатором князем А. Б. Куракиным, который просил его составить план и программу для воспитания бедных дворян (см. нашу брошюру "Полтава в начал XIX столетия"); им сочинено и стихотворение на открытие памятника в столетие Полтавской битвы (см. нашу книгу "Полтавская битва и ее памятники".

Помещаемые письма рисуют отношение поэта к Репнину.

Письмо поэта В. В. Капниста.

Милостивый Государь
князь Николай Григорьевич!

Извещают меня, что Ваше Сиятельство сего дня изволите прибыть в Миргород и обратите путь вам не на Гадяч, но на Лохвицу. Это мне тем прискорбнее, что не могу встретить вас в поветовом нашем городе; у Василия Степановича 1) я так занемог, что на силу возвратился в дом и теперь еще оправиться не могу.

Лаская себя твердою надеждою, что Ваше Сиятельство исполните благосклонное обещание ваше и на возвратном пути удостоите навещением вашим преданного вам человека; прошу покорно уведомить меня, в какой день ожидать я вас должен, дабы успел возвратиться к оному от брата моего, у которого на ильин день быть я располагаю. Ее Сиятельство, будет ли сопутствовать с вами? Я имел честь писать к вам третьего дня: изволили получить письмо мое? Желаю искренно, чтобы знаменитая роменская ярмарка понравилась Вашему Сиятельству, но не на долго вас задержала.

Честь имею пребыть с совершенным почтением и душевною преданностью и т. д.2).

Василий Капнист.

1817. июля 17.

1) Попова, владельца Решетиловки, известного деятеля при Потемкине.

2) Арх. Полт. Губ. Правл. по описи № 73 и 481.

137

Письмо В. Капниста кн. Репнину об освобождении псаломщика
от рекрутства.

Милостивый Государь
Князь Николай Григорьевича!

Зная доброе сердце ваше, справедливость и уважение к несчастным, уверен я, что не обременю вас ходатайственною просьбою о ручительнице сего, жене миргородского мещанина Алексея Странишевского, исправляющего в церкви обуховской должности дьячка и взятого в Полтаву для отдачи в рекруты. Жена его в отчаянии прибежала просить моей помощи и вручила мне записку, объясняющую причину отдачи мужа ее в рекруты. Я препровождаю оную вашему сиятельству, ваше человеколюбие побудит вас, конечно, исследовать истину; и не позволит, чтобы бедный был пожертвован за богатого. За истину всего прописанного в прилагаемой записке я не ручаюсь. Но таковые случаи не беспримерны на белом свете, а потому и этот, быть может, справедлив — в одном только могу вас уверить, это в том, что этот человек, по засвидетельствованию священника здешнего, весьма достойного и уважаемого мною, весьма хорошего поведения, а ежели миргородское мещанское общество отдает его в рекруты, как негодяя, то это совершенно несправедливо. Этот несчастный дьячек имеет семейство, которое без него должно по миру пойтить. Ежели, ваше сиятельство, избавите его от этого несчастья, то он усердные за вас молитвы воссылать будет. Истинно он мне весьма жалок; я делаю для него, что могу, отдаю под покров вашего правосудия, и совершенно уверен, что ежели угнетается он несправедливо, то избавление его неминуемо — да поможет вам Бог во всех добрых делах!.. Приложенную записку сообщаю вашему сиятельству единственно для вашего сведения.

Жаль мне несказанно, что я ничего не слышу о вашем сиятельстве, скоро ли вы пуститесь в преднамеренный объезд губернии? Скоро ли будете в моем соседств? Ее сиятельство, которой целую руку, скоро ли предпримет путь, о котором

138

помышляла или приятная, посетившая меня надежда, была одна мечта!..

Я писал к вашему сиятельству через г-на Василенка, он еще не возвратился, не знаю, что тому причиною.

Примите удостоверение душевной моей преданности и пр. 1)

Василий Капнист.

1817 г. апреля 29 дня.
Обуховка.

Милостивый Государь
Князь Николаи Григорьевич!

Вручителя сего, сына моего Ивана отправляю я опять на службу в столицу; покорнейше прошу снабдить его подорожной, по которой бы ему на станциях не делали задержек; чувствительнейше тем обяжете меня, не угодно ли будет поручить ему для доставления писем к приятелям вашим или родным. Я уверен, что есть между ними такие, которые в состоянии покровительствовать сына моего, наипаче доставлении ему выгодного места и для того убедительнейше прошу вас замолвить им о нем доброе слово; великую тем сделаете и мне милость и ему благодеяние. Ласкаю себя, зная ваше ко мне расположение, что вы не отвергнете просьбе моей. Приношу вам чувствительнейшую благодарность за освобождение от постоя дома родственницы Дмитрия Прокофьевича 2). Прошу покорно не позабыть просьбы моей о подписках на журнал г-на Олина, которых вы взяли у меня десяток для раздачи охотникам. Если уже оные розданы, то прошу собранную сумму вручить сыну моему и список подписавшихся для доставления сочинителю журнала. В списке прошу велеть означить местопребывание гг. подписчиков, дабы не было затруднения в доставлений им журнала.

Грустно мне слышать, что вы расположились до января месяца прогостить в Чернигове, я этому даже не доверяю: ибо ее сиятельство сказала мне, что 12 ноября последует открытие нашего института, а я уверен, что вы не отречетесь почтить

1) На письме написано другою рукою "освобожден".

Арх. полт. губ. правл. по описи № 73 л. 303-394.

2) Трощинского, известного деятеля эпохи Екат. II и Алек. I.

139

оный присутствием вашим: без хозяина, мы осиротеем. Пожалуйста, не отвыкайте от нас.

Сделайте милость, уведомите меня, когда его сиятельство, граф Алексей Кириллович 1) намерен выехать из Яготина в Почеп и где он зимовать будет: мне очень хочется побывать у него.

С истинным почтением и душевною преданностью пребуду навсегда М. Г. вашего сиятельства всепокорнейший слуга

Василий Капнист.

1818 г. октября 2 дня.
Обуховка.

Заботы Н. Г. Репнина о казаках.

Письмо И. В. Капниста.

И. В. Капнист, сын поэта (р. 1795†1860) служил в военной службе, затем по министерству юстиции. В 1826 г. миргородский предводитель, а затем был губернским предводителем с 27 апреля 1829 г. по 3 апреля 1842 г., когда был губернатором в Смоленске, а затем переведен губернатором в Москву. Был затем сенатором. Камергер. Скончался в чине тайного советника.

Не посетуйте на меня, почтеннейший благодетель, что я по сие время медлю окончанием возложенного вами на меня поручения; не леность моя тому причиною, но обширность предмета и малая опытность моя в деле, требующем сведений, которых приобрести не имел случая, особенно часть военная совершенно для меня чужда. Я вам много благодарен за дозволение Гайворонскому помогать мне, он много содействует мне и я усерднейше прошу вас продлить еще не одну неделю срок его пребывания. Вы не можете представить себе, сколько встречается новых мыслей при изложении сего предмета и при сем том случае спор мой и возражение Гайворонского небезполезны. Я ожидаю еще военных сведений, необходимых для объяснительной записки. Но между тем позвольте мне испросить разрешения вашего касательно некоторых предметов,

1) Разумовский, отец супруги кн. Репнина, Варвары Алексеевны.

140

которых мы оба разрешить не можем. В замечаниях, вами мне данных, сказано: "все народонаселение делится на 9 частей или полков, в том числе две роты артиллерии, а каждый полк по гражданскому управлению на три части по сему выходит, что обе губернии разделятся, считая в том числе и артиллерийские роты, на 28 частей или округов, то при таковом разделении необходимо должно будет уничтожить два повета; иначе же выйдет большая запутанность между властями. Неудобнее ли было бы разделить всю Малороссию на 10 полков, которые, разделив на три округа каждый, составить 30 округов, что и равняется числу нынешних поветов. К тому же вы полагаете ежегодный набор со ста душ одного, что составит ежегодно 4.450 человек, что составляет третью часть всего войска; мне кажется, что таковой убыли ежегодно произойти не может, то куда будут помещаться излишне набранные люди? мне кажется, что более десятой доли не может быть убыли, но тогда набор будет слишком мал противу ежегодных наборов в других губерниях; и так я полагаю, что лучше бы было умножить число полков, например, положить 12 конных и 3 роты артиллерии — каждый полк разделить на два округа, равно и роты, что и составит 30 округов (число нынешних поветов); полагая же всего вообще войска 15 тыс., а убыль оного 11-я часть, выйдет, что обыкновенный, предполагаемый правительством по новому уставу набор с тысячи три человека, достаточен будет на пополнение ежегодной убыли людей. Всего бы лучше я полагал, не назначая количества набора, ограничиваться ежегодною потребностью, соображая оную с сведениями предварительно собранными о убыли людей. Я не могу еще достоверно сказать, но кажется мне, что предполагаемых вами 3 милл. руб. достаточно будет на содержание 15 тысяч войска, а если бы оных и мало было, то кажется, не грешно бы было присовокупить к оным сумму, собираемую за право свободной продажи вина. Но тогда 15 тыс. составило бы три кавалер. дивизии, а это довольно приманчиво. С другой стороны, я имею в предмете, дабы облегчить казаков во взносе податей, учредить, дабы продовольствие казаками войска, засчитывалось им по

141

справочным ценам в уплату податей. Предмет сей довольно мною обработан и не имеет тех затруднений, которые может быть представляются с первого взгляда. На все сие я испрашиваю вашего разрешения, которое прошу вас приказать кому либо написать под вашу диктовку.

Хотя я сердечно сожалею, что болезнь Ваша не позволила Вам посетить меня, но с другой стороны, я рад был, что Вы отложили поездку свою, ибо погода была так дурна, что, конечно бы усилила боль руки Вашей, а Бог знает, сколько ваше здоровье дорого для пользы родины моей!...

Да укрепится оное на долгое время, это есть искреннейшее желание.

Вашего преданнейшего слуги Ивана Капниста.

17 октября 1831 г.
Кременчуг.

Весьма благодарен вам, любезный друг Иван Васильевич, писал кн. Репнин, за труды ваши по предмету составления проекта о будущем положении казаков. Вы меня сим чрезвычайно облегчите.

На днях получил я от графа Сакена известие, что наши казаки возвращаются на квартиры в Малороссию. Для учинения нужных и не терпящих времени распоряжений по сему предмету, мне необходимо приезд сюда Гайворанского, хотя дня на три. Почему я прошу вас, любезный друг, отпустить его в Полтаву; через него вы пришлите в подробности замечания ваши касательно настоящего занятия вашего, а я через него скажу вам мои на оные мысли. Теперь же не в силах писать, к вам в ответ на некоторые ваши вопросы, сильная боль в руке начинает выводить меня из терпения, так что я не имею почти покоя. Впрочем, я согласен на предположение ваше об умножении числа полков до 12 конных и 3 рот артиллерии и нахожу сие действительным. Почему прошу вас основать на сем ваши заключения и расчеты. При засвидетельствовании искреннего моего почтения Пелагее Егоровне 1), я прошу вас принять с тем вместе уверение в чувствах неизменной к вам дружбы и преданности, с коими имею и пр.

1) Супруга Капниста, урожденная Горленко, внучка войскового товарища И. П. Горленко.

142

Письмо Репнина к Н. Р. Политковскому.

В декабре 1829 года Репнин послал письмо Н. Р. Политковскому, киевскому губернатору, где просил его высказать свой взгляд относительно необходимости закона, разрешающего казакам селиться на помещичьих землях. Ответа Репнин не получил, так как Политковский вскоре скончался (1830 г.).

Милостивый Государь мой
Николай Романович!

Занимаясь делом о малороссийских казаках, мне пришла мысль, что полезно было бы, кажется, предоставить им право переселяться по условиям на помещичьи земли в малороссийских и новороссийских губерниях, применяясь в сем случае к Высочайше утвержденному в 5 день июня нынешнего года мнении Государственного Совета, распубликованного в Указе от 15 июля относительно права купцов, пожалованных восьмиклассными чинами и орденами, водворять на собственных землях их людей, уволенных от помещиков, но никуда не записавшихся и свободных хлебопашцев. Одно, что может казаться сему препятствием, есть ответственность их в податях и рекрутской повинности, но я полагаю оное удалить можно, в первом случае поставив в обязанность помещиков отвечать за исправность взноса податей в казну, с тех казаков, кои на землях их поселяться, а во втором, причислив их к ближайшим казенным селениям; наблюдение же за всем возложить на казенные палаты. Если же сие мое предположение покажется вам удобоисполнительным, то я прошу, Ваше Превосходительство, сообщить мне подробно мнение ваше о сем. С истинным почтением и проч. 1).

14 декабря 1829.

Переписка Н. Г. Репнина с В. Г. Полетикой.

В. Г. Полетика, сын Г. А. Полетики, известного депутата от шляхетства Лубенского полка в Екатерининской комиссии. Учился он в Виленском университете. Детство свое он провел в Петербурге, где его отец был инспектором,

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1829 по описи № 400 л. 102-103.

143

морского шляхетского корпуса. Окончив университет, он поступил в военную службу с чином "капитана Виртембергской армий" (вероятно, купленным). Скоро вышел в отставку и поселился в Роменском уезде, где у него было много деревень; сам же жил в Коровинцах. Помимо должности предводителя Роменского уезда, которую он занимал с 1802-1812 г., он был попечителем роменских богоугодных заведений, о чем и помещается здесь переписка его с кн. Репниным. Скончался он в 1845 г. 80 лет. По удалении от службы, занимался хозяйством и научными работами. Его речи в дворянском собрании 1) об обязанностях выбирающих 2) к избранным судьям и 3) о распределении просвещения напечатаны в Вестнике Европы 1803 ч. 3. № 10 и 13. Кое-что напечатано Воейковым в книге: "Образцовые сочинение в прозе знаменитых древних и новых писателей". Записка его о малороссийском дворянстве (о правах чинов на дворянство) напечатана в Киевск. Старине, 1893. Январь. Это был, несомненно, очень интеллигентный человек. Всю жизнь свою он посвятил на собирание рукописей, редких книг, но, к сожалению, после его смерти все разбрелось по разным рукам. Сын его, служивший в канцелярии кн. Репнина, в начале 50-х годов продал часть рукописей Судиенку, в том числе летописи Велички, Грабянки и Наказ депутатом (изд. Киевской Стариной, а бумаги Судиенком (2 тома материалов). Желание покойного сохранить все бумаги, рукописи, книги в его роде, не исполнилось (о чем он выражал в своем духовном завещании). После его кончины были проданы его имения за долги, а также и многие книги из его библиотеки. Виновником этого, был второй сын его, В. В. Полетики: Из истории южнорусского общества начала XIX века — Киевск. Старина 1893. Январь, где приведен очерк об авторстве известной книги "История Руссов", приписываемая Конисскому. Горленко и другие считают автором этой книги В. Г. Полетику. В этой статье приведены и письма его к А. И. Чепе, тоже, как мы уже говорили, весьма интеллигентном человеке.

1) О роде Полетик см. Лазаревскаго — Отрывки из семейного архива Полетик. Киевск. Стар. 1891, 4.

144

Сиятельнейший князь
Милостивый Государь!

Между двумя слишком миллионами обоего пола подчиненных вам малороссиян, ожидающих, несомненно, от усердных за них вашего сиятельства у престола ходатайств облегчение тяжкой своей участи, при недостатке даже в хлебе насущном, не знаю, удостоите ли вы взглянуть на одного из них, хотя разделяющего со всеми сими соотчичами своими в столь бедственных их положений тяготу и скорбь сердца, но унижаемого только ненаграждением за заслуги свои в чести. Почитая в вашем сиятельстве сии великим только душам свойственные действия, напрягаю по оным и желание моего сердца. Продолжайте, Милостивый Государь так, как начали течение ваше и, защищая и благодетельствуя своих сограждан, успевайте в великих добродетелях и истинных заслугах к отечеству. Благодеяние ваши к согражданам нашим соорудят вам нетленные, но вечные памятники в благодарных сердцах их. Малороссияне найдут в вас своего Клейта, своего Румянцева, великих во брани, но величайших еще для них по благодеяниям своим в мире, внесут имя ваше между незабвенными благотворителями своими в летописи свои и оно вечно жить будет в потомстве их.

Будучи по природе удален от ласкательства и, привыкши одно мерою мерить добродетели и великие дела в малых и великих людях, от чистого сердца и не ласкательно сие к вашему сиятельству пишу. Прослужив всю почти мою жизнь, изнурив душевные и телесные силы для пользы своих сограждан, быв обойден в чинах и награждениях в чести моими сверстниками и младшими меня, я однако со всем тем посвящаю еще в тихом и безмолкном житии, если только оное в состоянии нашем сыскать можно, останки дней и сил моих, как то не безызвестно вашему сиятельству, страждущему человечеству; а награды за службу ожидаю только наконец от столь великодушного и справедливого моего начальника, как ваше сиятельство, имея честь и долг пребыть

145

к нему навсегда с глубочайшим высокопочитанием и беспредельною преданностью, милостивого государя вашего сиятельства нижайший слуга

Василий Полетика.

г. Ромны.
Января 12 д. 1822 г.

На это письмо, кн. Репнин отвечал из С.-Петербурга 7 февраля.

Милостивый Государь мой
Василий Григорьевич!

Имев честь получить отзыв вашего высокоблагородия, приношу вам мою покорнейшую благодарность за лестные в оном изъяснения, коими вы меня почтить изволили.

Принимая в особенное уважение труды и попечение ваши об учреждении в Ромнах богоугодного заведения, я поставлю себе в приятнейшее удовольствие обратить внимание Его Императорского Величества на усердие ваше, коль скоро помянутое заведение совершенно будет устроено. До того же, имею честь быть с истинным почтением и совершенною преданностью милостивый государь мой, вашего высокоблагородия 1).

Полетике был дан чин, о чем его уведомил князь Репнин.

Милостивый Государь мой
Василий Григорьевич!

Поставляя себе за удовольствие поздравить вас с полученным вами чином, уведомляю вас, что по предположению моему, быть скоро в С.-Петербурге, поговорю лично с графом Карлом Васильевичем на счет временного перевода сына вашего ко мне по особым поручениям, с назначением его к вам по должности попечителя роменских богоугодных заведений 2).

С истинным почтением и совершенною преданностью имею честь быть М. Г. мой покорнейший слуга.

19 декабря 1825 г.
Чернигов.

1) Арх. Полт. губ. правл. 1822 г. по описи № 477.

2) Арх. Полт. губ. правл. 1825 г. по описи № 675 л. 165.

146

Письмо В. С. Попова и ответ кн. Репнина.

В. С. Попов (р. 1745†1822) происходил из духовного звания, учился в казанской духовной семинарии. Поступив в военную службу, он обратил на себя внимание кн. Долгорукова-Крымского, у которого был правителем канцелярии. После его смерти, покровителем его был Потемкин, делами которого он заведывал. Вместе с ним, он был под Очаковым, где и получил генеральский чин. После смерти своего покровителя, он был назначен заведующим колыванскими и нерчинскими рудниками, также горным корпусом. При императоре Павле I был президентом камер-коллегии и произведен в тайные советники. По доносу, за приписку чужих крестьян своими, в чем сознался, был предан суду и удален от службы, но вскоре прощен. При императоре Александре I был произведен в действительные тайные советники и назначен членом государственного совета, где впоследствии был председателем департамента гражданских и духовных дел. Это был богатый помещик, получивший при Екатерине II 1860 д. крестьян, м. Решетиловку, в Полтавском уезде. В настоящее время, имение это в чужих руках, а не в роде Поповых. Это был "добрый великий пан", как говорили о нем крестьяне. Он жил великолепно в своем дворце, окруженный великолепным парком. Каждое воскресенье решетиловские крестьяне, а также и соседних деревень, одетые по праздничному, могли гулять в его парке. Здесь им разрешалось качаться на качелях, кататься на шлюпках, на каналах, которыми изрезан был его сад. На главном канале стояла стеклянная будка, в которой играл оркестр роговой музыки, в 40 человек. Разрешались танцы и пение.

По окончании гулянья, некоторые подходили к "панским будынкам" и благодарили радушного хозяина, при чем раздавались им пряники, орехи, и яблоки. (Киев. Старина 1888. 12 135-136 стр.). Он кое-что писал: см. его заметки для рассказов между друзьями — Рус. Арх. 1865 г. 991; письма о татарских родах, там же 1874 г. 11; 138 стр.; его письма

147

к Потемкину — Рус. Арх. 1872 г, 1, 20; из переписки императора Александра I с В. С. Поповым Рус. Арх. 1864, 319, 417. Переписка его с Г. Р. Державиным, 10 писем поэта к нему — Рус. Арх. 1865 г. 349. О Попове см. Брикнера "Потемкин, Григоровича — канцлер Безбородько (сборник импер. истор. общества т. XXVI. 1879 г., дневник Храповицкого, Арх. кн. Воронцова т. XIII стр. 235. Русский Инвалид 1822. № 265, Отечеств. Записки 1822. ч. 12.

Он оставил после себя большую библиотеку; большая часть ее рукописей находится в императорской публичной библиотеке.

Помещаемое письмо и ответ кн. Репнина вызвано разнесшимся слухом о стеснении винокурения в Полтавской губ.

Письмо В. С. Попова к кн. Н. Г. Репнину.

Милостивый Государь мой!
Князь Николай Григорьевич!

Милостивое ваше ко мне расположение столько мне известно и столько я в том уверен самыми опытами, что ни мало не останавливаюсь обременить вашего сиятельства покорнейшею просьбою.

Нас, живущих здесь Малороссиян, несколько встревожило дошедшее сюда известие о некоторых в Малороссии распоряжениях в рассуждении вольной винной продажи. Сказали, будто оные несколько касаются прав помещиков, что не позволено иметь больше известного числа шинков, хотя прежде прибавка и убавка оных зависела от их воли и много другого подобного. Как бы то ни было, позвольте мне ваше сиятельство ласкаться, что Решетиловка, которую вы всегда столько жаловать изволили, удостоится и ныне благодетельного вашего покровительства, которого я и осмеливаюсь испрашивать.

Чувствительно меня обязать изволите благосклонным уведомлением, есть ли что в означенных распоряжениях новое или это одни только толки невразумившихся, я полагаю

На сих днях приехал сюда курьер из Лейбаха, но не привез еще утешительного известия о скором возвращении Государя Императора и мы остаемся в том в полной неизвестности.

148

Я жестоко страдаю от глазной болезни и два уже месяца не могу читать, ни писать, приучаясь диктованию и слушанию. Мало считаю на уверение врачей и боюсь лишиться зрения.

Нас обнадеживает, что вы изволите быть сюда. Дай Бог, чтоб я увидел ваше сиятельство здоровым, спокойным и совершенно довольным; сии суть искреннейшие желания пребывающего с истинным к вам почтением и нелицемерною преданностью вашего сиятельства, милостивый государь мой, покорнейший слуга Василий Попов. Января 17 дня 1821 г. С.-Петербург.

На письмо это кн. Репнин ответил в марте.

Милостивый Государь
Василий Степанович!

Поспешая ответствовать на почтеннейший отзыв вашего высокопревосходительства, приятною обязанностью считал принести вам, милостивый государь, мою покорнейшую благодарность за милостивое благорасположение ваше ко мне.

Дошедшие до вас слухи о стеснительных в Малороссии распоряжениях касательно вольной продажи вина, есть вовсе несправедливы. Распоряжения сии, как ваше высокопревосходительство из прилагаемого при сем списка с данного от меня губернским правлениям предложения, усмотреть изволите, не только не стесняют имеющих законное право на курение и продажу вина, но, напротив ограждают их в том; ибо запрещается пользоваться таковым правом одним только не имеющим дворянского звания и о недозволении иметь более известного числа шинков и приписываемо ничего не было.

Запрещение дворянам развозить выкуриваемое ими вино для продажи оного по казачьим, казенным и помещичьим селениям и по большим дорогам, учинено также к ограждению владельческих выгод, что весьма часто случается, особенно в Полтавской губернии, где из заводов свозят для распродажи вино, а владелец теряет через то существенную пользу в продаже по выгодным ценам собственного своего вина.

149

Что принадлежит до Решетиловки, то дошло до сведения моего, что привоз в оную на площадь из посторонних мест на распродажу вина полезнее для экономии вашей, нежели запрещение оного, то я тогда же приказал земскому комиссару оставить там оптовую продажу вина на том же основании, на каковом прежде оная существовала. Надеюсь, что ваше высокопревосходительство изволите одобрить действия мои по изъясненному предмету и, быв готов служить всегда к пользам вашим по возможности и по праву званию моему предоставленному, имею честь быть, с отличнейшим почтением и особенною преданностью милостивый государь вашего высокопревосходительства и проч.

Марта 8 дня 1821 г.
Чернигов.

Слух о предполагаемом стеснении винокурения был распространен и в Черниговской губернии и кн. Репнин писал Степ. Мих. Шираю и просил его оповестить всех уездных предводителей о ложности этого слуха, о чем он имеет сведения из министерства, где и не предполагают прибегать к каким-либо стеснительным мерам 1).

Письмо Н. С. Мордвинова о распространении гомеопатии.

Граф Н. С. Мордвинов (р. 1754†1854) принадлежит к известным деятелям эпохи Александра I, это был сотрудник Сперанского и один из просвещеннейших людей своего времени. Он был членом государственного совета и председателем департамента экономии. Был президентом вольно-экономического общества. Граф был большим поклонником гомеопатии и очень желал распространения ее, о чем и писал кн. Н. Г. Репнину.

Милостивий Государь
Князь Николай Григорьевич!

Обращая внимание мое на открытый знаменитым медиком Ганеманом 2) способ лечения болезней гомеопатией я видел:

1) Арх. Полт. Губ. Правления 1821 г. по описи № 394. 2) Ганеман жил от 1755 до 1843 года.

150

с одной стороны чрезвычайную для страждущего человечества в сем открытии пользу, а с другой — сильное противоборство к подавлению или, лучше сказать, к уничтожению оного, при самом его возрождении в отечестве нашем и потому, решился в защиту сего спасительного способа лечения напечатать на русском и французском языках взгляд мой на оное, имея одно в предмете: общую пользу. Мне известно, что в Полтавской губернии, вверенной управлению вашего сиятельства, некоторые помещики употребляли гомеопатию для избавления от губительной болезни холеры и имели в том счастливейший успех, почему я и поставил себе за долг препроводить к вашему сиятельству 20 экземпляров на русском языке помянутого сочинения моего. Я уверен, что если бы гомеопатия нашла в себе благоприятство и восприняла повсеместно настоящее свое действие, то, не только послужила бы к сохранению жизни и здоровья в народе, но главнейше в эпидемических болезнях отстранила бы все наводимые на народ ужасы и разные другие препятствия, причиняющие всегда великое расстройство промышленности и торговли.

С истинным почтением и т. д.
Н. Мордвинов.

10 ноября 1831 г.
С.-Петербург.

Милостивый Государь
Николай Семенович!

Позвольте принесть вашему сиятельству искреннейшею мою благодарность за доставленные мне экземпляры сочинения вашего о пользе гомеопатического лечения. Сей новый плод трудов ваших, предпринятых в дни маститой старости, служа каждому достойным подражания примером, являет новое доказательство пламеннейшего усердия и стремление к общей пользе, кои соотчичи ваши привыкли видеть во всех ваших действиях. Присланные вашим сиятельством экземпляры сего сочинения, мною разосланы по Полтавской и Черниговской губерниям но, как я уверен, что многие обращаются с просьбами о гомеопатических крупинках, имевших столь спасительное

151

действие против холеры, то ваше сиятельство чувствительнейше изволили бы сделать мне одолжение доставлением описания способа приготовления оных 1). Примите и проч.

Кн. Репнин.

Письмо кн. Н. Г. Репнина к А. Д. Хрущову.

Александр Дмитриевич Хрущов был богатый помещик Миргородского уезда. Имение его Бакумовка. Скончался в глубокой старости в 1868 г. Был женат на Анне Ивановне Муравьевой-Апостол. Имение это перешло теперь к внукам его, Смагиным. Письмо кн. Репнина вызвано ходившими слухами о присоединении Киевской губернии к Малороссии.

Милостивый Государь мой
Александр Дмитриевич!

Сожалею, что не могу сам писать к вам, любезный друг, с некоторого времени сделался совершенным инвалидом. Продолжающийся до селе ревматизм в руке едва позволяет мне и то с трудом подписываться. При том, мы все теперь на выезде, завтра отправляемся провожать до Яготина сына и дочь, которые едут навестить матушку, незадолго перед сим бывшую на смертном одре. Слухи, дошедшие и до вас о присоединении Киевской губернии к Малороссии несколько вероятно, но я весьма желал бы, чтобы они не сбылись, как по ослаблению уже физических сил моих, так и по обстоятельствам вам не безызвестным. К 6 декабря я возвращусь сюда и рад буду видеть вас в гостях у себя. Верьте искреннейшей дружбе и почтении с коим остаюсь и проч. 2).

Кн. Репнин.

Письмо лохвицкого обывателя, жалеющего о неприбытии князя
в Лохвицу и приглашающего взглянуть на лохвицкие суды и
правосудие.

Сиятельнейший князь М. Г.,
Николай Григорьевич!

С 24 февраля по 2 марта мы ожидали вас в Лохвицу, неудостоивавшуюся ни единожды вашего присутствия. Счастливы некоторые города наши, видевшие вас уже дважды; мы льстились, что вы увидите суды наши, порядки оных — правосудие.

1) Арх. Полт. Губ. Правл. 1832 г. по описи № 2.

2) Арх. Полт. Губ. Правл. 1831 г. по описи № 4.

152

Вы удивитесь, сиятельнейший князь! что ничего не значущий человек осмеливается обращаться к вашему сиятельству, партикулярно и, конечно, дерзость моя велика и достойна строгого выговора, но я надеюсь, что оная прикроется милостью и великодушием столь свойственными высокой особе вашей и как кажется, всей вашей фамилии. Если не ошибаюсь, я знал вашего отца, князя Григория Семеновича в Оренбурге, я рекомендовался ему в Малороссию Демьяном Демьяновичем Оболонским и хотя чин мой был ничтожен и я был ничто иное, как адъютант казанского коменданта генерал-майора Кастеллия, однако же имел счастье пользоваться его милостями — крепость его благоприветливости и снисхождение к низшим суть черты благодетельной души, отличающие его от великого множества вельмож.

Имел я счастье пользоваться милостью предместника вашего, князя Якова Ивановича 1), имел дозволение и счастье писать к нему партикулярно о разных обстоятельствах по поводу важной тяжбы моей с дядей моим, бывшим тогда генеральным судьей в Полтав Богаревым же.

Перед выездом его сиятельства в Петербург, я удостоился получить партикулярное письмо от него с поздравлением на счет окончание тяжбы, по поводу коей я нажил себе весьма завистливых и непримиримых врагов, которые за выездом князя Якова Ивановича из Малороссии, как черная туча на меня обрушилась, для зависти больше или по злости — определить неможно. 8 марта с почтой из Лохвицы я писал вашему сиятельству в одном пакет две жалобы на лохвицкие суды, из коих одна необыкновенная или по крайней мер с давних времен в благоустроенном государстве примера не имеющая, любезно нам правосудие вашего сиятельства мы видели уже примеры, — примеры давно, давно невиданные в Малороссии.

Сиятельнейший князь, вашего сиятельства покорнейший слуга
Василий Богарев.

1817 г. марта 8 дня.

1) Лобанова-Ростовского, второго Малороссийского генерал-губернатора (1808-1816).

2) Арх. Полт. губ. правл. 1817 г. № 73, л. 127. Помета Репнина — оставить без ответа.

153

Письмо директора черниговской гимназии и училищ Черниговской
губернии М. Маркова к кн. Репнину о своей службе.

Сиятельнейший князь
Милостивый Государь!

Ваше Сиятельство, по великодушию своему, в день отбытия из Чернигова соизволили меня спросить, не имею ли я какой надобности. Я их имею и единственно в высоком покровительстве вашего сиятельства вся моя надежда; но уста мои робки к произношению прошений, и я осмеливаюсь в сих строках к милостям вашим взять мое прибежище Вашему сиятельству имел я честь объяснять несчастный ход моей службы. При всех многократных одобрениях и представлениях моих, не благосклонная моя судьба всегда предпоставляет совсем посторонние причины, которые останавливают инстанцию оных, и я, 46 год продолжая службу, и 11 год в настоящем чине, не вижу ни малейшего ободрения оной, кроме как в аттестатах и отзывах начальств моих. Не раз обнадежен я был в производстве, в знаках отличия, даже в исходатайствовании вице-губернаторского места; ибо я прошел должности и губернского прокурора, и советников казенной палаты, и губернского правления: при первой должности уничтожилась губерния, где я служил, при последней будучи и директором училищ, заставлен я был принять которую-нибудь одну, и я, по преимуществу жалованья, избрал последнюю. В ней все мои надежды остаются тщетными, и я, вместо благополучия, вижу себя не столько летами, сколько отчаянием и унынием придавливаемого к могиле, а в глазах своих семейственную толпу в трепете; ибо, ежели я при жизни моей несчастлив в представительстве, где она найдет его по смерти моей? в сем состоянии повергаюсь перед человеколюбием вашего сиятельства и дерзаю всенижайше просить милости в доставлении мне благоволение его сиятельства князя Александра Николаевича о представлении к испрошению мне монаршего пожалования за столь долговременную службу, что близ 50 лет оная продолжается, настоящего моего жалованья в пансион с произвождением первого, пока силы мои позволят мне служить еще.

154

Сим многие, как по ведомостям видно, осчастливлены и некоторые еще с превосходным пансионом против жалованья. Тогда в усугублении последнего и в беззаботности на время увольнения от службы останется только мне и семейству моему воссылать ко всевышнему моление о многолетнем здравии вашего сиятельства, творца нашего благоденствия, при все глубочайшей приверженности и высокопочитании, с коими имею честь быть, сиятельнейший князь, милостивый государь вашего сиятельства нижайш. слугою

Михаил Марков 1).

Февраля 9 д., 1818 г.
Чернигов.

М. Марков очень долго был директором гимназии и училищ Черниговской губернии. Ему кн. Куракин поручил устройство "дома для воспитания бедных дворян" и заботу о подготовке при гимназии семинаристов, предназначаемых для занятия учительских мест в приходских школах 2). Жалованье в пансионе не было зачтено, на его прошении есть надпись: "в марте месяце награжден орденом св. Анны 2 класса", что было вероятно, следствием этого прошения. В прежнее время, в первой половине XIX столетия, часто случалось, что чиновники сами ходатайствовали об их награждении. Марков просил вице-губернаторского места и это не было исключительным явлением. Первый директор Полтавской гимназии Огнев получил после директорства такое место.

И. Фр. Павловский.

1) О Маркове см. Труды Черниговской арх. комиссии (статья Добровольского) и Киев. Старина.

2) См. нашу брошюру: приходские школы в Малороссии и причины их уничтожения.

Highslide JS

К СХЕМАТИЧЕСКОЙ КАРТЕ
распространения древних ограждений в Полтавской губ.

  1. м. Борисполь Переяслав. у.

  2. м. Вороньков Переясл. у.

  3. Круглый городок, урочище по дороги из м. Воронькова в с. Старое.

  4. м. Барышевка Переясл. у.

  5. с. Недра Переясл. у.

  6. с. Демянцы Переясл. у.

  7. г. Переяслав.

  8. Поселок Карань под г. Переяславом.

  9. с. Войнинцы Переясл. у.

10. с. Городище Переясл. у.

11. Уроч. Далалаев городок близ с. Лечмявого Золотон. у.

12. Уроч. Козацкий Рог над Днепром, против г. Канева.

13. м. Бубнов Золотоношского у.

14. Уроч. Городище на р. Супое, близ границы с Черниговской губ.

15. Уроч. Городище на р. Супое, близ с. Фарбованного Пирят. у.

16. Уроч. Городище на р. Супое, близ м. Ташани Переясл. у.

17. м. Песчаное Золотонош. у.

18. Там же Урочище Городище.

19. Уроч. Городище пор. Переводу, близ с. Поддубновки.

20. Город Прилуки.

21. с. Городня Прилук. у.

22. м. Иваница Прилук. у.

23. с. Ряжки Прилук. у.

24. м. Переволочное Прилук. у.

25. м. Варва Лохвицк. у.

26. с. Иваньковцы Прилук. у.

27. м. Сребное Прилук. у.

28. с. Бербеницы Лохвицк. у.

29. с. Милютинцы Пирят. у. (?)

30. г. Пирятин.

31. м. Городище Пирят. у.

32. с. Деймановка Пирят. у.

33. Чернухское лесное городище.

34. Чернухское ограждение позднейшей поры.

35. м. Городище Лохвицкого у.

36. м. Яблонево Лубенск. у.

37. Оржица Лубенского у.

38. с. Липовое Роменского у.

39. с. Медвежье Роменского у.

40. Яровые хутора по р. Сухой Ромен.

41. м. Смелое Роменского у.

42. Лесное городище по р. Хмеловке.

43. Город Ромны.

44. с. Бобрик Ромен. у.

45. Зашт. гор. Глинск Роменск. у.

46. с. Свиридовка Лохв. у.

47. с. Брыси Лохв. у.

48. с. Скоробагатьки Лохвицк. у.

49. г. Лохвица

50. м. Сенча Лохв. у.

51. м. Снетин Лохв. у.

52. с. Окоп Лохв. у.

53. г. Лубны.

54. м. Лукомье Лубен. у.

55. с. Александровка Лубен. у.

56. Урочище Городище при х. Нестеренковом.

57. Урочище Городище пр. Чутовке.

58. м. Вел. Буромка Золотон. у.

59. с. Лящевка Золотон. у.

60. Уроч. Монастырь близ с. Матвеевки Золот. у.

61. Ур. Древние огражд. в уроч. Кизивер Зол. у.

62. м. Жовнин Золотон. у.

63. с. Воинская Гребля Золотон. у.

64. с. Петровка Гадяч. у.

65. Городище Гадское.

66. г. Гадяч.

67. с. Книшевка Гадяч. у.

68. с. Плешивец Гадяч. у.

69. м. Рашевка Гадяч. у.

70. м. Лютенька Гадяч. у.

71. м. Ковалевка Зиньков. у.

72. м. Яреськи Миргор. у.

73. м. Богачка Миргор. у.

74. м. Остапье Хорольск. у.

75. м. Голтва Кобелякск. у.

76. м. Куземин Зиньков. у.

77. с. Бельск Зиньков. у.

78. м. Опошня Зиньков. у.

79. м. Вел. Будища Зиньков.

80. Город Полтава.

81. Сенжаровский городок.

82. м. Сенжары Полтав. у.

83. м. Соколка Кобелякск. у.

84. с. Ряское Константиногр. у.

85. Зашт. гор. Градижск Кременч. у.

86. с. Власовка Кременч. у.

87. г. Кременчуг.

88. м. Келеберда Кременч. у.

89. Уроч. Тахтайка близ м. Переволочной.

90. м. Переволочна Кобелякск. у. 91. м. Кишенка Кобелякск. у.

 

155

О древних городках, городищах и насыпных валах
на территории нынешней Полтавской губ.

ВСТУПЛЕНИЕ.

Обследование вещественных памятников исторического прошлого в Полтавщине приурочено в настоящем сообщении к условным административным границам в зависимости от источника, из которого, главным образом, почерпнуты фактические данные для выяснения означенного вопроса. Главный наш источник — сообщение г.г. корреспондентов — местных любителей старины, сообщивших в 1896-1898 гг. по программе местного Губернского статистического комитета сведения о древних вещественных памятниках на местах, на ряду с другими сведениями, касающимися изучения края в археологическом, историческом и этнографическом отношениях. — Материал по занимающему нас вопросу о древних городках, городищах и валах, собранный таким путем от общего состава корреспондентов в 192 человека, обнявших своими сведениями около половины волостей губернии, пополнен в меру возможности данными нашей Начальной Летописи, освещен указаниями, заключающимися в исторических трудах В. Б. Антоновича и М. С. Грушевского, преимущественно же пополнен данными, почерпнутыми из относящихся к истории левобережной Украины трудов М. А. Максимовича, А. М. Лазаревского, В. Г. Ляскоронского и других исследователей, подготовивших путь для более детального обследования между прочим и пунктов огражденной оседлости в нашем крае во времена давнопрошедшие.

Исходное положение для нашего обследования в силу существующего недостаточного уровня знаний о древних городках и городищах мы поставлены в необходимость взять вне фактического материала, непосредственно относящегося к зани-

156

мающему нас вопросу, и прежде всего обращаемся к разъяснению вопроса общего, — вопроса о том, в какие эпохи могли возникнуть уцелевшие в Полтавском крае древние ограждения и кем, какими народами они могли быть сооружены?

Прямого ответа на эти вопросы напрасно мы искали бы в документальной истории, так как древнейшие ограждения старее истории писанной. Материальная культура на нашей Полтавской территории, как и на всех широтах земного шара, складывалась ранее культуры духовной: возникновение огражденных пунктов для защиты от внешних нападений, следует полагать, задолго предшествовало появлению письменности. Так, и наша Начальная Летопись повествует часто о городах, возникших в долетописный период, при чем весьма характерны подтверждающие высказанное пред этим положение общеизвестные, явно легендарные сказания летописи о происхождении древних городов, как напр. Переяслава и еще более древнего соседнего Киева.

За отсутствием прямых указаний по занимающему нас вопросу о древности и строителях ограждений в Полтавском крае, необходимо хотя бы бегло проследить общие условия исторического процесса на нашей территории и в этих условиях найти отправные пункты для разъяснения намеченного вопроса.

К общим условиям исторического процесса на территории в означенных границах и обратимся. Полтавский край, как известно, входит в состав той определенно установленной историческими изучениями обширной территории, проходящей широкой полосой севернее Черного моря, которая в течение ряда веков служила трактом для передвижения народов из Азии, этой колыбели старого света, в западную Европу. Естественно, что как на этом тракте, так и на территориях сопредельных произошло значительное смешение разнородных племенных элементов, в длинном ряде поколений то неприязненно сталкивавшихся друг с другом, то временами над главенством самого сильного племени объединявшихся, иногда же совсем оставлявших так или иначе обитаемые отдельные местности под напором новой племенной волны, в свою очередь испытывавшей в дальнейшем судьбу пред-

157

шественницы. Столкновения различных племен сменялись, таким образом, большими или меньшими промежутками сравнительно спокойного культурного развития, за которыми снова следовали столкновения и насилия, сопровождавшиеся подчас запустением тех или других местностей на более или менее продолжительное время.

Эта многовековая тревога на пути передвижения разнородных племенных элементов с востока на запад, т. е. на территории, к которой относится и Полтавский край, явилось главнейшим фактором всего исторического процесса на этой территории. — Влияние именно этого фактора сказалось в запоздании на несколько столетий, по сравнению с западом, государственного устройства Руси, начавшего прочно формироваться только с утверждением политической роли Киева в IX веке нашей эры.

Разыскивая самое существенное в той далекой от нашего времени бытовой обстановке, в которой возникали занимающие нас древние ограждения, нельзя не видеть прямой связи между характером процесса в южнорусских степях, с одной стороны, и древними городками и городищами Полтавского края, с другой стороны. Полтавщина точно так же, как и изобилующая городищами и древними городками Киевщина и Черниговщина, в давно прошедшее время представляла собою предстепье, где, в силу географического положения края и его природных условий, вырабатывался свой особый склад жизни насельников этого предстепья.

Если в степи, где в ту далекую пору был возможен лишь кочевой образ жизни, бегство от более сильной враждебной стороны являлось наиболее верным средством избежать опасности, то в предстепьи, где по природным условиям местности, был возможен оседлый образ жизни, представлялась необходимость в сооружении городков для защиты. Прямая связь степи и предстепья по отношению к древним городкам сказывалась в том, что в периоды продолжительных роздыхов кочевые обитатели степей, подчиняясь естественному влечению к культурному развитию, могли выделять из себя элементы, склонные к высшим формам быта. Эта склон-

158

ность и выводила их в более соответствующие потребностям оседлого быта предстепные местности, население которых проходило культурную стадию, требовавшую сооружения городков для защиты от внешних нападений.

Защита здесь являлась необходимою, как от ближайших соседей в пределах предстепья, не выработавших еще в ту раннюю пору гражданственности прочных основ мирного, трудового развития, и потому часто враждовавших между собою, так и от тех степных элементов, которые, предпочитая оставаться в дикой степи, в предстепье искали добычи. Это в свою очередь, умножало число огражденных пунктов и усиливало их ограждение в предстепных местах.

Понятно отсюда то значение городов, какое имели они во времена древние. Города и городки являлись не только центрами всех жизненных интересов той поры, — они, можно сказать, всецело сосредоточивали в себе все эти интересы до полного почти обезличения тянувших к ним территорий. "Что решили города, на том становились и пригороды", по неоднократному выражению нашей Начальной Летописи. Если "пригороды" не имели возможности принимать самостоятельных решений по важным вопросам, то о "землях", о территориях, тянувших к городам, уже не может быть и речи. Правовое положение "древних земель" определенно выражается в терминах языка, этого монументального невещественного памятника исторического прошлого, пережитого народом. Наиболее распространенными терминами для обозначения земель являются выработанные еще в далекое от нас время слова: "область", "волость". Оба эти слова произошли от одного корня, заключающего в себе понятие о предмете обладаемом, поставленном в страдательное положение по отношению к действующей идущей из города власти.

Отдаленное, но прямое последствие многовековой тревоги на южно-русской территорий и связанной с этой тревогой пестроты племенных элементов запечатлено в общераспространенном, относящемся к нашему краю, современном термине Малороссия. "Малая Русь", — термин, который прослеживается в исторических документах уже с XIII века. Старорусский племенной элемент в пределах южно-русских осложнился

159

иноплеменными элементами в такой мере, что уже до XIII века Южная Русь представлялась "Малой" на ряду с Русью "Великой" "Белой", "Червонной" и "Черной" 1).

Как одно из последствий намеченных пред этим в самых общих чертах исторического процесса на южнорусской территории явились также занимающие нас древние городки и городища, сооружение которых вызывалось необходимостью защиты от нападений извне.

Далекая старина древнейших городищ, не поддающаяся хронологическому определению, может быть обозначена лишь по эпохам. В этом отношении весьма характерна занесенная в нашу Начальную Летопись легенда, повествующая о построении Киева братьями Кием, Щеком и Хоривом и указывающая на основание Киева еще в период родового быта. Факт сооружения названного города важен указанием на возможность возникновения вообще городов, между прочим, и на обследуемой здесь территории еще в ту пору, когда основу общественного устройства в Южной Руси составляло родовое начало, т. е. в докняжеский период русской истории.

I. Общий характер древних земляных ограждений в
Южной Руси вообще и на Полтавской территории в
частности.

После изложенных исходных соображений общего характера обратимся непосредственно к древним городкам и городищам в Полтавском крае. Отметим прежде всего черты сходства и различия городков и городищ, руководясь, главным образом, нашим местным материалом. Как древние не существующие уже городки, так и городища, т. е. места былых городов, представляют собою земляные сооружения большей или меньшей массивности, расположенные большею частью на защищенных природою высотах, а также в лесах и на местах островного характера среди болот. Это — пустые древние городки и городища. Но кроме этих пустых, уцелевших до нашего

1) Данные для объяснения различных обозначений Руси приведены в "Трудах XII археологического съезда в Харькове" в докладе "Историческая обстановка формирования старого народного быта в Полтавщине", и в прениях съезда, изложенных в "Известиях XII археологич. съезда, стр. 92-95".

160

времени более или менее в сохранном виде городков и городищ, не малое их число занято современными городскими и сельскими поселениями, где от этих глубоко интересных памятников древности к нашему времени не осталось часто никаких следов, или остались незначительные следы и смутные воспоминания о бывших здесь древних ограждениях. В этом главные черты сходства. Наиболее же заметное различие между древними городками, с одной стороны, и городищами, с другой стороны, заключается в размерах площади, ими занимаемой. Название городков относится обычно к незначительным огражденным площадям, название же городищ приурочивается к огражденным же площадям сравнительно большого размера. В силу такого различия между древними городками и городищами особый интерес представляют современные населенные пункты с названием городищ, как именем собственным. На выдержку отметим здесь пункты, с которыми мы встретимся в последующем изложении. Таковы зашт. гор. Градижск в Кременчугском уезде, м. Городище Лохвицкого уезда (старинный гор. Многа, существовавший с этим именем еще около половины 17 века) близь впадения р. Многи в Удай, м. Городище Пирятинского уезда по р. Сырой Оржице и поселок Городище в Переяславском уезде близ Днепра. Особое значение имеет также обозначение урочища — городища "пустым". Применение к древнему городищу этого последнего определения указывает, правдоподобно, на существование поблизу в той же местности другого городища, занятого под новейшее поселение. Отметим далее общий внешний вид древних городков и городищ. По принятой в современных исторических трудах классификации древних городков и городищ различают 1) правильно-четырехеугольные земляные сооружения, относимые к сравнительно позднему времени, как сооружения, приспособленные к наиболее выгодным условиям действия артиллерии, затем 2) городки и городища, расположенные на высоких крутых косогорах, на высоких пунктах при слиянии рек, на крутизнах, примыкающих к крутым, глубоким ярам, короче, на местах, защищенных самой природой, естественно недоступных с нескольких — двух, трех сто-

161

рон — и затем искусственно огражденных с открытой стороны более или менее сложной системой концентрических земляных насыпей и рвов. — Этот второй тип городищ принято относить к княжеско-дружинному периоду нашей истории. Наконец, 3-м, древнейшим типом городков и городищ, признаются круглые городки и городища, расположенные часто на равнинах, окруженные валом той или иной высоты, а также наружным рвом. Не входя в рассмотрение степени основательности означенной классификации типов древних городков и городищ, мы заметим лишь, что расположенные в лесах и среди болот древние городки и городища Полтавщины стоят вне этой классификации, а в пределах 3-х степенной группировки их в хронологическом отношении, с наибольшею вероятностью могут быть отнесены, как тип, к древнейшим земляным сооружениям.

Древние города и городки, помимо земляных ограждений, защищались деревянными стенами большей или меньшей высоты, сооружаемыми на земляных валах. Отсюда происходит встречающееся в нашей Начальной Летописи выражение "срубить город". В древних городах различались внутренние их части: собственно город или замок и "передгородье", огражденное деревянными палисадами или частоколом (это "остроги" по выражению наших древних актов). — Существует в устах современного население в Полтавщине также относимый к древним ограждениям термин "дытынець" — очевидно "детинец" древне русских городов. Каменных ограждений в древней Руси, по мнению компетентных знатоков этого отдела нашей старины, совсем не было; даже каменные "брамы", т. е. ворота и "вежи" (башни) упоминаются только позже и изредка, как нечто необыкновенное 1).

Переходя к изложению данных о древних городах, городках и городищах в пределах современной Полтавской губ. и не имея возможности датировать эти памятники старины хронологически, в дальнейшем изложении сделаем попытку прийти к некоторым заключениям на основании данных о территориальном распределении древних ограждений в нашем

1) М. Грушевский (Т. 1-й Истории Украины—Руси).

162

крае, а также на основании почерпнутых из сведений гг. корреспондентов данных о топографии и формах этих ограждений. Наш материал о древних ограждениях будем излагать, выдерживая размещение этих памятников старины по рекам, следуя при этом от запада к востоку, соответственно тому, как шло и распространение ограждений по историческим данным. При этом материал наш группируем раздельно по двум источникам наших данных: 1) по Начальной Летописи и другим печатным источникам и 2) по сообщениям гг. корреспондентов, представляющим для настоящего сообщения основной материал и вместе с тем особый интересе.

II. Летописные городки и городища в пределах
Полтавской губернии.

Начальная Летопись (по Ипатскому списку) заключает в себе указание на существование нижеследующих древних ограждений в нашем крае.

1) На р. Трубеже недалеко от впадения его в Днепр Летопись многократно отмечает древнейший на территории современной Полтавщины г. Переяслав, древность которого красноречиво подтверждается натянутостью общеизвестной легенды о происхождении этого города. Рациональное объяснение имени этого города и более или менее точное определение времени его основания, относящегося правдоподобно еще к докняжескому периоду Киевской Руси — задача будущего. Здесь заметим, что в нынешнем Переяславе от древнего города ничего не осталось. Древний Переяслав дотла был разрушен татарским погромом и в XVI в., по документальному свидетельству Литовской Метрики, на старом совершенно пустом городище, называемом Переяславлем, основался новый Переяслав 1). Есть основание полагать, что в близком будущем истекает тысячелетие Переяслава со времени первого упоминания о нем в историческом документе, а именно в договоре Киевского

1) Известия XII арх. съезда, стр. 94.

163

князя Олега с греками, относимом некоторыми исследователями к 904 году, хотя это упоминание Летописи помечено 907 годом 1).

2) На р. Супое Летопись под 1092 г. отмечает город Песочен, продолжателем которого, правдоподобно, является нынешнее м. Песчаное Золот. у. на р. Супое (а не с. Писки Лохв. у., как полагал Погодин, а вслед за ним и составитель замечательной "Памятной книжки Полтавской губернии" П. М. Бодянский). Ясных следов древнего города не сохранилось в нынешнем м. Песчаном, в окрестностях же его есть памятники глубокой старины, — а именно несколько южнее Песчанного есть высокая внушительных размеров насыпь среди болота, куда, по глухому местному преданию, укрывались древние обитатели этой местности в случае не выдержки пред сильным неприятелем. Здесь же на о-ве Рябуховщина есть достопримечательная, несомненно древняя "криница" с "цямринами" (вместо сруба) из сплошного камня (сообщ. корреспондента крестьянина Павла Антоненка).

3-5) По р. Удаю Летописью отмечены а) Прилук — нынешний уездный город Полт. губ., существовавший уже в 1092 г., б) г. Баруч, отмечаемый под 1126 г., правдоподобно, нынешнее м. Барышевка Переясл. у. по р. Трубежу и в) город Серебрянный современное м. Срибне Прилук. у. по р. Лисогору, притоку Удая. Относительно древнего города Прилук, помимо двукратного упоминания в Начальной Летописи о взятии его половцами, не располагаем другими свидетельствами. — Летописный Баручь, название которого сближается с тюркским корнем существующего в нашем языке слова "барыш", по обстоятельному расследованию А. Стороженка, служил центральным огражденным и при том торговым пунктом мирных Торков, периодически живших оседло в Переяславском княжестве в первую половину княжеского периода, а затем, по-видимому обратившихся в туземное оседлое население края. В имени южнорусской Барышевки выражено то же понятие, что в имени северно-русского "Торжка" 2). О Серебрянном Летопись

1) Киевская Старина, 1804 г., № 4, ст. А. Стороженко.

2) Киевская Старина, февраль 1899 г.

164

под 1174 г. упоминает как о пункте, где в означенном году воевали Половцы. — В м. Сребном, Прилук. у. по топографическому описанию Черниговского наместничества А. Шафонского, были остатки старого развалившегося вала 1). Вблизи м. Сребного, по Шафонскому же, находится древняя земляная крепость с площадью свыше 6 десят. Уже в 18 в. место это запахивалось и вал был мало виден. И этот последний пункт может находиться в таком или ином отношении к древнему Серебрянному городку в виду достаточной известности того обстоятельства, что древние пункты оседлости иногда заменялись новыми (б. ч. соседними) пунктами более удобными по изменившимся условиям времени.

Наибольшее число древних городов в пределах Полтавщины разместилось по р. Суле, отмеченной в "Слове о полку Игореве", как порубежная грань Киевской Руси в XII веке со стороны напиравших на Русь диких половецких полчищ.

Так, по р. Суле Летопись отмечает 6) город Римов под 1185 годом, существовавший правдоподобно близ нынешнего города Ромен, в 3 верстах, на низменности в пойме р. Сулы, на месте, где, по Шафонскому, сохранились ясные следы древнего земляного укрепления. Кроме того и в нынешнем нагорном Ромне, по Шафонскому, существовала крепость, обнесенная земляным валом с замком внутри 2). Происхождение этого последнего ограждения относится, правдоподобно, уже к позднейшему казацкому периоду. К истории старинного Ромна находим у М. А. Максимовича любопытное, основанное на документе 1700 года, указание на запустение Ромна в 1-й половине XVII века еще до "кумейского року" (1638) "як город Ромен исходил" по какой-то не обозначенной в документе причине; после чего, однако, через некоторое время он осел вторично, — не известно только, на прежнем ли месте, или на новом. Характерно, что один из жителей возмущавшегося Ромна очутился при впадении Сулы в Днепр "на вольном месте, (т. е. никем не занятом и никому не принадлежавшем), на Ориховце", где устроил "млинок", покинутый им после того,

1) История Переясл. земли В. Ляскоронского стр. 150.

2) История Переяславск. земли В. Ляскор., стр. 147.

165

как сюда дошли вести о том, что Ромен "стал оседати вдруге". Занятое же на Ориховце "место пусто зостало" 1).

7) Древний город Лубны (Лубно по летописи) известен с 1107. Сохранились здесь ясные следы старины лишь со времени Вишневетчицы, центральным пунктом которой под именем гор. Александровка был этот город. Литовская метрика в половине 16 вика отмечает землю "Лубени", которая тогда числилась за г. Каневом, составляя уход, т. е. земельное владение, доход с которого поступал на содержание Каневского замка. Земля "Лубни" занята была в ту пору урожаями. Отсутствие упоминания Литовской метрики об огражденном пункте в этой земле, равно как общий тон люстрации земель, тянувших к укрепленному Каневу, заставляет заключать, что древний город Лубно представлял в половине 16 века пустое городище, как и древний Переяслав.

Далее вниз по р. Суле следует 8) Лукомль (нынешнее м. Лукомье Луб. у.) который, по свидетельству летописи уже 1178 г. представлял собою городище, т. е. пустой город. Этот древний огражденный пункт, обследованный В. Г. Ляскоронским (Киев. Стар., Сент., 1893 г.) расположен в защищенном самой природой месте, а именно между глубокими ярами над обрывом р. Сулы. Лишь с одной западной стороны представлялось нужным для строителей города оградить его валом и рвом, напоминающим по своему виду и характеру, как говорит названный исследователь, древний вал под г. Переяславлем, а также вал под г. Лубнами. Старая крепость невелика, она состоит как бы из двух окруженных валом укреплений тесно примыкающих одно к другому, с едва заметным углублением на границе соприкосновения двух кругов, замыкающих, как кольцом, находящееся в средине пространство. Каждое из укреплений имеет в диаметр не более 150-200 шагов; оби части укрепления примыкают к крутому почти обрывистому берегу р. Сулы. С юго-востока крепость защищена глубокой долиной, на склоне которой видны следы как бы вала и рва, опоясывающих главное укрепление по средине горы; с северной стороны к

1) М. А. Максимовичи т. 1-й стр. 759.

166

крепости, расположенной на трехугольном шпиле примыкает ущелье, по которому пролегает глубокая дорога, ведущая к реке Суле. Счастливо уцелевшие древние ограждения Лукомльского городища восстановляют перед нами тип древнего посульского городка, сооружавшегося, быть может, еще в докняжеский период русской истории, в конце же 12 века, по свидетельству летописи, представлявшего собой "городище", т. е. место прежде существовавшего города.

9) Недалеко от впадения реки Сулы в Днепр находятся следы древнего городка, правдоподобно, Желди, на месте нынешнего м. Жовнина Золотоношского у. В летописи этот город отмечен под 1116 годом. Здесь замечено, что город этот "сруби" (т. е. поставил на валах деревянные стены) Ярополк, сын Владимира Мономаха для того, чтобы поселить здесь жителей далекого города Дрютеска, "взятого им на щит" в княжестве Полоцком во время похода Владимира Мономаха против непокорившегося его власти Смоленского князя Глеба. Следы древнего городка в Жовнине, по сообщению казака М. Е. Пелипенко, представляют собой ограждение на высокой горе в виде полукруга с площадью около 3 дес.; высота ограждающего, местами разрушенного уже вала, 3-4 саж. Этот древний городок местные старожилы обыкновенно называют "Кливятином". Несколько в сторону от этого древнего "Кливятина" местными жителями найдены следы пещеры.

10) Летописный Воин, судя по ходу событий, описываемых в летописи, находился вблизи Переяславля 1), при чем из летописного текста, относящегося к Воиню, однако, не ясно, о городе ли идет речь, или об урочище. По изысканиям Погодина, древний пункт Воин приурочивается к современному поселению Войнинцам вблизи Переяслава, что однако, не доказательно, так как такое допущение обосновано лишь созвучием имен.

11) Близ нынешнего поселения Войнинцы, под самым Переяславом, лежит Карань, другой пункт, упоминаемый в

1) Приде Роман с Половце к Воиню, Всеволод же став у Переяславля, и створи мир с Половце (1079 г. лет. по Ипат. сп., стр. 143).

2) Архив Юго-Зап. России, ч. VII, т. I стр. 101.

167

летописи без обозначения его вида, и составлявший, вероятно, самостоятельное предгородье древнего Переяслава. Здесь находятся остатки древних валов, представляющих целую систему земляных ограждений, игравших роль между прочим при сношениях Переяславских князей с Половцами. Сообщение местного корреспондента об этих валах будет использовано в изложении о валах в пределах Полтавской губернии. Таким образом, Ипатский список Начальной Летописи не позволяет сказать, что либо определенное ни о Воине, ни о Карани, признанных Погодиным древними населенными пунктами Переяславского княжества. Такими же не вполне определенными летописными пунктами являются для нас нижеследующие.

12) Вороница, упоминание о которой найдено Погодиным в древнем списки летописи под 1109 г. и сближенном названным историком с нынешним м. Вороньковым, расположенным недалеко от Днепровского побережья в Переяславском уезде.

13) Таков же Деменск или Деменеск с хронологической датой 1155 г., сближенный тем же историком с нынешним селом Демянцы по р. Альти, несколько выше г. Переяслава.

14) Переволока, неупоминаемая в Ипатском списке и найденная Погодиным в другом летописном варианте под 1092 г. сближается с нынешним мест. Перевалочной Прилукск. у., на р. Удае.

15) Летописный город Варин, с датой 1126 г., сближается Погодиным с нынешним м. Варвой Лохвицк. у., на р. Удае.

16) Древний Полкостен, с датой летописи 1125 г., сближается тем же историком с нынешним с. Повстиным Пирятинского у., на Удае же.

17-18) Такими же не освещаемыми нашими источниками являются Снетин с летописной датой, по Погодину, 1106 г. и Горошин, с датой, 1084 г. С означенными названиями существуют и в настоящее время посульские поселение м. Снетин Лохвицк. у. и м. Горошин Хорольского у.

168

19) Хорол значится в списке Погодина, как город княжеского периода 1), имя это в Ипатском списке летописи мы находим лишь, как название реки 2).

20) Для обозначения точно также реки в нашем летописном источнике находим и название Голта 2). По отношению к этому последнему, однако, в других печатных источниках находим указание на существование на мест нынешнего м. Голты Кобелякского уезда старинного "Голтова", как огражденного пункта 3).

Наконец, 21) Лтава, сближаемая многими исследователями с Полтавой, отмечена в нашем летописном источнике под 1174 годом. Летописный текст не указывает, однако, определенно, что представляла эта Лтава, поселение ли или пользующееся почему-либо известностью урочище. Летопись довольно глухо говорит о Лтаве: "Перееха (Игорь) Вероскол у Лтавы" — вот все свидетельство летописи о занимающем нас пункте.

Данные из других источников о Полтаве будут приведены в последующем положении. Здесь же, заканчивая обозрение собственно летописных данных о древних городках в Полтавщине, отметим в заключение еще два древних огражденных пункта, для приурочения которых к территории мы не имеем определенных данных, а именно:

22) Посечен, упомянутый летописцем под 1095 годом на ряду с древним Прилуком и находившийся, по-видимому вблизи этого последнего, судя по известию летописи об одновременном нападении половцев в означенном пред этим году на оба названные города, и 23) Малотин, сближаемый Погодиным с с. Милютинцами Пирятинского у. по р. Удаю, — сближаемый по-видимому лишь на основании некоторого созвучия имен.

Таким образом, до этого мы проследили прежде всего 11 древних точно датированных в Начальной Летописи огражденных пунктов, следы которых более или менее определенно приурочиваются к современным поселениям, возникшим на местах древних ограждений.

1) Памятная книжка Полтавской губ. М. Бодянского, стр. 7.

2) Летопись но Иптатскому списку стр. 192.

3) Город Кременчуг Ф. Д. Николайчика стр. 10.

169

Пункты эти: Переяслав, Карань и Баручь по р. Трубежу; Песочен — по р. Супою; Прилук и Переволока — по р. Удаю; Серебрянный — по притоку Удая — Лисогору; Римов, Лубно, Лукомль и Желди — по р. Суле.

Менее определенными по неприуроченности к территории являются летописные Воинь, Варин, Малотин, Полкостень и Посечен, следов которых нужно, однако, искать в пределах западной части Полтавщины.

Хронологически неопределенными по отсутствию ясных данных являются отмечаемые в изысканиях Погодина для нашего края, древние городки Вороница на Переяславском поднепровьи, Деменск на Трубеже, Снетин и Горошин — на Суле, Хороль на р. Хороле, Голта при впадении в Псел Хорола и Голтвы и летописная Лтава, правдоподобно — современная наша Полтава.

III. Древние земляные сооружения в Полтавской губ.,
отмеченные в различных печатных источниках,
помимо Начальной Летописи.

Далее следует изложение данных частью о древних, частью о более или менее старинных ограждениях в Полтавском крае, почерпнутых из исторических трудов, относящихся к левобережной Украине.

Над Днепром, по изысканиям М. А. Максимовича, между Леплявым Золотон. у. и Хоцками Переясл. у., в лесу есть большой 4 угольный окоп, валы которого давно заросли большими деревьями. Этот окоп, называемый в народе Далалаевым городком, представляет собой древнюю насыпь для обороны или окрепа.

Такой же окреп представляет собой и другое городище, находящееся на побережье Днепра за м. Леплявым, не доезжая Каневского перевоза через Днепр. Это городище называется "Казацким рогом" 1).

На Днепровском же побережье близ м. Воронькова, по указаниям В. Б. Антоновича, есть круглое городище без имени, а в ¼ версты до 40 курганов, покрытых лесом 2).

1) Максимович, т. 1-й стр. 764.

2) Ляскоронский В. История Переясл. земли, 1 изд., стр. 151.

170

По р. Супою у с. Петровки, на границе. Полтавской губ. с Черниговской, расположено, по рукописным же заметкам В. Б. Антоновича, городище круглой формы среди болота, окружающего его со всех сторон. Возвышающаяся площадь городища, обведенная вокруг валом, занимает 2 десятины. Высота вала внутрь 1-2 арш., наружу 8-12 арш. Насыпь городища из песчаной земли 2).

Заметим попутно, что точно такое же по внешнему виду городище находится по Супою же несколько ниже и также среди болота у с. Фарбованного Пирятинского у. 3) М. Ташань Переясл. у., на Супое по указаниям М. А. Максимовича, еще в 18 веке называлась "городищем". Здесь также среди болота существует высокий, по-видимому, насыпной остров 4).

При впадении Супоя в Днепр, возле Бубновой слободки, есть древнее городище, относящееся по мнению М. А. Максимовича к княжеской эпохе. Внутри городища есть остатки обстеклившейся печной стены. Найдены здесь скелеты, лежавшие головою на юго-запад. Бубновское городище, как полагал названный пред этим наш историк, принадлежит к разряду городищ, служивших некогда жертвенными майданами. Это мнение, насколько нам известно, в дальнейших историко-археологических изысканиях не получило ни подтверждения, ни решительного опровержения. Заслуживает внимание указание названного ученого на существование городищ такого же типа на плато правой стороны Супоя между Глемязовым и Ташанью. Эти городища местными жителями назывались "кугумами" — названием, неслыханным уже и Максимовичем в других местах Украины 5).

По р. Удаю и его притокам в исторических исследованиях, помимо вышеозначенных по Начальной Летописи древних городов, отмечены следующие старинные укрепления различных исторических периодов.

1) История Переясл. земли, В. Ляскоронского, стр. 151.

2) Там же.

3) Сообщение Ф. А. Шихутского.

4) То же.

5) М. А. Максимович, т. 1-й стр. 765.

171

В г. Пирятин земляные укрепления, находящиеся в черте города, известны под названием "замка" 1).

Близ падения р. Многи в Удай на высокой горе, в черте нынешнего м. Городища Лохв. у., по Шафонскому, находится старое земляное укрепление и в нем небольшой замок 1). Здесь существовал в 17 веке город Многа, входивший в состав Вишневетчины 2).

Такое же укрепление, но без замка, отмечено в том же источнике для м. Чернух Лохвицкого у. на р. Многе. Огражденная с двух сторон валом и рвом, с двух же сторон обрывисто спускающаяся к низине часть местечка и теперь местными жителями называется "городом". Предгородье составляет обширная площадь, называемая "майданом" 3). Это Чернухское ограждение сооружено, правдоподобно, не в древности, а в казацкий период истории левобережной Украины, как об этом можно судить по данным Литовской метрики об "уходах", тянувших к Каневскому замку за Днепром в половине 16 века 4).

Близ сс. Иванковец и Дегтярей, по Шафонскому, в 18 в. существовало городище на острове по р. Лисогору с земляным валом и остатками каких-то стен 5).

Близ м. Иваницы, при слиянии речек Иваницы и Смоши, отмечена старинная земляная маленькая крепость с разбросанными вокруг могилами 5).

Возле м. Гродни, по р. Смоши, существует урочище "Городище" с высоким земляным валом, окружностью около 2 верст. На заросшем лесом валу в 18 в. видны были остатки кирпичного строения 5).

На р. Переводе между сс. Николаевской, Погребами и Поддубновкой на островке находится 4-х угольное городище с земляными валами. Здесь, по старинному Прилукскому преданию, был город — Край-город. При этом городище обнаружены

1) История Переяславской земля В. Ляскоронского стр. 149.

2) М. А. Максимович, т. 1-й, стр. 721.

3) Личные наблюдение пишущего.

4) Архив юго-западной России, ч. VII, т. 1-й, стр. 84-87.

5) История Переяславской земли В. Ляскоронского, стр. 149-150.

172

следы каменного моста через р. Перевод по старой дороге из Прилук в Киев. В 4-х угольном городище два выезда. Здесь много черепков простых и поливяных разнообразной массивности и цвета 1).

По р. Оржице, правом притоке Сулы, сохранились следы древних городищ в м.м. Оржице и Яблонове Лубен, у. На месте древнего городка по Оржице же находится нынешнее м. Городище Пирятинского у., своим названием указывающее на существование былого города на его месте.

По р. Ромну в книге Большому Чертежу, или древней карте Российского государства 1627 г., отмечены городки Медвежий и Липовый, расположенные при современных поселениях, носящих эти же названия. По Ромну же, по-видимому в Роменском же уезде расположено и Бациевское городище, довольно значительное по своим размерам 1).

Для р. Сулы наши печатные источники дают ряд древних ограждений.

Относительно сложных, относящихся к различным эпохам, земляных укреплений зашт. г. Глинска по Суле, ниже летописного Римова, находим хотя и подробные, но недостаточно отчетливые указания 1). Этот исторический материал несколько обобщается в сообщениях местных корреспондентов, которые отмечены будут в своем месте.

Г. Лохвица, по Шафонскому, в 18 в. был окружен земляным полуразвалившимся валом 2).

При м. Сенче, по Шафонскому же, существовал в 18 в. старый земляной вал уже развалившийся, с 4 развалившимися воротами, и с особым земляным замком 2). На этом мест существовал старинный, а может быть и древний Синец, хотя и не упомянутый в Начальной Летописи, в которую название городов попадали более или менее случайно. На существование Синца на месте нынешней Сенчи указывает название одной улицы в старейшей части Лохвицы, а именно улицы Синецкой, ведущей в м. Сенчу. Как самая поздняя пора сооружения Лохвицких и Синецких укреплений, может быть намечена первая половина 17 века, т. е. пора Вишневетчины в

1) История Переяславской земли В. Ляскоронского, стр. 149-150.

2) Там же, стр. 147-150.

173

левобережной Украине. Укрепление этой поры могли подновляться и расширяться в позднейшую казацкую пору, с другой же стороны им могли предшествовать более древние городки, эти первоначальные очаги оседлого быта, на местах которых не раз зажигалась и потухала жизнь в долгой и тревожной истории края.

Несколько ниже Лубен, недалеко от впадения р. Слепорода в Сулу, близ с. Александровки существует хорошо сохранившееся городище, именуемое местными жителями "Городок" 1).

Вниз по Суле за отмеченным выше древним Лукомльским городищем следует Буромльское древнее укрепление "Городок", а ниже его отмеченные уже в предшествующем изложении летописный Желди и Войно-Городище Литовской метрики, недалеко от впадения Сулы в Днепр.

На р. Псле в пределах Полтавской губернии по книге Большому Чертежу, т. е. в 17 в. Шафонский отмечает Книшевское городище при с. Книшевке Гадячского у., а также городище Гадское (или Гацкое, Гадячья тож), ниже на 10 верст — Новое городище, затем ниже верст на 7 — Старое городище, а еще ниже — "Мир-городок" 1).

Относительно Книшевского городища, сохранившегося до настоящего времени, у Шафонского отмечено, что городище это представляет древнюю земляную пустую крепость, четверогранную, рвом обнесенную без бастионов, с валом и рвом при узком конце крепости.

Древнее Гадское городище, с именем которого связывается название нынешнего города Гадяча, находилось, по-видимому верстах в 3 выше настоящего города по Пслу же, где видны следы древнего городка. Любопытно — что Гадяч и в настоящее время называется Гадяче, именем среднего рода, по-видимому выражающем то же неясное для нас понятие, какое выражалось некогда в названий "Гадское".

Что касается вышеозначенных городищ Нового и Старого, мы затрудняемся определенно приурочить их к современным поселениям, стесняясь, главным образом, указанными в

1) История Переяславской земли В. Ляскоронского, стр. 146.

174

книг Большому Чертежу расстояниями. Если не считать этих расстояний точными, каковое допущение и возможно по отношению к труду, составлявшемуся в 17 стол. и при том обнимающему огромный район, то место Нового городища может быть отнесено к современному местечку Рашевке, в 18 верстах, где, как увидим ниже, существует урочище "Замок"; местом же Старого городища может быть угол при впадении речки Лютеньки в Псел, в окрестностях м. Лютеньки, отстоящего от Рашевки действительно верст на 7. Для Мир-городка, входившого в цель древних городков, от которых в 17 в. остались безымянные означенные пред этим городища, может быть намечено место единственно близ нынешнего с. Савинец, отстоящего от Лютеньки верст на 10-12, где, по сообщению из Савинец — есть урочище "Степок", а на этом степку могилы — "Святые горы", как называет их местное население. На этом сообщении остановимся при обозрении данных, сообщенных гг. корреспондентами о могилах.

По р. Ворскле в наших источниках для пределов Полтавской губернии, если не считать данных о Скельском городище, для приурочение которого к месту мы не располагаем нужными для этого сведениями, отмечены: огромное городище "глубокой древности" при с. Бельске и м. Куземине Зеньковского уезда и древнее укрепление, точно также называемое городищем, у м. Опошни Зеньковского же уезда, несколько ниже по р. Ворскле.

Под с. Бельском — по Шафонскому — два земляных укрепления; между этими укреплениями — вал, соединяющей их. Длина вала 1½ в., а ширина 450 саж. (?); толщина вала — 4 сажня у подошвы и 1 сажень — вверху; вышина вала 8, а считая ров — 10 и больше сажен. Ров шириною в 2-4 сажня. Видно, что по углам стояла каменная стена с башнями, развалы которых еще сохранялись в 18 в. Попадались здесь железные наконечники стрел. Вторая крепость — на расстоянии 5 верст от первой к северо-востоку, на высоком берегу реки Ворсклы.

На этом мы и прерываем выдержку из Шафонского о Бельском городище, так как дальнейшие подробности опи-

175

сания, приведенного в труде Шафонского, по-видимому без ознакомления с городищем на месте, сбивчивы и запутаны. К этому пункту возвратимся при изложении сообщений о городках и городищах, присланных корреспондентами Губернского статистического комитета.

К Опошнянскому городищу в наших печатных источниках относится лишь глухое упоминание о его существовании.

Остается еще отметить следы старинных, а может быть и древних ограждений при м. Старых Сенжарах Полтавского уезда на Ворскле и затем — на побережьи Днепра, между устьями Псла и Ворсклы при м. Келеберде Кременчуг. у. и при г. Кременчуг, при впадении в Днепр р. Кагамлыка.

Относительно древних ограждений при м. Старых Сенжарах имеются частью косвенные, частью прямые указания. Прямые указания выражаются сообщениями гг. корреспондентов о факте существования ограждений безотносительно к их древности, а также личным осмотром пишущего этих ограждений на месте; древности же ограждений подтверждаются упоминанием о Сенжаровском перевозе в грамоте польского короля 1571 г., а также документальным свидетельством о "звечной дороге" на "врочище Сенжарово" из Крымского Перекопа яловыми полями, т. е. дикою степью 1).

Ограждение при м. Келеберде, старинном Гебердеевом Роге отмечены польским писателем половины 16 века, Михаилом Литвином, свидетельствующим также и об ограждениях при Кременчуге. Некоторые исследователи исторического прошлого левобережной Украины в названном пред этим источнике не видят бесспорных указаний на существование старинных ограждений на Днепровском побережье; но решающее значение, по нашему мнению, в настоящем случае имеют совершенно определенные свидетельства (по отношению к Кременчугу) Эриха Лассоты 1594 г. и Боплана, строителя крепостей на Украине в 20 и 30 годах 17 столетия. Выдерживающий самую строгую критику Лассота в путевых заметках своего "дневника" говорит об остатках "старого Замка" (т. е. укрепления) при Кременчуге, а заслуживающий

1) Киевская Старина 1903 г., апр., стр. 102-103. (Статья А. М. Лазаревского).

176

не меньшего доверия Боплан свидетельствует о нахождении в второй четверти 17 века при Кременчуге "древних развалин" 1).

Этот наш перечень городов и городищ неодинаковой степени древности в административных границах Полтавской губернии обнимет лишь часть названных исторических памятников, существующих в означенных границах.

Мы не имели возможности использовать обширный круг исторических трудов, в которых обронены данные по занимающему нас вопросу. Монография В. Г. Ляскоронского "Переяславская земля" представляет собою тщательно составленный свод данных между прочим и для древних ограждений в левобережной Украине; но при нынешнем положений исторического изучения малых территорий, названный труд далеко не представляет полного свода сведений по этому предмету, теряющихся в разного рода местных изданиях, как напр. епархиальных ведомостях, губернских ведомостях за прежние годы и т. д.

Необходимо заметить, что круг занимающих нас памятников значительно расширился бы, если бы мы вышли из административных границ. Так, для верхнего течения главных рек нашей губернии, за ее административной границей находим целый ряд более или менее древних городищ, значительно восполняющих общую картину древних ограждений на территории южнорусского предстепья. Так, находим указание относительно городищ в бассейне р. Удая при Белой Веже, Самборе и Гиревке в Нежинском уезде Черниг. губ.; по р. Ромну — городище при Красном Колядине и городок у с. Грицевки Конотопского у. той же губернии; по р. Пслу — городища Липецкое, Городецкое, Михайловское, Азацкое и Каменное в Сумском уезде Харьковской губ., а по Ворскле, выше отмеченного пред этим в нашем изложении Скельского городища находим отстоящие друг от друга на сравнительно близком расстоянии городища Немеровское и Кукуево, а в верховье Ворсклы — Хотмыжское городище 2).

1) Ф. Д. Николайчик. Город Кременчуг, стр. 11-29.

2) История Переясл. земли, В. Ляскоронского, стр. 144-145.

177

Таким образом, в тех печатных трудах, относящихся к истории левобережной Украины, какими мы имели возможность пользоваться, есть указание на 37 городков и городищ, из которых о 32 нет упоминания в нашей Начальной Летописи. Не упоминание летописи об этих последних огражденных пунктах в пределах современной Полтавщины, следует полагать, еще не указывает на то, что хотя бы часть этих ограждений не существовала в летописную пору. Насыпные городища среди болота по р. Супою могут относиться к глубочайшей древности. В цепь земляных окрепов по р. Суле могли также входить земляные сооружения очень отдаленной поры, хотя бы например, Лукомльские укрепления, представлявшие в 12 в., по свидетельству летописи, уже "городище"; надпсельские городища, особенно "Мир-городок", переносят мысль в далекую старину, по-видимому — языческую. Древним в 18 в. считалось также единственное по своим огромным размерам Бельское городище, сооруженное, а может быть, достроенное в литовский период нашей истории обитавшим на поворскльи крещеным татарским князем Лексой, выходцем из Золотой Орды (вскоре после битвы литовского великого князя Витовта на Ворскле в 1399 году) 1).

Не имея, однако, достаточных данных для разграничения отмеченных пред этим частью древних, частью старинных ограждений по эпохам, ограничимся кратким обозначением сравнительной численности ограждений, сведения о которых почерпнуты из Начальной летописи и других печатных источников, по системам главных протекающих в губернии рек, заметив при этом, что занимающие нас памятники исторического прошлого края приурочены, главным образом, к приречным высотам и отчасти к речным долинам. По р. р. Трубежу и Алте отмечены 4 ограждения, по р. Супою 5, по р. Удаю и его притокам 12, по р. Суле — 12, по р. Оржице 3, по р. Ромну — 3, по р. Пслу — 4, по р. Ворскле — 5, по Переяславскому побережью Днепра — 4 ограждения. Вне названных пред этим рек на побережьях речных низовий имеем 2 ограждения. С Переяславским Воинем, а также с

1) М. А. Максимович, т. 1-й, стр. 725.

178

летописным Посеченом который остается неприуроченным точным к территории, и Хоролем, существование которого по реке этого же имени представляется, хотя и не вполне доказанным, но вероятным, с этими тремя древними ограждениями общее число этих последних, по использованным в настоящем изложении печатным источникам, определяется 57 ограждениями различных более или менее отдаленных эпох.

IV. Древние ограждения в пределах Полт. губернии,
отмеченные в сообщениях местных корреспондентов —
любителей старины.

Переходим к изложению данных о древних ограждениях в Полтавщине по важнейшему для нас источнику, а именно по сообщениям местных любителей старины.

Из Переяславского Побережья Днепра корреспонденты сообщили о существовании древних ограждений в м. Борисполь и м. Воронькове Переяславского уезда, а также о небольшом круглом городище в 6 верстах от последнего из названных местечек, в юго-восточном направлении.

В южной части м. Борисполя, где церковь Архангела Михаила, по сообщению кр-на А. Ф. Калиты, еще недавно существовал древний высокий вал со рвом шириною саж. 8. Бориспольцы не так давно сравняли этот вал с землею для расширение ярмарочной площади. О части этого вала, достигавшей средины местечка, помнят лишь старожилы. Здесь вал давно уничтожен.

В м. Воронькове старинное земляное укрепление хорошо уцелело. По сообщению казака Ив. Ем. Коновалова, оно расположено на высоком месте, представлявшем некогда полуостров, при котором с северной стороны вливалась в р. Икву безымянная высохшая теперь реченка, оставившая после себя ложбину; с противоположной стороны укрепление примыкает к месту слияния р.р. Млёна и Иквы, представляющему по сравнению с речками значительное озеро, которое почему-то назы-

179

вается "ставом". Укрепление четырехугольное, почти квадратное, с площадью между валами около 6 десят. По своей фигуре укрепление это могло быть принято за укрепление позднейшего, казацкого, напр., типа, но обращающая на себя внимание укромность этого ограждения при средоточии вод, переносит мысль в более отдаленные времена. Характерно также, что в этом ограждении нет промежутков в валах, или ворот. (Чертеж № 1-й).

В 6 верстах от м. Воронькова, по дороге из этого местечка в с. Старое, обратила на себя внимание названного пред этим любителя старины значительная по размерам, с признаками искусственного происхождения долина, заливаемая водой лишь в половодье и принятая им за след громаднейшего озера. Близ этой обширной выемки расположено небольшое круглое площадью в 40 кв. саж. "городище", окруженное высоким валом и затем рвом. К городищу примыкает несколько десятков скученных могил 1). Мы вполне разделяем догадку нашего корреспондента относительно искусственного происхождения замеченной им "долины" возле безымянного древнего городища. Весьма вероятно, что здесь мы имеем следы древней Днепровской бухты, относящейся, быть может, еще к тому периоду русской истории, когда целыми флотилиями снаряжались "руссы" на своих ладьях в Византию. Догадка о том, что в данном случае речь идет о бухте, находит подтверждение в сходстве главных признаков обширной выемки, о которой сообщает И. Е. Коновал, с остатками и следами бухт на нижнем Днепре от времен Запорожских. Круглое городище, ставши на такую точку зрения, целесообразно принять за следы "городка", в котором имела приют стража, охранявшая древнюю Днепровскую флотилию, а могилы за городком — это могильник, по-видимому, непосредственно относящийся к той поре, когда и бухта, и городок были действующими. Эта догадка будет подтверждена или отвергнута первой правильно поставленной раскопкой могильника, который не может не дать более или менее точных хронологических дат. (Чертеж № 2).

1) По-видимому, это то самое городище, которое уже отмечено в предшествующем изложении по данным, извлечен. нами из Истории Переясл. земли В. Ляскоронского см. стр. 15 наст. излож.

180

Сообщение гг. корреспондентов о древних ограждениях на Переяславском побережье Днепра дополним заметкой, что между селами Переясл. у. Хоцками и Комаровкой, на холме, как видно по гипсометрической карте губернии, лежит деревушка Городище, являющаяся очевидно наследницей древнего городка, некогда здесь существовавшего.

О существовании трех древних "городищ" на р. Супое, представляющих собой огромные насыпи среди болота, сообщили сведения народ. учит. Игн. Григ. Демченко из Усовки Переясл. у., местный деятель Ф. А. Шихутский из Пирят. у. и кр-н П. Антоненко из с. Песчаного Золотон. у. Сообщение об этих городищах уже использованы в предшествующем изложении об ограждениях на р. Супое. Огромные насыпные городища среди болот — памятники, нужно думать, очень глубокой старины.

О городищах по притокам р. Удая, а также о Варвинском городке (Лохв. у.) сообщены сведения, которыми также пришлось отчасти воспользоваться в предшествующем изложении. Приводим здесь сообщение гг. корреспондентов в более полном виде.

Воспит. местной дух. семинарии А. В. Михновский из малодевицкой волости Прилук. у. сообщает о "городище", предоставляющем совсем особый тип, на о-в в 32 десят. по р. Переводу, между сс. Николаевкой, Погребами и Поддубновкой Прилук, у. Городище, находящееся на самом высоком пункте о-ва, представляет собой правильный продолговатый четырехугольник, несколько суженный в одну сторону и расширенный в другую. На всех 4 углах городища правильные перерывы валов на 1 саж. в виде дорожек; с боков по длине ограждения по одному входу, один против другого, шириной в 7 саж. каждый. Длина городища по 64 саж. обе стороны, ширина 25 саж. с одной стороны и 32 саж. с другой. Высота вала — аршина 2, ширина — 2 сажня. Характерную особенность ограждения составляет, помимо вышеозначенных угловых перерывов в валах также ров, разделяющий ограждение по его длин на две несколько неровные части. Ров, видимо, обмелел и расширился; теперь его ширина около 7 саж.

181

Признать в отмеченных ограждениях именно древнее городище мы, однако, затрудняемся, так как оно ничем не напоминает ограждения, приспособленного для защиты, или обитания. (Чертеж № 3).

Бесспорно достопримечательными являются следы может быть и не относящегося к древней поре каменного моста через болото, разделяющее остров с городищем от полей с. Поддубновки. Мост в разное время разобран на постройку церквей в 3 окружных селах. Камни представляют собой небольшие глыбы необтесанного песчаника. Кроме "каменного моста", несомненно существовавшего в этой местности, существует урочище на болот, известное под названием "Мале Мостище". Приводим дословно обстоятельное сообщение об этом городище А. В. Михновского.

"Между селами Поддубновкой, Николаевкой и Погребами, на реке Переводе или скорее на болотах, образовавшихся из этой реки, находится остров, значительно возвышающийся над окружающей местностью. По словам местных жителей остров этот заключает в себе 32 десятины пахотной земли, которой владеют крестьяне села Николаевки. Такая величина его и неправильная форма устраняют всякое подозрение в его естественном происхождении, как ни странным кажется это в той крайне ровной и весьма низменной части уезда, где он находится. Остров этот не только не нанесен на карту, но даже та местность, где он находится, нанесена неправильно. Приблизительное расстояние этого острова от Поддубновки — 3 версты, от Николаевки — 2, от Погребов — тоже. На этом острове, на самой его вершине находится окоп или, как называют местные жители, городище.

Городище представляет собой возвышенную площадь, обнесенную рвом и валом. Оно имеет вид трапеции, поперечные стороны которой обращены на север и юг, а продольный на восток и запад. Южная сторона больше северной на 7 сажень, восточная и западная — равны. Северная сторона внутри валов имеет 25 саж. длины, южная — 32 саж.; восточная и западная, которая ближе других подходить к воде имеют по 64 сажн. длины. Эта внутренняя площадь окопа разделена рвом на две неравные части: северную и южную. Ров этот имеет около семи саж. ширины; он обмелел и расширился, как говорят местные жители, от распашки. Расстояние между рвом и северной стороной — 28 саж., между рвом и южной — 30 саж.; длина рва — 30 саж.

Площадь городища обнесена валом около 2-х аршин высотой и 2-х сажень шириной у основания. Во многих местах вал распахан и не имеет такой высоты и ширины. Снаружи вала идет ров около сажня глубины и сажня два ширины. Местами он совсем засыпан. По словам крестьян, владеющих островом, это городище со рвом и валом равно одной десятине.

По всем углам городища сделаны дорожки в сажень ширины, высыпанные в канавах и раскопанные в валах. Они лишают углы крепости острия, делают их закругленными. Кроме четырех угловых входов, в городище ведут еще два большие. Они находятся с восточной и западной стороны городища и ведут как раз в тот ров, который, имея незначительную глубину сравнительно с наружным рвом, разделяет площадь городища на две неравный части. Ширина этих входов равна ширине рва, в который они ведут (7 саж.). Кроме этих входов внутрь городища есть еще дорога, соединяющая обе половины внутренней крепости. Она лежит как раз по середине рва, разделяющего городище.

Остров со всех сторон окружен заросшим камышом и топкими болотами. С восточной стороны этого острова находится полоса, саженей в 5 шириной, чистой воды. Все местные жи-

182

тели единогласно утверждают, что на этом месте был каменный мост. Дно этого моста действительно и теперь еще твердое, утрамбованное; на нем под водой еще и теперь встречаются камни. По свидетельству местных жителей, мост этот был разобран в разное время. Камни его пошли на постройку церквей в окружающих селах: Поддубновке, Николаевке, Погребах. По свидетельству г. Маценка, автора "Прилукщины", камни этого моста на постройку Преображенской церкви г. Прилук (Прилукщина: Ромны, 88 г. стр. 15). Священник с. Поддубновки показывал мне камни в своей усадьбе, взятые из каменного моста. Эти камни представляют собою небольшие глыбы необтесанного песчаника. Мост этот соединял остров с полями с. Поддубновки.

В настоящее время остров соединен гатью с полями с. Николаевки. Западнее этой гати сажнях в пяти от нее, параллельно ей находится полоса чистой воды. Но словам крестьян тут тоже был мост, может быть, современный каменному мосту. Место это и теперь называется: "Мале мостище".

Относительно этой же местности поступило сообщение из села Погребов от народн. учителя П. Н. Павловича, сообщающая о шестивальном городище на возвышенности, примыкающей к болоту. Эта возвышенность, как и отмененное пред этим 4-х угольное городище на острове, примыкает будто бы к притоку р. Перевода, через который вел на Поддубновские поля бывший каменный мост. Сообщение это, однако, настолько неясно, что использовать его представляется невозможным. Ясные же и весьма интересные сведение П. Н. Павловича о робленницах представят ценный материал для изложения о валах и майданах в Полтавщине.

По р. Лисогору, близ Иванковец Прилук. у., как сообщает казак К. П. Михалко, на острове Рудьковом есть городище, известное под названием "Детинца". По-видимому это то самое городище, которое уже отмечено в предшествующем изложении по данным из печатных источников, как городище с земляным валом и остатками каких-то стен, о которых располагал сведениями Шафонский в 18 веке.

Для окрестностей нынешнего м. Сребного Прилукск. у., по р. Лисогору, имеется сообщение казака Ив. Сид. Хрипка, отмечающего в Сребрянской даче урочище "Городище" на земле гр. Мусин-Пушкиной. Местность высокая, круто спускающаяся к болоту; с северной стороны глубокое провалье. Среди местных жителей держится предание о существовании в этой местности "подземных ходов", или пещер, относимых к существовавшему некогда здесь старинному монастырю.

Для категорического сближения этого городища с летописным Серебрянным нет бесспорных оснований. Быть может,

183

следами древнего Серебрянного являются т остатки валов в самом местечке Сребном, которые по данным 18 в. отмечены у Шафонского.

Несколько в сторону р. Смоши, верстах в 4 от с. Ряжек в западном направлении, есть "насыпное городище" в лесистой местности, как об этом сообщает кр-н Д. К. Осадченко 1).

О старинном городке над р. Удаем в м. Варве Лохвицкого у. сообщает казак Л. Ив. Федоренко. Одну сторону этого городка, упомянутого уже в предшествующем изложении, составляет берег р. Удая на протяжении 300 саж., а 3 стороны — земляной вал; одна сторона его тянется приблизительно на 350 саж., другая — на 250, а третья, противоположная Удаю — на 200 саж. Площадь городка с валами занимает, таким образом, свыше 20 дес. Городок этот по своему типу, вряд ли может быть признан за остаток летописного Варина, или вообще какого-либо древнего города. Как и старинный "город" Чернухский на притоке Удая р. Многе, Варвинский городок, правдоподобно, следует относить к казацкому периоду, т. е. не глубже 17 века.

На других притоках р. Сулы, с правой ее стороны, корреспондентами отмечены два городища на р. Ромне, одно на р. Хмеловке, одно на р. Бышке и одно на р. Сухой Лохвице.

На р. Ромне, при с. Великих Бубнах, Роменск. у., как сообщает казак А. Л. Саливон, есть городище, расположенное на пустопорожнем ровном месте между лесами; занимает площадь до 3 десятин (на общественной земле).

При с. Медвежем, Ромен, у., на горе близ впадения в р. Ромен р. Галки, по сообщению казака И. М. Семича, есть место, называемое "городищем"; оно окружено валом, следы которого еще сохранились. Часть городища отошла под кладбище, часть — служит выгоном.

По речке Хмеловке в лесистой местности между сс. Басовкой и Будками, Ромен, у., как сообщает нар. учитель С. Ф. Карбаненко, есть "городище" с хорошо сохранившимися валами. По глухому преданию, это укромное место, в случаях

1) В м. Иванице Прилук. у., есть остатки укреплений при слиянии двух речек. По сообщению свящ. А. П. Федоровского, это следы сооружения, выполненного в конце 18 века премьер-майором Ив. Андр. Горленком.

184

тревоги, служило складом ценных пожитков для жителей города Ромна и других соседних поселений.

В статистическом описании Роменского у. находим упоминание о существовании городища у Яровых хуторов, — поселении, занимающем над р. Сухим-Ромном самый высокий пункт в уезде.

В м. Смелом, Ромен, у., по сообщению народного учителя И. И. Шкумата, часть местечка издавна называется "городом". Этот старинный город, расположенный на ровном месте, окружен валом со всех 4-х сторон. Местами вал уже срыт, но если восстановить по оставшимся следам его протяжение, то это старинное земляное сооружение представит правильный 4-х угольник, около 249 саж. в длину и около 126 саж. в ширину, т. е. с площадью около 13 десят. В настоящее время средняя часть городка занята торговой площадью, большая же часть занята усадьбами с улицами и переулками. По преданию, в городке когда-то существовал монастырь, в бывшей черте которого теперь бывают часто провалы на местах "лёхов". Провалы эти прежнее время принимались за указание на существование здесь подземных ходов; обследование же местных смельчаков показало, что это обыкновенные большие погреба.

Близ с. Бербениц, Лохвицк. у., по сообщению крестьянина М. Г. Васьковского, в лесу, на недалеком расстоянии от р. Сухой Лохвицы, по Лохвицко-Прилукской дороге, есть древний "окоп", занимающий около ½ десят., с высокими и широкими валами, поросшими лесом. Местные жители окоп этот часто называют также "городищем".

Такого же типа древний окоп, как это известно пишущему из непосредственных наблюдений, существует в лесистой же местности близ м. Чернух Лохвицкого уезда. По своим размерам Чернухский окоп во много раз больше Бербеницкого, — площадь его, недоступная для измерения в силу того, что густой лес покрывает и валы, и внутреннюю площадь окопа, занимает по-видимому не менее 5 дес. Окоп этот, огражденный кроме огромных валов и наружным рвом, известен в народе под названием "Пустого городища". Расположено городище на склоне высокой равнины к разлогой

185

живописной долине, богатой и теперь ключевой водой. Выразительный вид городища запечатлелся в народных устах бродячими преданиями о провалившемся на этом месте древнем городе и т. д.

Для древних ограждений по р. Суле сообщение корреспондентов отличаются значительной полнотой.

О древних сооружениях зашт. гор. Глинска сообщены сведения протоиереем Г. С. Шкляревским и запасным писарем из казаков В. И. Качаном. "Большой" Глинский замок высится на крутой горе, у подножья которой в р. Сулу впадает приток ее Мухавец. Вход в замок — с севера. С западной стороны замка в прежнее время были заметны следы подземных ходов. Существование их в настоящее время подтверждается провалами. Глубина провалов достигает 5 саженей. От провала же образовалась и западина на ровной поверхности замка. С южной стороны этого замка к нему примыкает второй продолговатый, представляющий собой высокий вал с окопом. Несколько в стороне от замка в западной части Глинска по р. Локни, есть земляная крепость круглой формы, именуемая "городищем". В прежнее время здесь находили стрелы. Это краткое извлечение из сообщений названных корреспондентов дополним сведениями из старинного описания Шафонского, сообщающего, что представляли собой Глинские твердыни в 18 веке. В обоих концах земляного вала, простирающегося на 259 саж. в длину, стояли две маленькие крепостцы на подобие цитаделей, соединяющихся означенным валом; крепостцы были окружены рвом с небольшим валом. Эти крепостцы, лежащие высоко, командовали над городом и над всеми местами по р. Суле. К крепостце, лежащей вниз по Суле, примыкали с двух сторон два глубокие яра, в другой крепостце, стоящей вверх по Суле, были две больших насыпи 1). Глинские укрепления, относящиеся, по всем ведомостям, не к одной эпохе, настолько сложны, что могли бы составить предмет особого обследование их.

Верст на 15 ниже г. Глинска по р. Суле, на высоком выступе правого ее берега, над х. Отрадою у с. Свиридовки

1) История Переяславской земли В. Ляскоронского стр. 148.

186

Лохвицк. у. находится городище, почему-то в памяти населения связываемое с именем Мазепы: местные жители называют его "Мазепиным". Происхождение его несомненно древнее конца 17 и начала 18 столетия, когда жил и действовал названный украинский Гетман. Городище эта представляет характерный обращик древнего городища, с 3-х сторон недоступного по природным условиям и огражденного валом лишь с одной западной стороны. Показателем древности этого городища является название другого древнего укрепления на смежной горе: оно носит название "детинца".

В м. Сенче Лохв. у. по р. Суле, на горе, около Успенской церкви, уцелел "замок", окруженный валами, как об этом сообщает казак А. В. Литвиненко. Это остаток земляных сооружений старинного "Синца", отмеченного в предшествующем изложении по печатным источникам.

Относительно древнего Лукомльского городища над Сулой в Лубенском у. сообщены обстоятельные сведение псаломщиком Д. С. Базилевским. Содержание этого сообщения в части касающейся "городища", ничего существенного не прибавляет к сказанному нами об этом памятнике старины по данным В. Г. Ляскоронского.

О характерном безымянном древнем гордке над обрывом к реке Суле в Лубенском у., близ границы с Хорольским и Золотоношским уездами при х. Нестеренковом, в 1 в. от с. Старого-Калкаева, сообщает дворянин Т. М. Божинский-Божко. Городище представляет почти правильный полукруг при радиусе в 45 саж. С наружной стороны к валу примыкает ров. На некотором расстоянии от этого наружного рва городок огражден другой линией вала. В обоих валах на средине одного и другого полукругов наблюдаются перерывы, служившие правдоподобно для входа и проезда в городок. Чертеж № 4.

Такого же вида древний городок, по сообщению того же корреспондента, находится при с. Чутовке Лубен,. у. над Сулой же.

Выдающийся интерес представляет сообщение крестьянина Н. О. Гермаша о "Городке" и других земляных сооружениях при м. Буромке Золотон. у. "Городок" расположен на

187

высоком холме, отделенном от нагорной правой стороны р. Сулы нешироким промежутком. Окружность этого удлиненного холма около 1½ в., бока очень крутые, — менее 45 градусов; площадь же городка совершенно ровная и ограждена вокруг валом и рвом, в иных местах двойным. Городок представляет три части: 1) с западного края — круглый обнесенный валом окоп площадью в ¼ десятины, 2) к этому окопу примыкает другой, точно также обнесенный валом, с площадью около ¾ десят. и 3) остальная самая обширная, в несколько десятин, часть городка.

Кроме городка, возвышающегося на Буромском лугу, в черте села есть также выразительные следы старинных земляных сооружений. На выступе горы правого берега Сулы в том месте, где река Буромка изливает скудные теперь воды свои в Польскую долину, сохранилось круглое земляное ограждение вокруг церковного погоста, существовавшее, как видно из церковных документов, еще до постройки здесь церкви в 1769 году. — Весь выступ, на краю которого поместилась означенная пред этим круглая крепостца, доступен лишь с одной северной стороны, так как на восток в сторону Сулы обрывается почти отвесной стеной, на юг круто спускается к посульскому лугу, а на запад примыкает к яру, которым течет р. Буромка. Следов возможного ограждение валом и рвом этого выступа с северной стороны не сохранилось в черте Вуромки, одного из старейших поселений в Золотоношском уезде. Есть здесь следы и давнего поселения, живым напоминанием о котором является название урочища "Селыще", точнее "Яр на Селыщи", находящийся на недалеком расстоянии от описанного пред этим древнего городка. — Чертеж № 5.

Что-то неясное запечатлено в названии урочища "Жидивски ровы". Это не длинные, но широкие и глубокие канавы (их две — длиною 10 — 20 саж.), вырытые на лугу под прямым углом в руслу Сулы.

Почти такой окоп, как на Буромском городке, по сообщению внимательного любителя нашей старины, описавшего Буромские ограждения, есть в соседнем селе Лящовке на горе,

188

в урочище "Городище". Более подробными сведениями об этом городище мы не располагаем.

Далее вниз по Суле следуют замечательные Матвеевские древние земляные ограждения, о которых сообщил сведения казак Г. Г. Мовчан.

На расстоянии 1 в. от с. Матвеевки, на высоте правого берега р. Сулы, над самым обрывом к реке, сажень в 20, находится урочище, носящее загадочное название "Кизивер". Кизивер представляет довольно сложное и по-видимому уже потерпевшее от времени ограждение земляными валами, единственное в ряду многочисленных ограждений, о которых сообщены сведения и с которыми приходилось нам так или иначе ознакомляться. Отчетливое представление об ограждениях "Кизивера" может дать только чертеж, кстати весьма отчетливо представленный названным корреспондентом. — Не умея вскрыть то понятие, которое выражено в названий "Кизивер", слове, по-видимому, тюркского корня, отметим здесь примыкающее к Кизиверу и отдаленное от него выступом между двумя оврагами круглое земляное ограждение диаметром в 23-25 саж. с добавочным сравнительно небольшим ограждением в сторону степи; с западной стороны обычные перерывы в валах — для ворот. Местное население называет это ограждение урочищем "Монастырем", но в памяти населения нет даже глухих намеков для обозначения времени, когда здесь мог бы существовать монастырь. Долина валов "Кизивера" и урочища "Монастырь" показана на чертеже, высота же валов, к сожаленью, не обозначена.

Севернее "Монастыря" за оврагом, как сообщает Г. Т. Мовчан, открыто старое кладбище. Кладбище ли это более или менее позднего происхождения, или древний могильник, — вопрос этот еще ждет разъяснения. Чертеж № 6.

Для земляных ограждений, летописного Желдина, приурочиваемого к м. Жовнино, располагаем сообщениями двух корреспондентов: полкового фельдшера С. А. Пшеничного и фейерверкера М. Е. Пелипенка, в существенных чертах уже использованными в предшествующем изложении. Остается добавить, что Жовнинский городок, называемый в настоящее

189

время "Кливятином", по характеру ограждений повторяет отмеченный пред этим "городок" при х. Нестеренковом, близ Старого Калкаева. Чертеж № 7.

При самом впадении р. Сулы в Днепр, по сообщению свящ. И. И. Дужского, вблизи деревушки Воинской Гребли, на ровном месте находятся следы хорошо сохранившейся земляной крепости в виде подковы, обращенной открытой стороной к реке Суле, протекающей всего на расстоянии саж. 20. О площади укрепления, равно как и о высоте валов сведений не сообщено. Название "Воинского городища", отмеченного в Литовской метрике в половине 16 века, напрашивается на сближение с древним "Воинем", неоднократно упоминаемым в Начальной Летописи. Чертеж № 8.

Весьма существенным является сообщение из Жовнина о вале с сопровождающим его рвом, который тянется с незначительными перерывами по высокому правому берегу Сулы, начиная от границы Лубенского уезда (собственно от городища при х. Нестеренковом) через Мохнач, Великую Буромку, Лящевку, Матвеевку, Клищенцы, Жовнин до Воинской Гребли, при устье р. Сулы, и затем после поворота в западном направлении тянется по-над Днепром мимо Лялинец и Гусиного вполне явственно верст на 10, как сообщает об этом из с. Гусиного запасный солд. М. Д. Шпотаков. Это ограждение валом, простирающееся по-над Сулою на расстоянии не менее 30 верст мы отмечаем здесь, как имеющее, быть может, прямое отношение к густой цепи означенных пред этим древних земляных сооружений по правому берегу Сулы от границы Лубенского уезда и почти до устья названной реки. Крайне любопытно, но вместе с тем и не ясно назначение вала на низменном берегу Днепра, тем более, что вал здесь, дойдя до "Старицы", т. е. до прежнего русла Днепра, переходит на другую его сторону и, огибая дугой значительное (на несколько верст) протяжение этого старого русла, снова его пересекает и продолжается далее на запад. Обращают на себя внимание также более или менее значительные остатки валов на несколько десятков верст западнее Гусиного, за которым 10-верстный надднепровский вал прерывается.

190

Общее, по возможности систематическое обозрение валов, по данным корреспондентов, представлено будет в другом месте. В настоящем изложении мы отметили лишь факт существования здесь валов, как восполнение общей картины, представляемой выразительными древними городками и городищами на нижней Суле.

Наиболее полные сведения о посульских надднепровских валах сообщены уже названным пред этим Жовнинским корреспондентом М. Е. Пелипенком, выдающимся любителем родной старины. Об этом можно судить по факту на редкость отчетливого знания его своей родословной, сообщенной по другому вопросу данной программы, намечавшей изучение края местными силами. Вот что сообщает М. Е. Пелипенко: "отец мой Евдоким родился в 1826 г. от Артемия, Артемий родился в 800 году от Якова, Яков родился от Никифора, Никифор — от Кассиана, Кассиан родился от Филиппа, Филипп пришел из Польши со многими другими православными и поселился в Кливятине (Жовнине). Полагая 100 лет на 3 поколения, появление из-за Днепра в Нижней Суле Филиппа, положившего основание роду Пелипенков, относится приблизительно к последней четверти 17 в., т. е. ко времени, когда право-бережная Украйна обращалась в запустение вследствие "Руины".

Относительно древних ограждений по р. Хоролу мы располагаем лишь одним сообщением нар. учителя И. П. Чайки о городище, расположенном в лесу над р. Хоролом, близ с. Разбишевки Гадячского уезда, по дороге в с. Разбишевку. Часть этого безымянного городища уже обрушилась в реку.

По сообщению из с. Сергеевки свящ. Г. М. Никифорова, в этом городище, представляющем собой котловину, найдены связка железных наконечников пик и каменная "большущая" люлька (трубка для курения). Последний предмет старины сближает обитателей этого древнего ограждениея с низовьями Днепра.

По р. Пслу в с. Плешивце Гадячского у., как сообщает внимательно обследовавший все побережье Псла от с. Каменного Харьк. губ. и до Гадяча названный пред этим И. Л. Чайка,

191

в усадьбе И. В. Еллинского на природном выступе в надпсельскую долину есть искусственная насыпь со следами ходов под землей. В одном месте обнаружен кирпич, связанный очень крепким составом. По преданию, здесь были какие-то подвалы.

Несколько ниже с. Плешивца, около с. Книшевки над Пслом находится "городище", занимающее, по сообщению того же И. П. Чайки, площадь около 10 дес, обнесенных валом в виде 4-угольника. "Здесь нередко находят круглые, в волоский орех величиной, черепьяные вещицы с маленькой сквозноюй дырочкой". Последнее сообщение касается, по-видимому, грузил, указывающих на занятие рыболовством древних обитателей городища.

Находящиеся ниже по р. Пслу древние ограждения "Гацкаго" следует отличать от укреплений нынешнего Гадяча, выше которого по р. Пслу наблюдаются остатки древнего укрепления круглой формы.

В м. Рашевке Гадячского у. по р. Пслу, как сообщает свящ. М. С. Косяченко, в усадьбе купца Кожушко есть высокое место, которое называлось в старину "замком". — Одно это название только и осталось от "Нового городища", известного Шафонскому по данным 18 века.

При впадении в р. Псел правого его притока Хорола, и левого р. Голтвы высоко поднимается вверх знаменитая Шар-гора в м. Голтве Кобелякского уезда, со следами древних ограждений, о котором сообщают сведения казаки П. Д. Хохуля и А. И. Пивоваренко. Шар-гора это крайний пункт длинного и узкого выступа высокого плато с правой стороны Псла и Хорола, заградившего в этом мест течение Псла, который круто поворачивает здесь на восток и, образовав крутую же дугу, снова продолжает прежнее свое направление на юго-запад. На высоком шаровидном крайнем пункте длинного узкого выступа, огибаемого р. Пслом, уцелело до нашего времени ограждение валом лишь с северной и восточной сторон. Рядом с этой шаровидной горой в западном направлении возвышается другая гора с хорошо сохранившимися остатками небольшого земляного укрепления позднейшего происхождения,

192

по-видимому, приспособленного к действию артиллерии 1). Эти две горы разделяет плоская, лишенная растительности равнина, известная под названием лысой горы. Правдоподобным представляется допущение, что верхние пласты горы в этом месте сняты, если не для насыпи отмеченного вала, то для насыпки двух огромных могил, расположенных на самых высоких пунктах смежных гор. Остальные подробности сообщений названных корреспондентов об этой местности, выгоды которой в смысле защиты могли быть оценены в самой глубокой древности, довольно отчетливо представлены на чертеже, старательно выполненном Хохулей [Чертеж № 9]. Отметим здесь сообщение названного корреспондента о следах пещер в нескольких пунктах Шар-горы, представляющих собой, быть может, сооружение древнейшего пещерного периода человеческого существования на обследуемой территории, а также отметим существование огромного камня, который, по всем видимостям, занесен сюда со стороны, так как местных каменных пород здесь нет на далекую окрестность. Глубокая древность выразительно запечатлена на Голтвянских горах, величественный вид и дикая красота которых оценены еще теми могучими обитателями наших степей, над которыми насыпаны две означенные перед этим могилы, по одной на каждой из двух гор.

В м. Ковалевке Зеньковского у., по р. Ташани, близ впадения в реку Псел, сохранились воспоминания о наименовании старейшей части этого поселения "городком", как сообщает об этом местный свящ. о. П. Богаевский. О следах древности в этой местности ничего не сообщено. Тревожная жизнь сравнительно позднего времени выражается в тех кладах (серебряных и медных денег в горшках), случаев находки которых, по сообщению корреспондента, было несколько в этой местности.

Переходим к изложению сообщенных корреспондентами сведений о древних ограждениях по р. Ворскле в пределах Полтавщины, а именно: о колоссальных ограждениях м. Куземина и с. Бельска Зеньковского у., о древнем городище возле м. Опошни и о подземных ходах, тоже своего рода ограж-

1) На Голтвянской горе казацкий гетман Остряница, как известно из истор. источников, выдерживал бой с польским войском незадолго перед "Хмельниччиной".

193

дениях, в м. В.-Будищах Зеньковского уезда, о. подземных же ходах в г. Полтаве, о древнем городке близ м. Старых-Сенжар.

Нельзя не пожалеть об отсутствии в нашем распоряжении отчетливых данных о древнем земляном ограждении при впадении р. Ворсклы в Днепр близ м. Переволочной, этой древней переволоки через Днепр 1). Продолжение ее находим по 3-верстной карте генерального штаба на Екатеринославской стороне Днепра в виде протока "Переволок", богатый стариной Мишурин рог. Внимание невольно останавливается на том обстоятельстве, что "Переволок" соединяет Днепр с вовсе еще не исследованными в историческом отношении водными путями и водовместилищами Екатеринославской стороны Днепра.

В м. Куземин Зеньковского уезда, который во второй половине 17 в. именовался городом 2), по сообщению землевлад. Г. П. Миняйлова, помимо общих с Бельском земляных твердынь, есть особый "замок" на урочище "Подоле", на котором не остановил внимание наш корреспондент, в виду преимущественного интереса огромных земляных сооружений, общих для м. Куземина и с. Бельска.

Для грандиозных Бельско-Куземинских земляных сооружений располагаем сведениями двух корреспондентов — земского фельдшера В. П. Шутки и кр-на (полиц. урядника) Г. А. Павлова. Трудно составить отчетливое представлене об этих сложных сооружениях лишь по одним описаниям, без ознакомления с предметом на месте. Поэтому в настоящем изложении отметим лишь наиболее резкие особенности этих сооружений, не имея пока возможности объединить все характерные их частности. Кроме означенного пред этим Куземинского "замка" на "Подоле", здесь существует два огромных древних городища, примыкающих к р. Ворскле и огражденных с западной стороны насыпным валом чрез-

1) Сообщение Н. Т. Левченко лишь о факте существования земляной крепости близ Переволочной слишком лаконично для этого достопримечательного пункта.

2) Очерки из истории колонизации степной окраины Московского Госуд. Д. И. Багалея, стр. 221 Котельва, Оношня и Куземин на основании документ. данных 1654 года именуются Литовскими городами, т. е. городами, входившими в состав Польской Речи Посполитой.

194

вычайной величины и наружным рвом точно также необыкновенно глубоким и широким. Длина наружного, сопровождаемого рвом, вала достигает 30 верст. Высота вала, если принимать в расчет и глубину наружного рва, определяется 7-8 и даже более сажнями (внутрь ограждениея высота вала меньше на глубину наружного рва). Толщина вала в разрезе на местах его перерывов (для сообщения огражденных мест с полем) от 7 до 10 саж. Глубина наружного рва от 6 до 8 арш., а ширина его 20-25 арш.; местами ров сопровождается наружной невысокой насыпью от ½ до 1½ арш. Площадь городища, расположенного на краю террасы, круто спускающейся к реке Ворскле, занимает по определению В. П. Шутки, около 70 десят., при длине вала, ограждающего городище, в 5.383 шага, т. е. свыше 3 верст, если принять шаг за 1 аршин. Другое примыкающее к означенному ограждение расположено на клинообразном возвышении, образовавшемся на месте соединения двух долин (а именно долины, по которой протекала когда-то р. Сухая-Грунь, и боковой безымянной теперь долины). Площадь этого ограждения, судя по его окружности, определяемой тем же корреспондентом в 4.636 шагов, весьма значительна. Особенно внушителен вид этого второго ограждения в том месте, где его валы проходят по правому возвышенному краю спуска в долину р. Сухой-Груни. Перерывы в валах этого городища, сопутствуемые боковыми насыпями (чего нет в первом городище, что над р. Ворсклой) свидетельствует, по-видимому, о том, что этих перерывов первоначально не было. Их образовали старинные новоселы городищ, сделавшие из прерванных валов боковые насыпи внушительных размеров от 30 до 85 шагов, при высоте от 3 до 5 арш. Углубление же в валах этого погруньского городища с выходами внутрь городища, сопровождаемые сравнительно небольшими насыпями, представляют собою, вероятно, следы давнего кладоискательства.

Знаменитое урочище "Скоробор", занимающее самый высокий пункт за долиной Сухой Груни, на расстоянии около 3 верст в юго-западном направлении, обстоятельно описанное В. П. Шуткой, представляет собой следы колоссального селитрен-

195

ного завода, на котором по документальным данным польского историка Яблоновского, вырабатывалась селитра для потребностей Польской Речи Посполитой в 1-й половине 17 века. Более подробно этот "Скоробор" на ряду со следами других сложных и запутанных земляных сооружений будет отмечен в последующем изложении. Здесь же, в виду того интереса, какой вызывают Бельские городища наибольшие по своим размерам, быть может не в одной Полтавщине, находим уместным поместить дословно любопытные во многих отношениях сообщения Бельских корреспондентов, при чем устранение некоторых разноречий в этих сообщениях оставляем, как дело будущей местной работы по обследованию остатков старины в нашем крае.

Село Бельск. Зиньк. у., по сообщению В. П. Шутки, расположено в центре большого городища, насыпной вал и наружный ров которого тянутся почти на 30 верст. На восточной и западной сторонах с. Бельска в круг большого городища, как бы, вставлены два меньших городища: восточное и западное.

Восточное городище расположено на краю террасы, круто спускающейся к правому берегу реки Ворсклы. Около 70-ти десятин площади описываемой местности окружено насыпным валом, вышиной от 7 до 12 с. За валом снаружи находится ров от 5 до 7 арш. глубины и за рвом насыпь от ½ до 1½ арш. вышины. В четырех местах по ходу вала, точно отвечающих четырем странам света, т. е. востоку, западу, северу и югу имеются небольшие промежутки шириной в 6 арш. не имеющие ни рва, ни насыпей. Через эти промежутки и в настоящее время можно въехать в городище, несомненно, что это есть ворота. Длина вала вокруг городища равняется 5383 шагам.

Две трети внутренней площади городища, вал, ров и далекое пространство в окрестности покрыты лесом разных пород. Внутри городища возле валов заметны искусственные углубления. Других признаков человеческого пребывания вследствие наслоений почвы не заметно. От западных ворот (восточного городища) до с. Бельска ¾ версты. Западное городище расположено на клинообразном возвышении, образовавшемся от соединения двух долин: главная долина, по кот. когда-то протекала река Сухая Грунь (впад. в реку Псел), носит название долины Сухой Груни, другая долина названия не имеет. Вал южной стороны городища проходит по правому возвышенному краю спуска в долину Сухой Груни. Западный и северный вал проходить в ¼ вер. от долины без названия, а восточный вал проходить по равнине в ½ вер. от с. Бельска.

Вышина вала вокруг городища различная: от 6 до 12 арш., ширина вала в размере от 20 до 30 шагов; за валом снаружи следует ров, из которого насыпан вал, глубина рва от 6 до 8 арш. при ширине от 20 до 25 арш. Длина вала вокруг западного городища 4636 шагов. Городище имеет четверо ворот; южные, северные, восточные и западные. Входы в ворота городища с обеих сторон внутрь имеют по сторонам насыпи длиной от 30 до 85 шагов, при высоте от 3 до 5 арш. (чего нет в восточном городище). Вал западного городища во многих местах имеет углубление с выходами внутрь городища, а возле каждого такого выхода, за несколькими исключениями, с одной или по обеим сторонам расположены небольшие насыпи; таких насыпей особенно много находится в южной половине городища. Недалеко от восточных ворот к северу заметны два углубления. Дно этих углублений состоит из пережженной земли и черепьев. Можно предположить, что это были горны для обжигания глиняной посуды. На площади городища заметны большие в окружности, но невысокие насыпи, состоящае из золы, мелких костей животных и черепков грубой работы.

196

За долиной Сухой Груни к юго-западу от городища на расстоянии 3 вер., на самой высокой местности, расположен Скоробор, кот. занимает до 15 десятин пространства. Скоробор состоит из насыпей, тесно скученных между собой и расположенных в самом хаотическом беспорядке. Вышина насыпей различная: от 1½ арш. до 8 арш. с такими же углублениями. Заметно, что центр Скоробора искусственно углублен, а края возвышены. Севернее от Скоробора шагов на 70 расположены в одну линию (с востока на запад) восемь небольших городков с выходами к Скоробору; внутренняя площадь каждого городка сильно углублена, высота вала каждого городка около 3-5 арш.: расстояние между городками от 7 до 10 шагов; окружность каждого городка от 63 до 82 шаг. За городками к северу шагов на 50 расположены в линию восемь больших могил и еще севернее шагов на 50 расположены восемь меньших круглых могил. В местности между Скоробором и западн. городищем кроме описанных 8-ми городков и 16 круглых могил расположены в разных направлениях еще одиннадцать городков. В восьми городках выходы сопровождаются с обеих сторон продолговатыми насыпями. В трех городках внутри находятся небольшие могилы. В окрестностях городища видны более 60 круглых могил сильно распаханных, вышина могил от 1½ до 7 арш., окружность от 30 до 100 шаг.

Г. А. Павлов о Бельском городище сообщает следующее:

Разрушительная сила времени, в связи со всякого рода народными бедствиями, не пощадили памятников древности, как по всей Полтавской губернии, так в частности и в Бельской, Куземинской и соседних Груньской и Камышовской волостях. Территория эта до XVIII столетия была театром битв: Печенеги, Половцы, Татары, Турки, Поляки и Шведы, не раз проходили здесь, разоряя по пути своем все признаки гражданского устройства. Следы таких набегов и битв едва сохранились теперь в виде развалин укреплений, насыпей, валов и т. п. Храмы подвергались общей участи, разоряемые и разрушаемые и временем, и не приятелем, и страдавшие от "пожежи" вновь возобновлялись — теряя уже свой первоначальный древний вид и устройство. Следы постоянных военных событий, относящиеся к глубокой древности, сохранились отчасти и в Бельской и Куземинской волостях: во многим местах видны и теперь остатки обширных укреплений, могильных насыпей. Особенно замечательно так называемое "Бельское городище".

На крутом берегу реки Ворскло находится укрепление овальной формы и заключается из ряда сомкнутых насыпей, судя по сохранившимся размерам, — весьма древнего устройства. От этого укрепления тянется по берегу реки Ворскло вал тех же титанических размеров, который, дойдя до с. Глинска, круто поворачивает, удаляясь от берега, доходит до с. Лазьков, здесь вал изменяет направление, поворачивая опять к с. Бельску, у которого соединяется с грандиозным укрепленным "городищем", заключающим в себе площадь земли более 100 десятин.

Укрепленное городище под Бельском по фигуре представляет из себя почти равнобедренный треугольник и имеет четыре въезда. Укрепление расположено двумя фронтами по оврагу, называемому "Сухая—Грунь", а задним фасом — к с. Бельску. Профиль валов превосходит всякие размеры существующих таких укреплений нашего времени, в некоторых местах и теперь еще насыпь имеет 30-40 арш. высоты. От Бельского "городища" тот же вал, который соединился с ним со стороны Лазьков, продолжается по направлению к х. Парасковеевке, Куземинской волости, и не доходя до него круто поворачивает к м. Куземину, а затем заканчивается у берега реки Ворскло опять небольшим сомкнутым укреплением, почему-то носящим в народе название "замок" и "замковаягора".

Протяжение всего вала равняется почти 30 верстам. Профиль его сохранился отчетливо и дает полное представление о гигантской работе тех времен, когда не имели никакого понятия о стоимости человеческого труда. На другой стороне через овраг "Сухая—Грунь", против Бельского "Городища" находятся три большие группы могильных курганов, так сказать, целые громадные общественные кладбища, чего в других местах не встречается.

Первая группа могильных курганов называемая "Скоробир" (происхождение названия неизвестно) занимает земли площадь около 32 десятин.

Вторая группа называется "войновские могилы" вероятно по имени хутора Войновки, близ которого она находится; площадь этого кладбища десятин 15-20.

197

Третья группа курганов — "Голубовские могилы" близ хутора Голубова занимает до 8 десятин. В лето 1895 года по случаю производимой раскопки могильного кургана близ с. Гнилицы, Груньской волости, производивший эти раскопки Председатель Императорской Археологической Комиссии Граф А. А. Бобринский осматривал Бельские укрепление и близ лежащие кладбища и, как лицо специально знакомое с памятниками странны, особенно скифского периода, нашел осмотренные развалины несомненно интересными в научном отношении и по своему размеру превосходящие все им встречаемое до тех пор, при чем по его предложению был снят ситуационный план "Бельского Городища" для доклада Императорской Археологической комиссии.

Находимые в развалинах укреплений близ х. х. Степановки и Парасковеевки, стрелы, кольчуги и т. п. дают некоторое основание предполагать, не здесь ли в 1399 году Монголы под предводительством Темир-Кузлука разбили Литовского князя Витовта.

О городище близ м. Опошни Зеньковского у. сделано очень краткое сообщение казаком М. К. Бельченко. В черте м. Опошни — пишет названный корреспондент, есть урочище "Городище", известное под таким названием с незапамятных времен. Это городище под Ворсклой на расстоянии около 2 в. от центральной части Опошни. Местный землевл. И. Н. Устименко обращает внимание, что Опошнянское городище занимает краткий пункт высокой холмистой равнины, представляющей подъем, в вид "лба" над склоном к приворсклянской пойме. Валы городища в большей части уже уничтожены и площадь его наравне с окрестностями изрыта ямами, где многочисленное население забирает песок для хозяйственных надобностей.

Из м. Великих-Будищ, Зеньковского у. казак Н. Е. Брух сообщает о следах "вала" в центре местечка. Лаконичность сообщения и отсутствие каких-либо указаний в доступной для нас литературе о следах давно прошедшей жизни в местности Великих-Будищ не позволяют приурочить "вал" Великих-Будищ к какой-либо определенный поре. Но здесь есть, по сообщению того же корреспондента, как и в м. Опошне по сообщению И. Н. Устименка, следы несомненно древних сооружений, — глубоко вырытых под землей подземных ходов, такого же устройства, как и давно уже привлекающие к себе внимание подземные ходы, существующие в нашей Полтаве. Сближаем мы эти подземные сооружения с земляными ограждениями в силу близости их назначения укрывать окрестных обитателей от нападений извне.

В В.-Будищах, как сообщает названный корреспондент, много подземных ходов, дающих о себе знать провалами

198

земли над такими ходами, что наблюдается особенно часто весной. Один из ходов после провала земли обследован корреспондентом лет 12 назад. Прошел он сажень 10-12, а дальше свеча тухла вследствие отсутствия притока свежего воздуха. Ширина хода до 4 арш., высота несколько выше человеческого роста; верх — полукруглый в виде свода. По стенам, будто бы, заметно, что они копались узким орудием.

Такие же данные, ничего определенного не говорящие ни о поре происхождения этих приворсклянских подземелий, ни об обстоятельствах, при которых они возникли, могут быть приведены и относительно Полтавских подземных ходов, которые, казалось бы, без всякого основания называются иногда "минами". Касательно Полтавских подземных ходов здесь будут приведены некоторые отрывочные данные частью по непосредственным наблюдениям пишущего, частью по памяти нескольких местных старожилов, сообщивших свои сведения по этому предмету, более или менее случайно. Одной из наиболее существенных сторон дела для занимающего нас в этом случае вопроса, является район распространения подземных ходов в черте Полтавы. Заметим, что по нашим данным границы такого района не представляется возможным определить даже приблизительно. Не подлежит сомнению, однако, что наибольше подземных ходов в черте старой Полтавы, если судить о численности их по частоте провалов. Но провалы наблюдались и подземные ходы обнаруживались также и в части Полтавы, составлявшей в старину ее форштадт 1).

1) Старый город Полтава, Полтава-крепость, по данным, приведенным в труде И. Ф. Павловского "Полтавская битва и ее памятники", занимал ту часть нынешнего города, которая от крутых склонов и обрывов по левую сторону Николаевского спуска, огибающих неправильным полукругом местность с южной и восточной сторон до горы Панянской, простирается в северном направлении до нынешней Сретенской улицы, а на запад до края Петровской площади, примыкающего к Николаевскому спуску в одну сторону, а в другую приблизительно к Мало-Петровской улице, до пересечения ее со Сретенской улицей. Форштадт достигал в северном направлении нынешнего Круглого переулка за кадетским корпусом и продолжающей этот переулок Екатерининской улицы; в западном направлении граница форштадта Полтавы определяется Ново-Полтавской улицей, которая как показывает название, протянулась по новой, наружной по отношению к старинному форштадту, части Полтавы. Наконец, с восточной стороны границу Полтавского форштадта составляли и до нашего времени сохранившиеся крутые склоны и обрывы, простирающиеся ломанной линией от края Сретенской улицы в северном направлении почти до Колонийской улицы, т. е. до широты Круглого переулка.

199

В этой последней части Полтавы за последние 25-30 лет провалы были особенно часты по Ивановской улице, под которой по-видимому проходит несколько подземных ходов 1). К этой же части старинного города относится и провал летом 1903 года возле здания Государственного Банка по Александровской улице.

Глубина подземных ходов, проложенных в материковой лесовой породе, достигает 3-4 сажень, насколько она определилась по измерению провалов последнего времени.

Представляется интересным определение времени сооружения подземных ходов в юго-западных и северо-западных губерниях России, где наблюдаются такие же подземные галереи, как и в Полтаве. Проф. Петров в "Киевской Старине" (июньская кн. за 1902 год) на основании довольно веских данных относит время сооружения подземных ходов в том районе к до-татарскому периоду; самые поздние из таких ходов, по признакам предметов быта, находимых в подземных ходах, приурочиваются к периоду литовских князей.

Общие очертания района провалов над подземными ходами в Полтаве, при всей своей схематичности, показывают, однако, что настоящая историческая Полтава, начавшая осаживаться только во второй четверти 17 века, в начале 18 века, в пору Полтавской битвы, занимала меньшую площадь по сравнению с древней Полтавой, прекратившей свое существование задолго до 1630 года, когда шляхтичу Обалковскому была выдана польским королем грамота на владение слободой Полтавой с различными лесными угодьями. Хотя для древней Полтавы и не могут быть указаны сколько-нибудь определенные хронологические даты, тем не менее не подлежит сомнению, что пора существования древней Полтавы глубже княжеского периода русской истории. Полтава, по своему географическому положению вдали от рубежа прочной оседлости славяно-русского населения, в княжеский период могла существовать лишь в виде урочища, каким было в летописные времена, напр. Лукомльское горо-

1) Провалы, насколько помним, неоднократные были против бывшего магазина Пащенка-Тряпкина в одном пункте Ивановской ул., и против еврейской синагоги в другом пункте той же улицы.

200

дище над р. Сулой и в какие, правдоподобно, были обращены все древние Поворсклянские огражденные пункты, лежавшие у самой границы глубокой степи за рекой Ворскло. О существовании древней Полтавы, не как урочища, а как населенного пункта в докняжеский период нашей истории, свидетельствует то сложившееся в свое время понятие, которое выражается в имени этого города. В имени Полтавы, в звуковой форме этого имени, выражается, по нашему мнению, то же понятие, тот же связанный с этим понятием образ, что и в именах летописного Пелтеска — Полтеска — Полоцка на р. Полоти, а также в имени речки Полтавки в Предкарпатьи. Существование речки с таким именем в Галицком Львове в последнее время установлено документально 1). Все эти имена выражают, по нашему мнению, понятие оплота, ограждения.

О Сенжаровском "городке" близ м. Ст. Сенжар по р. Ворскле сообщены предварительные сведение казаком Д. С. Марусычем, после чего городок был осмотрен и поверхностно обследован пишущим летом 1901 года. Городок — небольшой почти 4-х угольный (около 80 саж. в длину и около 40 саж. в ширину) расположен на краю высокой поверхности, круто спускающейся к приворсклянской долине, верстах в 4 от ст. Сенжар по дороге в д. Буланово. Высота склона по откосу в западной части городища около 20 саж., а юго-восточной части, наиболее высокой, 26,3 сажня. В городке две характерных части: главная, наиболее укрепленная, занимает не более 200 кв. саж. на юго-восточном краю городка; она отделена от остального городка валом и рвом, идущим полукругом и в обоих концах смыкающимся с противолежащим наружным валом этого внутреннего городка; пониженная временем высота этого внутреннего вала вместе с глубиной сопровождающего рва по откосу около 2½ саж. Чертеж № 10. Обращает на себя внимание вся высокая поверхность сенжаровских полей (в несколько сот десятин), примыкающих к городку. Верхний почвенный слой этих полей представляет собою светлую глину, какую местные жители в других местах обыкновенно видят лишь в подпочвенном слое. Наряду с

1) Записки Наук. Товар. имени Шевченка т. XI-IX, отд. miscelanea.

201

этим в этой местности бросается в глаза правильность как бы искусственно получившихся линий на склонах в одну сторону к пойме р. Ворсклы, а в другую (восточную) — к глубокой Ольшанской Балке. Для этих полей у местных жителей есть особое название "Левадки", о происхождении которых не сохранилось никаких преданий у сенжаровцев. В другом пункте в черте ст. Сенжар, на краю местечка, сохранились следы укреплений, по всем видимостям, казацкого периода.

Относительно следов древних ограждений по р. Днепру, вне устий выпадающих в него рек с Полтавской стороны, сделано лишь два сообщения из м. Власовки и м. Келеберды Кременчугского у.

Близ м. Власовки над протоком Днепра, отмеченном на 3-верстной топографической карте "Дидо", по сообщению казака П. Д. Белявского, есть признаки земляных сооружений на песковатом грунте местности, со следами каменной кладки. Характерно, что Днепр в этой местности, под Полтавской стороной, образует глубокую затоку, а на Херсонской стороне над самым Днепром существует урочище "Городец", близ с. Табурища, в свою очередь расположенного на каком-то древнем урочище, звучащем в его названии

В центре м. Келеберды, старинного Гебердеева Рога, по сообщению земского фельдшера Н. Г. Тупалова, сохранились следы "замка", окруженного валом, в виде четырехугольника, простирающегося на 180-200 саж. (приблизительно) в длину и ширину. Вал сохранился только местами. "Замок", следы которого заметны еще в Келеберде, сооружался, быть может, в ту отдаленную пору, когда этот пункт именовался Гебердеевым Рогом. Впрочем, фигура ограждения и размеры площади, обнесенный валом, дают основание допускать расширение и приспособление старинного ограждения к новым условиям в казацкий период местной истории, когда Келебердянская сотня числилась в составе Полтавского полка 1).

1) По дороге из м. Келеберды на с. Озера в сторону Переволочной, в глухой лесистой местности есть ущелье, известное под названием "Мазепин Яр", (сообщение того же Н. А. Тупалова).

202

V. Земляные сооружения неопределенного характера.

Кроме изложенных пред этим сообщений местных любителей старины о земляных ограждениях, — сообщений более или менее отчетливых, в нашем распоряжении имеются некоторые данные о земляных сооружениях не ясных, частью, в зависимости от характера самих сооружений, озадачивающих своим видом современных наблюдателей, частью, неясных вследствие неполноты в сообщениях гг. корреспондентов. По соображениям, что и такие данные имеют некоторое значение, как ориентировочный материал для дальнейших исследований в данном направлении, используем эти и неполные сообщения гг. корреспондентов, равно как и сообщения о земляных сооружениях неопределенного характера.

Отрывочные сообщение гг. корреспондентов получены.

1) О следах "земляных укреплений" около с. Пилипичей Войтовской волости Переясл. у. по р. Недре в урочище "Бузук" (сообщают дворян. И. М. Данельский и полковник Я. А. Тулубовский).

2) О "древнем окопе" (площадью десят. в 5) близ с. Поповщины Бобрикской вол. Ромен, у., в урочище "Осняг" (сообщает кр-н А. И. Барбар).

3) О "городище", спускающемся к р. Суле против с. Брисей Лохвицкого у., огороженном рвом с 3-х сторон; в черте городища около 30 могил вышиной 2-3 арш. и шир. также 2-3 арш.; здесь же следы подземного хода, направляющегося к г. Лохвице, проникнуть в который далее 10-15 шагов не удается (сообщает дворян. В. В. Юрьев-Пековец).

4) Об "окопе — Маньковщина" в 2 вер. от с. Скоробогатен; окоп примыкает с двух сторон к высокой горе; с остальных двух сторон ров глубиной 2-3½ сажня и шириною 1½-2 сажня; здесь также следы подземного хода, направляющегося к г. Лохвице (сообщение того же кор-та).

5) Об ограждении валом площади десятин в 10 в м. Яреськах Миргородского у. по Пслу; форма ограждения, высота вала и др. подробности не отмечены; замечено лишь, что вал хорошо сохранился (Сообщение казака И. П. Чуба).

203

6) О признаках ограждения валом значительного пространства в м. Остапьи Хорольского у., по Пслу же. По преданию валом было обнесено первоначальное, "старое" Остапье; приблизительная длина ограждение ¼ версты, ширина около 100 саж. (Сообщение казака К. Т. Скрипника).

7) Об урочище "Грянчыха" на высоте правого берега Псла, круто спускающегося к лугу, верстах в 4 от м. Богачки Миргородского у. Здесь следы раскопов (?); здесь же древний "вывоз" с низины на гору, глубоко прорытый в горе (Сообщение казака Е. Г. Кушнерика).

8) О следах ограждений валами в м. Переволочной Кобелякского у. сообщ. прот. Н. Пирский.

9) Тоже в м. Кишенке, того же уезда.

10) Тоже в м. Соколке, того же уезда.

11) О земляном укреплении между с. Солошиной и м. Переволочной Кобелякского у., на самом высоком пункте горы над урочищем "Тахтайкой" (Сообщение также о. Н. Пирского).

и 12) О следах земляных укреплений у с. Рясского Константиноградского у., укреплений крайне сложной формы в виде земляного вала, соединяющего группы своеобразных значительных по размерам земляных насыпей: круглых, квадратных и звездообразных с выдержанной последовательностью земляных насыпей, одна за другой на 6-верстном расстоянии, пораллельно р. Орели. (Сообщение крестьянина С. С. Чайковского) 1).

Этот перечень частью древних, частью старинных ограждений недостаточно определенного характера заключаем упоминаем о древних ограждениях в с. Окопе Лохвицкого у., по Сулице, а также об ограждениях на замечательной горе "Пива" близ зашт. гор. Градижска Кременчугского у.

Следы земляных сооружений совсем особого характера отмечены гг. корреспондентами:

1) Возле х. Хмелевика Лехновской вол. Переясл. у. на водоразделе между рр. Недрой (впадающей в Трубеж) и Супоем, в урочище "Выбле", расположенном на самом высоком

1) Мимо с. Рясского проходит так называемая "Украинская линия"; но отмечаемая корреспондентом и воспроизведенная на чертеже схема описываемых им земляных сооружений резко отличается от однообразных сооружений названной линии.

204

пункте водораздельного плато, откуда в ясный день на 30-верстном расстоянии видно заднепровское побережье, — в этом возвышающемся над окрестностью пункте находится, как бы, целый "городок" с могилами, концентрическими валами и котловинами на площади свыше 6 десятин. Корреспондент, принимающей эту загроможденную площадь за городище, обращает внимание на то, что она от своих краев постепенно понижается к средине, представляя таким образом нагромождение земляных сооружений в легкой котловине. Сведения об этом замечательном урочище сообщены двор. И. М. Данельским, живущим в с. Недр, нарочно за 17 верст ездившим в "Выбле" для осмотра и составления прилагаемого при сем чертежа (№ 11).

2) Более или менее сходный характер с отмеченным пред этим урочищем "Выбле" имеет урочище "Телепень", расположенное на водоразделе р. Сырой Оржицы и р. Перевода близ с. Лемешовки Пирятинского у. Урочище "Телепень" 1), по сообщению народн. учит. И. И. Батрака, это уроч. "на пространстве десятин 6, занятое могилами различных форм и величины, которые тянутся частью правильными рядами, частью пересекаются одна с другой". В народной памяти держится предание о пещерах и подземных ходах, будто бы существовавших здесь.

3) Городище при с. Повстине Пирятинского уезда по р. Удаю "отличается замечательной неправильностью, — буграми, валами выемками и проч." 2).

4) Близ м. Ряжек, Прилукского у., по р. Смоши, как сообщает кр-н Н. К. Осадченко, есть место, усеянное разнообразными насыпями, чередующимися с круглыми и продольными ямами значительной глубины. Вся эта местность, занимающая несколько сот кв. сажен, обнесена хорошо сохранившимся 3-х угольным валом. В средине этого "раскопанного городища" — по выражению кор-та, находятся большие ямы с примыкающими к ним валами и могилами (одна могила между ямами и две за наружным валом, по одной могиле с правой

1) Имя пользующегося в местных народных преданиях широкой известностью разбойника 18 века, обитавшего в этом урочище.

2) Земляные сооружения здесь осмотрены В. Г. Ляскоронским. Переяславская земля, стр. 149.

205

и левой сторон). Местность, по сообщению корреспондента, высокая, живописная. Чертеж № 12.

Позволяем себе высказать догадку о происхождении отмеченных пред этим запутанных огромных земляных нагромождений, признаваемых некоторыми исследователями городищами. Руководящую нить в настоящем случае дает нам сообщение В. П. Шутки об урочище "Скоробир" близ Бельского городища по р. Ворскле в связи с отмеченными в предшествующем изложении документальными историческими данными о "Скороборе".

Обращают на себя внимание черты сходства, наблюдаемые во всех этих запутанных земляных нагромождениях (кроме городища при с. Повстин Пирятинского уезда, сведения о котором недостаточно отчетливы). Сходство прежде всего в топографических признаках. И "Скоробир", и "Выбле", и "Телепень" и раскопанное городище (по-видимому, в последнем случае не народное название урочища, а выражение корреспондента) расположены на водоразделах, в высоких пунктах, господствующих над окрестностью; далее, на всех этих урочищах наблюдается чередование насыпей с углублениями различных форм и величины. Кроме того корреспонденты обратили внимание на то, что средина в этих урочищах представляется углубленной, а края возвышены. — Исходя засим из определенного указания исторического документа, что в половине 17 века под Бельским городищем "разделывалась могила Скоробир на селитру", есть основание допускать, что и остальные аналогичные по своему виду и характеру урочища имеют такое же происхождение, т. е. представляют собой следы стоявших на водоразделах огромных могил, разделанных на селитру. Заметим, что многочисленность массивных насыпей в таких урочищах не опровергают нашего допущения, что такие насыпи являются позднейшим видоизменением древних могил, так как древние могилы в отдельных случаях достигают огромных размеров, о которых свидетельствуют так называемые могилы-городки или могилы-майданы.

206

Отметим засим сообщенный гг. корреспондентами сведения о древних пещерах в пределах Полтавской губернии, как об остатках старины, близких земляным ограждениям по своему значению для старинных обитателей Полтавского края.

1) Близ с. Деймановки Пирятинского уезда над Удаем, в том месте эта река разливается озером, в восточном направлений от села, в лесистой местности, как сообщает запасный солдат Я. А. Якименко, есть 5 древних пещер: 4 с завалившимися уже входами и 1 с открытым еще входом. В одной из пещер найден старинный горшок; возле каждой из пещер находили черепки грубой гончарной обработки.

2) В селе Плехове, по р. Оржице, Лубенского уезда, по сообщению г-на Панащатенко, есть пещера, о происхождении которой никто ничего не знает.

3) Близ м. Вергунов Хорольского у., несколько в стороне от р. Хорола, в урочище "Туривщына", по преданию, было несколько подземных ходов в подгорьи, с таким устройством, что к каждому подземелью был удобный доступ. Подкопы эти обрушились вместе со стоявшими на них вековыми деревьями, как об этом сообщает крестьянин Н. Т. Химич.

4) По сообщению из м. Диканьки Полтавского у. потомств. почетного гражданина П. З. Гудзенко, на крутой горе правого берега р. Ворсклы, в дикой местности, в вековом лесу, существует пещера со времен незапамятных.

VI. Земляные валы и их остатки в пределах
Полтавской губ.

В пределах намеченной для настоящего сообщения задачи нам остается еще систематизировать отрывочные сведения местных любителей старины о валах, относящихся к ограждениям не отдельных пунктов, а целыx районов, нуждавшихся в защите в ту или иную пору, при тех или иных обстоятельствах. Ограждений так называемой украинской линии здесь мы касаться не будем, так как об этом памятнике сравнительно недалекой старины (1731-35 г.г.) удобно собрать совершенно полный материал, что и может составить предмет отдельного обследования.

207

Относительно местонахождения ограждений валами получены нижеследующие сообщения.

1) Об остатках вала под г. Переяславом, известного в народе под названием "змиевого", сообщает полковник Я. А. Тулубовский из с. Малой Березанки Переяславского у.

2) О следах прерывающегося вала, проходящего через поля сс. Помоклей, Строковой и Выползок сообщает священник с. Помоклей Переяславского у., К. С. Сакун. Вал высотой сажня в 3 с канавой такой же ширины. Между названными селами, по сообщению названного любителя старины, есть площадка, покрытая черепками древней посуды. Такие же черепья занимают значительную площадь в соседней песчаной местности ближе к р. Супою.

3) Близ с. Великой Девицы Прилукского у., как сообщает Н. Д. Костенко из названного села, заметны следы насыпного вала между речкой Галкой и ее заливом "Рудка" на протяжении сажень 300, по направлению с запада на восток.

4) О следах вала на полях Никоновской дачи в смене к Васьковцам Серебнянской волости, Прилукского у., сообщает казак И. И. Храпко. Вал направляется с запада на восток от урочища "Вакуловщины" до "Шовкового Яру", простираясь в длину до 400 погонных саж., шириной сажня в 1½.

5) В бассейне р. Сулы, помимо отмеченного в предшествующем изложении вала над Сулой вдоль всего Золотоношского у. (стр. 35.), следы вала наблюдены близ Чернечей Слободы Роменского уезда в древнем урочище "Колядыха", как об этом сообщает народн. учитель А. Т. Букшованный.

6) В бассейне р. Пела есть следы хорошо сохранившегося вала близ с. Бобрика Гадячского у., замеченные запасным писарем С. И. Кондратенко в лесу В. П. Масюкова. Вал направляется в сторону м. Веприка, близ Веприка вал разоран.

В виду существования в этой местности Бобрика, и ныне называемого "Литовским" (Бобрик Гадячского у.) и Бобрика Московского (в Сумском у. Харьковск. губ.), на недалеком расстоянии, есть основание допускать, что отмеченный здесь вал представляет собою след Литовского рубежа, проходившего

208

здесь в половине 16 века между Московским Государством и Польской Речью Посполитой, при чем определенным крайним пунктом этого не установленного пока рубежа являются Бельские укрепления Зеньковского у. над р. Ворсклой 1).

7) Ниже по р. Пслу Шафонский отмечает древние валы близ м. Веприка и м. Лютеньки Гадячского уезда 2).

8-9) О следах вала в м. Шишаках Миргородского уезда сообщают казаки И. В. Замордза и М. Ф. Мошура. Вал, уцелевший лишь в отдельных местах, тянется с севера на юг, с признаками наружного рва. К востоку от линии вала за рекой Пслом, расположено урочище "Бор", где и до настоящего времени находят наконечники стрел.

В 5-6 верстах от Шишак, в урочище "Фощево", заметны следы постепенно распахиваемого и местами уже уничтоженного "валка", называемого в народ "змиевым". С этим "валком" связывается бродячее предание о богатыре, запрягшем в плуг змия, которым и была проложена глубокая борозда от моря до моря.

10-11) О следах валов близ с. Песчаного, а также и с. Балясного, Полтавского у., по р. Голтве, сообщают кр-н Ф. Г. Шубенко и губ. секр. В. Г. Заньковский. В обоих названных пунктах вал уже малозаметен, при Балясном — почти разоран.

Между Царичанкой и Ляшковкой Кобелякского уезда, близ р. Орели, как сообщает народн. учитель Н. А. Рудичев, проходят тремя рядами совсем особого рода земляные сооружения, имеющие форму полушарий. Сооружения эти по направлению к Ляшковке постепенно повышаются. Возвышение, проходящее почти через самую Ляшковку, "усеяно довольно густо могилами, а на самой возвышенной точке видны остатки небольшого 4-х угольного окопа" 3).

1) Архив Юго-Западной России, ч. VII, т. 1-й, стр. 102.

2) Истории Переясл. земли, В. Ляскоронского, стр. 146.

3) Сделав выписку из сообщения Н. А. Рудичева о вышеозначенных земляных сооружениях, возбуждающих любознательность местных любителей старины, мы, однако, не решаемся отнести их к земляным ограждениями в собственном смысле. В виду близости Украинской линии напрашивается вопрос, не имеют ли отношение эти идущие рядами возвышения в виде полушарий к названной линии? Существенно важное обстоятельство в настоящем случае заключается в том, насыпная ли земля, или материк составляют Царичанско-Ляшковские ряды своеобразных земляных возвышений. Если эти возвышения представляют материковую (рушенную землю), то это, казалось бы, указывает на то, что в данной местности верхние почвенный и подпочвенный слои сняты, как материал, употребленный в свое время для насыпки Украинской линии.

209

12) Вал, идущий вдоль Днепра, на низине, отмечен близ сс. Лялинец, Пищиков и Краснохижинец, Золотоношского у. В предшествующем изложении указана связь этого вала с валом, протянувшимся над р. Сулой, на правой ее стороне, почти на 40-верстное расстояние. Весьма значительно протяжение и надднепровского вала, если только валы, о которых сообщили сведения наши корреспонденты, составляют уцелевшие части одного и того же вала. Вот что сообщено о валах над Днепром. На Лялинских лугах, как сообщает корреспондент А. Д. Дехнич, вал тянется от Лялинец в западном направлении верст на 8. Вал истоптан и местами разбит; высота его около 1 сажня, от Днепра вал проходит на расстоянии около 1 версты.

Близ с. Пищиков, по сообщению казака П. З. Шулезки, "древний" вал называемый валком, тянется по направлению к Черкасам, высота вала 2-3 аршина, ширина 4-5 саж. Вал этот местами прерывается днепровскими протоками.

По сообщению корреспондента М. П. Литвиненко из Краснохижинец, вал от Пищиков до Самовицы тянется на протяжении верст 5.

Известный своими выдающимися историческими трудами по левобережной Украине М. А. Максимович следы надднепровских валов на значительном расстоянии признавал отрывками одного вала, который по его наблюдениям, относящимся к 40-м годам прошлого столетия, тянулся от м. Бубнова Золотоношского уезда до с. Келеберды того же уезда, т. е. на протяжении около 15 верст. "Вал — писал М. А. Максимович — конечно, пограничный, но неизвестно, кто им и от кого отграничивался".

VII. Группировка древних земляных сооружений на Полтавской территории.

Остается засим объединить общей группировкой приведенные данные о древних городках и городищах в пределах Полтавской губернии. В сообщениях местных любителей старины имеются достаточные данные для группировки этих па-

210

мятников старины лишь по топографическому положению и внешнему виду их.

57 городков и городищ, о которых сообщены достаточно определенные сведения, по топографическому положению и внешнему виду распределяются на нижеследующие 5 групп.

I) Городища среди болот: 1) городище у с. Петровки близ границы Полтавской губернии с Черниговской, по р. Супою; 2) городище близ с. Фарбованного Пирят. у. по Супою же; 3 и 4) городища при м. Ташани Пирят. у. и ниже м. Песчаного Золотоношского у. по Супою же. Все эти городища представляют собой довольно значительные насыпи среди болота; 5) Поддубновское городище на о-ве по р. Переводу со следами каменного моста, в Прилук, у.; 6) Иванковецкое городище на о-ве Рудьковом по р. Лисогору в Прилукском у.

II. Лесные городища: 1) при с. Ряжках в Прилук, у. 2) Велико-Бубновское по р. Ромну; 3) Медвежанское городище при впадении речки Галки в р. Ромен в Роменском у.; 4) городище по р. Хмеловке, правом притоке р. Сулы, в Роменском же уезде; 5) Бербеницкое городище по реке Сухой Лохвице в Лохвицком у.; 6) Чернухское — лесное в Лохвицком уезде ("Пусте городыще") и 7) Сергеевское городище по р. Хоролу в Гадячском уезде.

III. Городища Днепровского побережья: 1) Бориспольское (Переясл. у.) 2) Вороньковское (Переясл. у.) 3) Городище, современный населенный пункт с этим именем в Переясл. у. 4) Власовское городище (Кременч. у.); 5) Кременчугское; 6) Келебердянское (Кременч. у.); 7) Переволочанское (Кобел, у.) и 8) древние ограждения на горе "Пива" в Градижске Кременчугского уезда.

IV. Городки и городища, расположенные на приречных высотах: в системе р. Сулы: 1) городище при Яровых хуторах над р. Сухим Ромном; 2) Глинское городище (Роменск. у.) 3) Свиридовское (Лохв. у.); 4) Синецкое (Сенчанское) Лохв. у.; 5) Окоп — городок по р. Сулице (Лохв. у.); 6) Лукомльское (Луб. у.); 7) Городище при х. Нестеренковом (Луб. у.) и 8) при х. Чутовке (Лубенск. у.); 9) Буромское городище и 10) Буромский городок (Золотон. у.); 11) Лящевское городище (Золотон. у.); 12) Кизивер,

211

13) городок-монастырь; 14) Жовнинское городище, (оно же древний Кливятин). Все эти три ограждения Золотоношск. уезда. В системе р. Псла: 15) городище Гадское; 16) Плешивецкое, 17) Книшевское и 18) Рашевское (все четыре городища Гадячск. у.); 19) Голтвянское городище (Кобеляк. у.). В системе р. Ворсклы: 20) Куземинское городище, 21) Бельское и 22) Опошнянское (Зиньк. у.); 23) Великобудищский городок (Полтавск. у.); 24) древняя Полтава: 25) Сенжаровский городок (Полт. у.) и Сенжаровские ограждения более поздней поры.

V. Городки и городища на равнинах, примыкающих к низменностям: 1) Варвинское (Лохвицк. у.) 2) Чернухское 2-ое (Лохвицк. у.) 3) Смелянское (Роменск. у.) и 4) Ковалевское (Зиньковск. у.). Эти городки, называемые также на местах и городищами, при своей 4-х-угольной (более или менее) фигуре и сравнительно значительных площадях ограждения, могут быть отнесены к казацкому периоду местной истории, сравнительно недалекому от нашей поры.

В данном случае мы все же стоим перед вопросом, не возникали ли эти казацкие городки на местах более древних ограждений. Такой вопрос более или менее определенно разрешается лишь по отношению к Варвинскому городку, преемнику летописного Барина. К городкам означенного перед этим типа относятся также ограждения в с. Ереськах и м. Остапьи по р. Пслу, равно как в м. Соколке и м. Кишенке по р. Ворскле. Любопытно, что эти ограждения, по строению своих валов относящиеся к позднейшему периоду, приурочиваются к современным местечкам. Местечко — это филологически — небольшое место, "мисто"; а "мисто" в прежней Украине = город. Местечко значит — прежний городок. Весьма возможно, что в ряду таких прежних городков встречаются и городки древние.

Одиноко в нашей группировке древних ограждений в Полтавщине, по сообщениям г.г. корреспондентов, стоит Войно-городище, представляющее подковообразное земляное укрепление на низменности при впадении р. Сулы в Днепр и затем замечательное "круглое городище" с могилками в стороне на Переяславском побережье Днепра, по дороге из м. Воронькова

212

в с. Старое. Это последнее городище по всем видимостям имеет прямое отношение к тем следам обширной древней бухты, которые здесь же наблюдены любителем старины, казаком И. Е. Коновалом.

Войно-городище представляет собой неясный для нас тип древних ограждений, выраженный к тому же только этим пока единственным ограждением данной разновидности.

Подводя затем общий итог всех более или менее древних ограждений в Полтавщине, о которых в предшествующем изложении приведены сведения по всем нашим источникам, и размещая наши древние городки и городища по бассейнам наиболее значительных рек губернии, получаем нижеследующее распределение занимающих нас памятников исторического прошлого по рекам.

Highslide JS

В этом общем числе древних ограждений в пределах Полтавской губернии не показано 5 пунктов особых ограждений, которые, по нашему мнению, представляют собою следы не городков и не городищ в собственном смысле, а следы сооружений на местах выделки селитры в древнюю пору. Некоторые из таких сооружений, происшедших из степных могил,

213

ограждены небольшими валами, и на первый взгляд производят впечатление земляных городков; при ближайшем же ознакомлении, эти сооружения оказываются вовсе не приспособленными для обитания и защиты. Они, поэтому, и получили название псевдо-городищ.

Наше обозрение коснулось лишь небольшой части древних земляных сооружений в виде городков, городищ и земляных валов на Полтавской территории. Такие ограждения в пределах Полтавского края по-видимому многочисленны. В соседней Черниговской губернии городков и городищ насчитано свыше 150; а за Днепром в одной Киевской губернии наблюдено около 400 городков и городищ. Насколько многочисленны такие памятники в районе, обнимающем Полтавскую и смежные поднепровские губернии и насколько древни эти памятники, можно заключить из того, что скандинавы еще на заре русской истории, непосредственно знакомые с водным путем по Днепру "из Варяг в Греки" уже в ту далекую пору называли земли по Днепру, занятые славянами, "страной городов" (Cardariki) 1).

Настоящее обозрение древних земляных ограждений в Полтавщине, обнимающее в значительной мере случайный материал, представляет, можно сказать, рекогносцировочный экскурс в работе по обследованию совокупными местными силами полных глубокого интереса местных исторических памятников. В ряду этих памятников древние городки и городища являются выразительными очагами давнопрошедшей жизни, раскрывать загадочное содержание которой всегда составляло потребность человеческого духа. Обозрев доступные нам данные исторической литературы совместно с сообщениями местных любителей старины о древних ограждениях в пределах Полтавской губернии, мы остановились перед важнейшим вопросом в пределах нашего обозрения, — перед вопросом о том, когда же именно и кем сооружались эти памятники старины на обследуемой территории. Определить пору сооружения древнейших ограждений и разыскать их строителей — это значило

1) 1-й т. Истории "Украины — Руси" М. Грушевского, стр. 226.

214

бы найти отправной пункт для фактической, реальной истории края, — найти первое звено той цепи, какую ковали века во все последующие периоды его истории. Путем домыслов и догадок вопрос этот, разумеется, не может быть разъяснен. В ряду путей, ведущих к разъяснению вопроса, самым плодотворным явилась бы организация систематических археологических исследований, которые в виду культурных запросов времени в будущем должны бы пользоваться большим вниманием со стороны общества, чем это наблюдалось до сего времени.

Л. Падалка.

Декабрь 1904 г.

[Далее, до "Отчета по межеванию Полтавской губернии"
следуют страницы без указания номера]

№ 1. К стр. 179

 

№ 2. К стр. 179

Highslide JS

 

№ 3. К стр. 181

 

№ 4. К стр. 186

 

№ 5. К стр. 187

 

№ 6. К стр. 188

 

№ 7. К стр. 189

Highslide JS

 

№ 8. К стр. 189

Highslide JS

№ 9. К стр. 192

Highslide JS

№ 10. К стр. 200

 

№ 11. К стр. 204

 

№ 12. К стр. 205

Highslide JS

 

П Р И Л О Ж Е Н И Я.

1

ОТЧЕТ
ПО МЕЖЕВАНИЮ ПОЛТАВСКОЙ ГУБЕРНИИ.

1). Общие сведения о межевании Малороссийских губерний.

Крайняя чересполосность земельных угодий в Черниговской и Полтавской губерниях, при отсутствии у большинства владельцев юридических документов на владения, издавна служила источником бесконечных земельных тяжб и ставила местное землевладение в исключительно-тяжелое положение в сельскохозяйственном отношении. В некоторых уездах Полтавской губернии, сплошь и рядом находились владения, состоявшие из нескольких десятков и сотен чересполосных участков, в одну, две, и три десятины каждый. Были имения в 1000 десятин, состоявшие из 600 кусков и более. В одном имении Миргородского уезда, пространством в 5539 десятин, число отдельных полос доходило до 5000. Такая же раздробленность угодий и чересполосность замечалась и в более мелких владениях. В 73-х чересполосных дачах, обмежеванных до 1865 года и общее пространство которых составляло 222.948 десятин, оказалось 435 владельцев, имевших более 50 десятин каждый и которым, в общей сложности, принадлежало 123.804 десятины, в 13.438 полосах. Следовательно, на каждого такого владельца, по среднему выводу, приходилось 285 десятин, в 30 кусках. Еще большей раздробленностью отличались мелкие владения. Не приводя примеров, достаточно заметить, что в 703 чересполосных дачах оказалось по съемке 3.365.232 десятины при 2.537.340 полосах.

При таком положении дела, вопрос об уничтожении чересполосности посредством размежевания уже давно обращал на себя внимание правительства. Еще в 1803 году, особо учрежденным в С.-Петербурге комитетом, быль составлен "проект инструкции для размежевания Малороссийских губерний". Впоследствии инструкция эта подвергалась переделкам сначала в комиссии под председательством князя Куракина, а потом в комиссии законов. Дело, как видно, тянулось

2

очень долго, потому что только в 1853 году все проекты и инструкции препровождены были на заключение местных предводителей дворянства, с приглашением доставить сведения о недвижимых владениях вообще и о чересполосных — в особенности. — Здесь Дело опять затормозилось и затребованные сведения, по всей вероятности, собирались бы еще очень долго, если бы не наступил вопрос об освобождении крестьян из крепостной зависимости. При предварительных совещаниях по сему вопросу, выяснилось, что чересполосность в малороссийских губерниях, при неимении даже и приблизительных сведений о пространстве владений, представит весьма большие затруднения и в отношении устройства быта помещичьих крестьян. К тому же присоединилось и возбужденное в 1856 году ходатайство Черниговского дворянства, поддержанное представлениями Черниговской Палаты Государственных Имуществ. Снова поднят был вопрос о размежевании Малороссии. В январе 1858 года по всеподданнейшему докладу бывшего Министра Государственных Имуществ и управляющего межевым корпусом М. Н. Муравьева, был учрежден особый комитет, под председательством помощника управляющего межевым корпусом И. М. Гедеонова "для определения главных начал размежевания Малороссийских губерний", а в Мае того же года сделаны были уже и распоряжения о немедленном открытии межевых работ в Полтавском уезде, с целью проверки на практике выработанного комитетом "проекта", — для чего командированы были из Межевой Канцелярии четыре межевых партии. Тоже самое сделано и в Черниговской губернии. Для общего направления работ и для разрешения могущих возникнуть в административном порядке недоразумений, в каждой губернии образован "временный комитете" под председательством губернатора, а для ближайшего заведывания работами и полюбовных соглашений при разводе земель — "уездная посредническая комиссия". Затем в 1859 году, на тех же основаниях, открыты межевые работы еще в двух уездах: Хорольском и Прилукском, при участии 12-ти межевых партий.

Все расходы по означенным опытным межевым работам, произведенным в 1858 и 1859 годах, удовлетворялись заимообразно, частью из сумм местной Палаты Государственных Имуществ, а частью — из Межевой Канцелярии; но впоследствии ЭТИ заимообразны были покрыты из сумм, отпущенных в распоряжение Межевой Палаты.

3

Между тем, по соображении указаний двухлетнего опыта и всех собранных на местах сведений об особенностях малороссийского землевладения, окончательно выработано "Положение о размежевании Черниговской и Полтавской губерний", ВЫСОЧАЙШЕ утвержденное 27 октября 1859 года. На основании сего Положения, для ближайшего заведования всеми межевыми работами и наблюдение за правильным и успешным ходом межевание в губернии, учреждена Межевая Палата (которая открыла свои действия 14 сентября 1860 года), а уездные посреднические комиссии переименованы в Межевые комиссии.

В основание Положения о межевании Малороссии были положены следующие начала, приспособленные к особенностям местного землевладения и служащие отличительной чертой малороссийского межевания от межевания губерний великороссийских:

а) Генеральное межевание определено производить совместно с специальным, с подраблением последнего на полюбовное и обязательное. При составлении Положения высказывалось мнение, что для Малороссии нет надобности в генеральном межевании; но ближайшее рассмотрение дела, в особенности со стороны технической, привело к убеждению, что без генерального межевания уничтожение чересполосностей представилось бы делом, в высшей степени затруднительном и даже почти невозможными. Для сведения чересполосных кусков необходимо было определить границы, в которых должен действовать землемер, а эти границы и могли быть определены только генеральным обходом чересполосностей, подлежащих разводу.

б) Размежевание определено производить по наличному бесспорному владению, не требуя документов на право собственности; при разрешении же споров о границах, принимать за первое правило земскую десятилетнюю давность. В виду того, что большая часть землевладельцев вовсе не имели документов, а те документы, которые имелись, составлены были в общих чертах, без означения точного количества земли, границ и других ясных указаний, — требоваиие подобных документов могло бы только послужить поводом к спорам и тяжбам, а потому положенные в основание межевания "настоящее бесспорное владение" и "десятилетняя давность" совершенно соответствовали положению дела.

в) В отношении специального межевания межевым учреждениям вменено в особую обязанность принимать все меры к полюбовному

4

соглашению владельцев на развод земель. К таковому соглашению Положением предоставлены всевозможные средства, начиная с совершенно свободного обмена земельных угодий и кончая примерным указанием на местности предполагаемых к нарезке участков. Но так как опытом 1858-1859 годов было дознано, что споры владельцев о самых ничтожных обменах, не превышающих по ценности трех — пяти рублей, затягивались до бесконечности и в высшей степени затрудняли успешный ход работ, то для полюбовного соглашения назначен двухмесячный срок, по истечении которого, при несогласии владельцев на полюбовный развод, межевой комиссии предоставлено приступить к обязательному разделу. Жалобы на обязательные постановления комиссии разрешаются Межевой Палатой окончательно.

г) Равным образом Палате предоставлено разрешать окончательно, все споры о границах, если они не основаны на документах, а также жалобы на неправильные или неуспешные действия мест и лиц, производящих межевание. Из объяснительной записки, приложенной к проекту Положения о межевании Малороссии, видно, что мотивом к предоставлению Межевой Палате такого широкого права в отношении разрешения возникающих при межевании споров и недоразумений, служили следующие соображения:

1) Сенат, при рассмотрении жалоб на Палату, по делам, решенным не по документам, а на основании данных, собранных комиссией, или самой Палатой, не имел бы возможности яснее и вернее обсудить дело нежели Палата, а напротив, не зная вполне местных условий края и обстоятельств, сопровождавших местное обследование дела, при решении скорее мог бы впасть в ошибку нежели Палата. 2) Палата состоит из лиц, избранных сословиям, следовательно пользующихся их доверием; она имеет все средства поверить справедливость жалобы на месте, исследовать оную до мельчайших подробностей, чего не может сделать Сенат; поєтому всякая жалоба на Палату только затягивала бы дело, не принося существенной пользы жалобщику, 3) Желание предоставить Палате право решать окончательно означенные дела выражено было не только депутатами дворянства, участвовавшими в составлении проекта главных оснований для размежевания Малороссии, но и неоднократно высказывалось местными дворянами в течение пробных работа 1858 и 1859 годов.

5

д) Земли, принадлежащие как частным лицам, так и казне, при всех межевых действиях, подчинены одинаковым правилам, с некоторыми, весьма незначительными, исключениями относительно казенных земель.

е) Владельцам, имеющим в общих сменах 50 и более десятин полевой земли, предоставлено право на вымежевание их полос отдельным куском, если этого пожелают; но если количество полевой земли превышает в Черниговской губернии 300, а в Полтавской 150 десятин, то такие владельцы обязательно должны быть вымежеваны в отрубные дачи. Из работ комитета, составлявшего Положение о межевании Малороссии, видно, что определение нормы "хозяйственной единицы", при которой владельцу предоставлялось бы право требовать вымежевания его чересполосных земель в отрубной участок, было предметом весьма разнообразных мнений. Некоторые из местных помещиков признавали возможным и полезным определить эту норму в 20 десятин, а в главном комитете высказывалось даже и такое мнение, что всякое чересполосное владение, как бы оно мало ни было, следует вымежевывать в отрубной участок. Но очевидно, что осуществление последнего мнения было бы делом совершенно невозможным. Вот что сказано в соображениях комитета, определившего норму в 50 десятин. "Есть местные и весьма важные причины, препятствующие отведению каждому владельцу отрубного куска. Если бы владельцы селения даже пожелали того, то межевые учреждения не имели бы возможности это исполнить. При значительности населения большей части сел в Малороссии, поля их так обширны и тянутся на такие далекие пространства, что нет возможности отделив каждому мелкому владельцу всю состоящую ныне в общей толоке его землю в один кусок, сделать этот кусок для него доступным. К селению эти куски, по большей части, примыкать не могут; будучи же отделены от селения и находясь вне общих пастбищ и севооборотов, они в высшей степени затруднили бы владельца невозможностью скотопрогонов. Норма количества земли, принятая по этим причинам комитетом для оставления земель в общих толоках (но только, по возможности, соединяя в каждом поле отдельные куски к одному месту), есть 50 десятин. Нет сомнения, что не только подобное количество земли, но даже и гораздо меньшее могло бы быть достаточно для независимого и правильного хозяйства; но это может

6

быть достигнуто лишь посредством выселок хуторами или фермами, в которых каждый владелец мог бы быть окружен своими землями. А такие выселки, при обширности сел, невозможны. По всем этим причинам, сложилась уже в крае та система хозяйства, с общим трехпольным севооборотом и общей толокой, при которой мелкий владелец хотя ограничен в возможности улучшения хозяйства, но зато обеспечен и пастбищем для скота, и сохранением в целости посевов. Но как и мелкие владельцы, находящиеся в таких условиях, могут также иметь потребность в независимом поземельном устройстве, для улучшения хозяйства, то комитет, имея это в виду, допустил отведение отдельных владений даже менее чем в 50 десятин, но с условием, чтобы такие участки отводились там, где представляется к тому возможность, за удовлетворением собственников, остающихся в общей толоке. Тот же комитет и местные дознания определили, что, есть однако же предел, за которым землевладельцу, и для успехов сельского хозяйства, и для собственных выгод, а часто и для выгод соседей, не следует оставаться в дачах общего владения. Предвидятся случаи, когда владельцы более крупных единиц, по разным хозяйственным соображениям, найдут более для себя выгодным оставить несколько кусков в общих сменах, единственно для того, чтобы пользоваться общей толокой, в ущерб мелких владельцев. В видах предупреждения подобных случаев и постановлено, что владельцы более 300 десятин полевой земли в Черниговской губернии и более 150 десятин в Полтавской обязательно должны быть вымежевываемы из общих смен в отрубные дачи.

ж) В отношении лесов, хозяйственная единица определена для Черниговской губернии 15, а для Полтавской 3 десятины. И поэтому вопросу высказывались самые крайние взгляды. Одни определяли норму отрубного лесного участка для Полтавской губернии в 5 десятин, с применением к лесам правил обязательного размежевания по таксации и с предоставлением владельцам отчуждаемых участков двадцатилетнего срока рубки; другие же, исходя из того, что леса в Полтавской губернии составляют значительную ценность и весьма разнообразны как по возрасту, так и по качеству деревьев, находили, что обязательный развод лесных участков не вызывается необходимостью, был бы несправедлив, непрактичен и повел бы

7

только к бесцельному уничтожению лесов. В общем итоге, регламентация взяла верх и к лесным участкам применены правила обязательного развода, за исключением дубовых лесов (строевых и дровяных) и строевых сосновых, которые могли подлежать обмену не иначе как "лес за лес одного качества и достоинства, во всех отношениях". Следует, однако же, заметить, что на практике обязательный развод лесов, как и следовало ожидать, представил весьма большие затруднения и вызвал многочисленные жалобы, вследствие чего межевые комиссии, на первых же порах вынуждены были руководствоваться в этом деле исключительно лишь добровольными соглашениями владельцев, прибегая к обязательным постановлениям только в самых крайних случаях. Таким путем, при деятельном участии владельцев, достигались иногда замечательные результаты. Так в одной дачи Миргородского уезда, 4400 участков сведены по соглашению в 718 участков, при 672 владельцах. Но подобные случаи составляют исключение; огромное же большинство лесных владельцев, и в особенности мелких, настоятельно требовали оставлять и обмежевывать принадлежащие им участки "на своих местах", т. е. не подвергать их обязательному разводу. Это обстоятельство послужило поводом к замечанию со стороны сенатора Отмарштейна, ревизовавшего межевые работы в 1875 году и главное указание которого состояло именно в том "что межевые комиссии обращают мало внимание на соединение лесных участков". Словом, можно сказать вообще, что созданные Положением правила обязательного разведения лесов редко согласовывались с волей и желаниями большинства владельцев, вследствие чего комиссиям, во избежание совершенно справедливых жалоб, очень часто приходилось действовать исключительно согласно с полюбовными соглашениями, не прибегая к обязательным разводам.

з) Находящиеся при городах и селениях выгоны должны быть обмежевываемы вместе с усадебными землями, без внутреннего размежевания. Местные владельцы не редко указывали на этот пункт, как на пробел в Положении, предполагая, конечно, что, при огромных затратах на межевание губернии вообще, внутреннее размежевание усадьб потребовало бы лишь незначительной прибавки к общей сумме расходов. Но, конечно, это только так "казалось"; в действительности же юридическое размежевание усадебных мест, с вы-

8

дачей подробных планов, встретило бы весьма важные технические затруднения и увеличило бы общую сумму расходов если не на ⅓, то по крайней мере на ¼ часть. Тем не менее, нельзя не заметить, что некоторые владельцы, ожидавшие через межевание получить юридические документы на все свои земли, оказались неудовлетворенными, потому что не получили планов на более или менее значительные участки, вошедшие в черту усадебных мест и составляющие иногда несколько десятков десятин самой ценной земли. Независимо сего, обмежевание усадебных мест и прилегающих к ним выгонов в одну окружную черту было причиной другого, весьма важного, затруднения. Так как, по обширности сел и местечек, пришлось замежевывать в черту усадебных мест по несколько сот десятин земли 1), то возник вопрос: каким порядком производить раскладку и взыскание всякого рода денежных сборов, причитающих за эти земли? Этот вопрос остается открытым и по настоящее время. Правильное разрешение оного тем более затруднительно, что в больших местечках и селах живут и имеют собственность лица всевозможных званий и сословий.

и) Для обеспечения церковных причтов определено выделять в кругу по 33 десятины на причт, раскладывая это количество "на всех прихожан, к приходу приписанных". Редакция статей положения, относящихся к выделу ружных земель, послужила поводом к возбуждению в Палате такого вопроса: так как для составления ружного надела определено брать земли только от прихожан, к приходу приписанных, то следует ли к раскладке привлекать земли, принадлежащие владельцам иноверных исповеданий? Палата разрешила этот вопрос в утвердительном смысле, хотя прямых указаний в законе не имеется.

і) Издержки по межеванию покрываются ежегодным сбором с землевладельцев; впредь же, до поступления этих сборов, производятся авансы из Государственного Казначейства. Об этом предмете было очень много рассуждений и в местных собраниях дворян, и в комитете, составлявшем Положение о межевании. Вот что сказано в соображениях комитета: "издержки по межеванию Малороссии отнесены

1) Под усадебными местами и выгонами дачи м. Старых Сенжар, Полтавского уезда, числится 1793 десятины, дачи м. Решетиловки — 1227 десятин, дачи м. Чернух, Лохвицкого уезда, 1360 десятин и т. д.

9

на счет владельцев, применяясь к постановлениям, о коштном межевании. Относить эти издержки или часть оных на Государственное Казначейство было бы в высшей степени несправедливо, ибо это значило бы, для выгод и пользы Малороссии, жертвовать средствами других губерний государства, тем более, что межевание сего края предпринимается по ходатайству местных владельцев, в особых видах, особенно для устройства и улучшения сельского хозяйства и для возможности сделать правильный надел крестьян землей. Вообще, сравнительно с великороссийскими губерниями, издержки землевладельцев в Малороссии на межевание не будут обременительны, ибо в оной два межевания производятся одновременно. При том же многие работы, как например: подробная съемка чересполосностей, хозяйственное описание земель, оценка их и т. и. (которые при специальном межевании в Великороссийских губерниях в большей части случаев, производятся частно на средства владельцев), выполняются казенными землемерами, в счет общих издержек на межевание. Нельзя также не упомянуть и о том, что если бы, в видах уменьшения расходов, предполагалось обязанности Межевых Палат возложить на Межевую Канцелярию, то это не только не представилось бы полезным, но на практике встретило бы важные затруднения и даже невозможность в исполнении... Что касается причин, на основании которых положена подесятинная плата неравномерно на всех владельцев, то он заключаются в следующем: Межевание в особенности доставить много выгод тем владельцам, которые вымежуются из чересполосных в отрубные дачи, и которые, не имея теперь никакой возможности вести рациональное хозяйство, только путем размежевания сделаются полными распорядителями своих земель. Поэтому на таких владельцев и положен высший подесятинный сбор. Владельцы существующих отрубных дач выиграют одно: юридический акт; мелкие же владельцы, имеющие менее 50 десятин, хотя и выиграют от межевания через соединение своих полос к одним местам и через утверждение их прав на владение, но, с другой стороны, и потеряют, лишившись права пастбища на землях крупных владельцев".

На основании вышеприведенных соображений, положением установлены две нормы межевого подесятинного сбора: 1) с отрубных владений, которые останутся при межевании без изменения границ, и с

10

владений мелкопоместных, заключающих менее 50-ти десятин, по 1½ коп. с десятины; и 2) с владений чересполосных, заключающих более 5-ти десятин, по 3 коп. с десятины.

Остается добавить, что с 1883 года, на основании ВЫСОЧАЙШЕ утвержденного 18 Мая 1882 года мнения Государственного Совета, упомянутый выше оклад межевого сбора увеличен, причем, в отношении сего сбора, все земли распределены, вместо двух, на три категории: 1) владения мелкопоместные, пространство которых не превышает 50-ти десятин, облагаются сбором в 1½ коп. с десятины; 2) владения отрубные, в коих более 50-ти десятин — по 2½ кон., и 3) владения чересполосные, заключающие более 50-ти десятин — по 5 коп.

к) Но самая важная черта в Положении о межевании Малороссии состоит в том, что в основание состава межевых учреждений положен местный, сословно-выборный элемент. Хотя, в течение всего периода межевания, жалобы на продолжительность и дороговизну межевых работ заявлялись неоднократно, но можно теперь с полной уверенностью, с полным беспристрастием и без всякого самовосхваления сказать, что при другом устройстве межевых учреждений — подобных жалоб было бы несравненно больше, а потому применение сословно-выборного элемента в организации местных межевых учреждений составляет весьма предусмотрительную и удачную меру. Составлявший Положение комитет, вводя сословно-выборное начало, выразил свои соображение так: "Полюбовное соглашение и обязательный надел суть два главных действия при межевании Малороссии, от правильного хода которых зависит весь успех дела. Для того и другого, в особенности для последнего, необходимо не только основательное знание личностей; притом необходимо полное доверие владельцев к действиям тех лиц, которые распоряжаются межеванием. Для достижения всего этого, несравненно более ручательства в лицах, избранных теми самыми сословиями, которых земли размежевываются. Положение проникнуто той мыслию, что межевой чиновник есть только исполнитель предначертаний межевых учреждений или их членов. Эти учреждения составляют как бы бессменный третейский суд, из лиц избранных теми, которые ему подвергаются. Никогда коронный чиновник не может иметь такого благодетельного влияния на полюбовное соглашение, как сословный депутат, и никогда,

11

при обязательном наделе, землевладельцы не могут иметь к нему такого доверия, как к лицу ими же избранному и обязанному озаботиться об их пользах".

Ровно через два года по открытии в губернии межевых учреждены, и именно в сентябре 1862 года, в среде созванного в очередной съезд дворянства возникли довольно бурные и живые рассуждения "о неудовлетворительном ходе межевых работ и тягостном налоге на расходы но межеванию". Находили, что "межевание, по причине медленности, с какой оно производится, не только не соответствует тем блестящим ожиданиям, как ему предсказывали вначале, но в общем значении не приносить даже какой-либо осязательной пользы" (Записка дворян Константиноградского уезда). Подано было несколько записок с разными соображениями о сокращении расходов по межеванию вообще и проектами об организации дела "на новых началах". Составлена была даже особая комиссия, рассмотревшая и сообразившая дело в два дня и, по заключению которой, все проекты и записки препровождены на благоусмотрение подлежащего начальства, с ходатайством "о пересмотре всего Положения, как неудобного, медленного и обременительного в денежном отношении". Но это ходатайство, со всеми его "проектами", оставлено без последствий, как не представлявшее даже почвы для законодательной работы. Предлагалось, например, вместо установленного Положением ежегодного межевого сбора, вполне гарантировавшего Государственное Казначейство в пополнение отпускаемых на межевание авансов, установить определенную плату за каждую обмежеванную десятину, с чересполосных владений по 40 коп., а с отрубных — по 10 коп. с десятины, не включая сюда расходов по содержанию межевых учреждений, для чего предполагалось установить особый сбор. Другие (записка г. Сахно-Устимовича) указывали на огромное сокращение расходов от учреждения одной Межевой Палаты для двух губерний, с ежегодным переводом оной из Чернигова в Полтаву, и обратно. Дворяне Константиноградского уезда, в виду того, что "земли этого уезда состоят из отдельных отрубных владений, не имеющих никакой надобности в специальном межевании", признавали себя "привлеченными к участию в межевом сборе без всякого основания" и вследствие того требовали, чтобы уезд был обмежеван посредством уездных землемеров, без участия в общих расходах по межеванию прочих уездов. Наконец, одним дворяни-

12

ном, выдавшим себя за специалиста в межевом деле, был представлен даже готовый проект о производстве всех межевых работ посредством подряда, с контрактами, сроками и неустойками, причем самым серьезным тоном заявлялось, что по этому проекту "межевание всей губернии может быть окончено в три-четыре года" (записка г. Кумме)... Очевидно, что при таком обилии и разнообразии

"проектов" не могло быть и речи о рассмотрении их в установленном порядке, с целью пересмотра Положения, составленного, говоря вообще, с полным знанием дела и особенностей местного землевладения. Конечно, были и имеются в Положении кое-какие пробелы и детали, которые желательно было бы своевременно пополнить, или исправить; но для такого пополнения или исправления требовалось точное указание замеченных недостатков, с обстоятельными соображениями, а не голословное заявление о необходимости пересмотра всего Положения. Равным образом, мы далеки от мысли утверждать, чтобы оконченное ныне межевание Полтавской губернии удовлетворяло всем "блестящим ожиданиям", какие на него возлагались. Напротив, мы вполне убеждены, что, при известных условиях, можно было бы достигнуть лучших результатов; но вместе с тем убеждены также и в том, что причину такого несоответствия между "блестящими ожиданиями" и полученными результатами следует искать не столько в Положении, сколько в недостаточности энергии и деятельности со стороны сословных представителей и самих владельцев. Впрочем, к слабым сторонам нашего межевания мы еще возвратимся; теперь же перейдем к общим итогам по межевым работам.

2) Пространство губернии по межевым документам. Число дач, полос и участков.

Общее пространство земель в губернии, обмежеванных на основании Положения о межевании Малороссии, составляет 4.282.532 десятины. Но, кроме этого, в губернии имеется еще 239.493 десят., обмежеванных в прежнее время (в конце XVIII столетия) и вследствие того, не подвергавшихся настоящему межеванию. Таким образом общее пространство губернии составляет 4.522.025 десятин, которые распределяются по уездам следующим образом:

13

Признается необходимым заметить:

1) Уезды расположены в порядке окончания их межеванием.

2) Для устранения пестроты в цифровых данных, части менее полудесятины отброшены, а ½ десятины и более приняты за десятину. То же самое будет соблюдаться и в последующем изложении.

3) Данные о пространстве владений, обмежеванных в прежнее время, приведены здесь лишь для указания действительного пространства уездов; все же последующее изложение будет относиться только к землям, обмежеванным на основании Положения.

14

Из общего количества обмежеванных земель, оказалось по размежеванию:

15

О распределении угодий по уездам прилагается ведомость под Лит. А. Здесь же помещается извлечение из той ведомости о количестве удобных и неудобных земель в уездах.

16

Выше уже замечено, что отрубных дач, в которых развода земель не производилось, оказалось в губернии 714, с количеством 917.000 десятин.

17

Все остальные земли обмежеваны в составе 703 чересполосных дач, в которых по съемке оказалось 5.537.340 полос, с количеством 3.365.532 десятины. По уездам:

Следовательно, по среднему выводу, на каждую чересполосную дачу приходится около 4.800 десятин земли, при 3.600 полосах и при средней величине полосы в 1⅓ десятины. В действительности величина чересполосных дач, как но количеству земли, так и по числу полос весьма разнообразна. Так, в даче местечка Еремеевки, Золотоношского уезда, оказалось 18.610 десятин при 16.626 полосах, в даче села Васютинец, того же уезда, 16.692 десятины при 12.540 полосах, в даче местечка Леплявого, того же уезда, 14.783 десятины,

18

при 10.054 полосах, в даче местечка Великие Сорочинцы, Миргородского уезда, 18.285 десятин, при 24.100 полосах и т д. Средняя же величина полосы в Зеньковском и Роменском уездах оказалась даже менее десятины.

По разводу земель и окончании размежевания, означенные 703 чересполосные дачи приняли следующий вид:

Таким образом, 2.537.340 полос, оказавшихся по съемке в чересполосных дачах и общее пространство которых составляло 3.365.532 десятины, сведены межеванием в 20.408 отрубных и 699.033 неотрубных участков, или, другими словами, каждые 100 полос соединены в 28 участков... С первого взгляда, такой ре-

19

зультат может показаться ничтожным, особенно если принять во внимание продолжительность и стоимость межевых работ, на которые, как будет объяснено ниже, в 27 лет, затрачено до 4.132.000 руб. Но необходимо иметь в виду, что упомянутый выше общий вывод значительно изменился бы, если бы была возможность исключить из него те местности и дачи, в которых сведение мелких участков в более крупные производилось в самых ничтожных размерах. К таким местностям следует отнести Константиноградский уезд, в котором чересполосности почти не существовало, а также Кобелякский с частями Полтавского и Кременчугского, где не было и нет общих севооборотов, с общими толоками, а существует хуторное хозяйство. К таким дачам следует отнести также большую часть лесных и болотных мест, обмежеванных по наличному владению, с небольшими лишь изменениями. Зато во многих дачах, число полос значительно сокращено. Вот несколько примеров:

Подобных примеров можно было бы привести множество. Общее число полос по приведенным дачам составляет 113.725, из которых, по межеванию, образовано 16.709 участков; следовательно каждые семь полос, соединены в одну. Впрочем, по отношению к мелким собственникам, привыкшим вести хозяйство в общих

20

сменах, с общим трехпольным севооборотом и с общей толокой, главнейший результат межевых работ заключается не столько в уменьшении числа полос, сколько в разводе земель между селениями и обществами. Для таких собственников, чересполосность была тяжела не потому, что пять десятин, принадлежащих одному лицу, были разбиты на десять отдельных полос, а потому что полосы эти, разбросанные на огромном пространстве, были перемешаны с такими же полосами, принадлежащими лицам других сел. При таком смешении полос, ведение хлебопашества в общих сменах делалось или почти невозможным или до крайности затруднительным. И вот, в разводе таковых полос к своим селам, — что достигалось посредством перевода множества участков из одной дачи в другие соседние, — и заключается та, наиболее существенная, польза, которую принесло межевание мелким собственникам, ведущим хозяйство в общих сменах. Здесь число полос могло остаться тоже, какое было до межевания, — это не важно; но важно то, что теперь каждая смена известного села сгруппирована и не перебивается полосами лиц, имеющих оседлость в других селах.

Обращаясь затем к крупным чересполосным имениям, нельзя не заметить, что при энергическом участии самих владельцев, достигались нередко замечательные результаты. Не говоря уже тех, весьма многих случаях, когда несколько десятков и даже сотен отдельных клочков сводились в один, два или три куска, достаточно указать, что, в одном имении Миргородского уезда, около 5.000 чересполосных кусков, средняя величина которых не превышала полторы десятины, сведены были по межеванию в три отдельных участка. Само собой разумеется, что подобные случаи сведения земель могли иметь место только при самом деятельном участии владельцев в полюбовных соглашениях, сопровождаемом не маловажными потерями в отношении общего количества земли. Так, имение, о котором упомянуто выше, заключало по съемке 6.000 десятин, а по сведении 5.000 кусков в три участка, в них, согласно полюбовной сказки, нарезано всего 5.539 десятин. Значит около 460 десятин было пожертвовано владельцем единственно в видах достижения полюбовных соглашений, без которых подобное сведение полос было бы немыслимо, не смотря на предоставленное межевым комиссиям право обязательная развода.

21

Выше уже замечено, что в отрубных дачах обмежевано 1.699 отдельных участков, с количеством 917.000 десятин, да из чересполосных дач вымежевано 20.408 отрубных участков, при 1.518.658 десятинах. Таким образом, общее количество отрубных участков в губернии составит 22.107, при 2.435.558 десятинах земли. Но отсюда не следует заключить, чтобы все эти отрубные участки превышали 50-ти десятинный размер. Необходимо иметь в виду, что сюда вошли: во 1-х, все отрубные лесные участки, для которых норма отрубного владения определена в три десятины, и во 2-х, весьма большое число планомерных полевых участков (менее 50-ти десятин) по тем или другим причинам не вошедших в состав земель общесменного трехпольного севооборота. Исключив из счета те и другие, окажется, что число участков, заключающих 50 десятин и более, составит едва ¼ часть от показанного выше общего числа отрубных.

В конце записки прилагается подробная ведомость лит. Б, о числе владений, заключающих 50 десятин и более; здесь же представляем одни лишь общие итоги 1).

1) Необходимо заметить, что число владений не соответствует числу участков, потому что владение может состоять из нескольких участков. Владением мы считаем количество десятин, принадлежащих одному лицу и находящихся в одной даче.

22

По количеству же земли, эти владения распределяются:

Затем все остальное пространство занято маломерными участками, заключающими менее 50 десятин и которые распределяются по уездам следующим образом:

23

Относительно значения средних выводов, помещенных в последней графе, необходимо заметить:

1) Крестьянские наделы, а также казенные земли, наделенные в постоянное пользование казенных крестьян, обмежевывались одного общей межей, без разделения земель по домохозяевам; но тем не менее и те и другие в настоящей группировке, причислены к малоземельным участкам. Так например, если крестьянам известного общества, согласно уставной грамоты и выкупного договора, нарезано в надел 1000 десятин, одним куском, то, хотя, по межевым документам, такой кусок считается за один участок, но в настоящем изложении он все таки причислен к малоземельным. Это обстоятельство имело влияние на средний вывод величины участка; но оно отразилось более или менее одинаково во всех уездах, кроме Константиноградского, находящегося в этом отношении в исключительном положении. В этом уезде чересполосности почти не было; все крестьянские наделы нарезаны сплошными отрубными кусками; казенные имения, наделенные казенным крестьянам в постоянное пользование, занимают большие пространства, а мелких собственников-казаков очень мало. Вот почему в среднем выводе для Константиноградского уезда получилось значительно более 50 десятин.

2) Из остальных 14-ти уездов, выделяются Кобелякский, Полтавский и Кременчугский уезды, в которых средняя величина участка составляет 7,8, 5,5 и 5,о десятин. Объясняется это тем, что в первом из поименованных уездов практикуется исключительно так называемое "хуторное хозяйство"; здесь вовсе не существует общих смен, с общим севооборотом и с общими толоками, вследствие чего каждому владельцу (за исключением крестьян-собственников и казенных крестьян), по возможности, нарезывалась земля в одном участке. В Полтавском же и Кременчугском уездах практикуется местами хуторное, а местами общепольное хозяйство, вследствие чего эти два уезда, по отношению к среднему выводу, занимают среднее место между Кобелякским и прочими уездами.

3) Затем, во всех прочих 11-ти уездах преобладает хозяйство с общими сменами и с общими толоками, причем каждому хозяину приходилось отрезывать полосы в трех сменах, а в некоторых

24

селах нарезывались еще и так называемые "запольные" или "бестолочные" участки, которыми владельцы распоряжаются по своему усмотрению, независимо от общесменных участков.

Из числа 703 чересполосных дач, только десять, за недостижением полюбовных соглашений, размежеваны путем обязательных постановлений, а именно дачи: в Хорольском уезде: 1) с Новая Аврамовка (4.666 десят.) и 2) м. Горошин (13.030 десят.); в Прилукском уезде: 3) сс. Ряшки, Смошь, Щуровка (11.833 десят.) и 4) с. Гурбинцы (3706 десят.); в Миргородском уезде: 5) с. Большая Обуховка (2.872 десят.); в Пирятинском уезде: 6) с. Сасиновка (5.659 десят.), 7) с. Антоновка 1-я часть (7.071 десят.), 8) с. Малютинцы 2-я часть (3.259 десят.); в Лубенском уезде: 9) с. Березоточье (2.998 десят.), и в Лохвицком уезде: 10) с. Токари (3 702 дес). Затем все остальные 693 дачи размежеваны на основании полюбовных сказок, подписанных всеми участвующими в деле лицами. Возникавшие при этом со стороны лиц неудовольствия на неудобные нарезки, а также жалобы на нарезки, несогласные с полюбовными сказками, рассматривались сначала в подлежащих комиссиях, а потом, если постановление последних не удовлетворяли недовольных, переносились в Межевую Палату, разрешавшую подобные жалобы окончательно, в качестве второй инстанции, согласно ст. 70 и 105 положения; и только те споры и жалобы, которые основывались на документах, разрешались Платой с правом обжалования постановлений Палаты Правительствующему Сенату, в двухмесячный срок.

За период межевания Полтавской губернии, в Палату поступило 1.136 жалоб — а именно: на неудобство и неполноту нарезок 1.020, на обязательные постановления комиссий 116. Кроме того, рассмотрено и решено 61 дело по спорам о границах владений (спорные отводы). Из общего числа жалоб, 630 признаны Палатой основательными и подлеж